Как полетели динозавры: ящеры-квадрокоптеры, обратные птицы и их потомки - Андрей Юрьевич Журавлёв

пигменты важны для разных целей: протопорфирин укрепляет самую тонкую часть скорлупы и влияет на ее способность пропускать газы, включая водяной пар, а биливердин защищает зародыша от активных форм кислорода (известных как «кислородные радикалы»). Однако исследования цветовых вариаций яиц у современных птиц выявили, что в открытых гнездах интенсивность и тон окраски закономерно меняются в зависимости от поведения родителей. Получается, что по цвету яиц можно догадаться, как овирапторозавры вели себя во время насиживания.

Скажем, в тундре на нижней Индигирке, недалеко от знаменитого Берелехского «кладбища мамонтов», в резервате «Кыталык» (так на якутском называют белого журавля, или стерха) гнездится свыше 90 видов птиц. Они слетаются сюда каждую весну из Юго-Восточной Азии и Австралии, Северной Америки и Шпицбергена, Африки и Антарктики. Если повезет, можно увидеть запрятанные среди кочек гнезда белолобого гуся: слегка примятая кучка мха, травы и пуховых перьев с парой крупных яиц в центре. Они светлые. Кто к этим птицам сунется? Гуси дадут отпор и голодному песцу, и хитрому поморнику. Почти такого же цвета яйца в гнезде зимняка — это уже сложная постройка из кустарниковых веточек, выстланная перьями (рис. 12.5, а, б). Здесь и сами хозяева неприветливые, и гнездо расположено где-нибудь на уступе байджараха — тундрового холма с осыпающимися склонами: попробуй заберись… Мелкая птаха вроде пеночки-веснички гнездится в таких кустарниковых дебрях, куда, кроме нее, и втиснуться никто не в силах. Цвет? Тоже светлый. А вот у белой куропатки, которая с трудом умещается на груде своих яиц, такая же яркая на первый взгляд цветовая гамма, что и у манирапторов (рис. 12.6, в, г). То же можно сказать и о разных куликах — турухтанах, дутышах, круглоносых плавунчиках, делающих аккуратные травяные корзиночки на три-четыре места, — и о небольшой розовой чайке, смело оставившей пару «эмбриончиков в скорлупе» на болотном островке (рис. 12.5, в, г, 12.6, а–г). На самом деле и протопорфирин, и биливердин — прекрасные маскировочные материалы, особенно когда они рассеяны неровными пятнами. К гнезду той же куропатки можно подойти вплотную и все равно в упор его не увидеть (рис. 12.6, в, г). Кроме розовой чайки, у которой забота о подрастающем поколении примерно поровну распределена между родителями, все названные птицы — одинокие мамаши. Перекусить ведь и им требуется: высиживание и выкармливание — пора трудоемкая. Вот и приходится время от времени оставлять будущее потомство без присмотра. Да и чайки к месту не привязаны: ведь если взрослая особь долго сидит на месте, то и демаскировать гнездо может. Зато, если кто-то слишком близко подошел или подлетел к «секретному месту» — будь то песец, серебристая чайка, которая вдесятеро больше розовой, или неугомонный бердвочер, — противника атакуют оба родителя…

Рис. 12.5. Гнезда современных птиц и их хозяева; резерват «Кыталык», Республика Саха (Якутия): а — гнездо зимняка, б — зимняк, в — гнездо розовой чайки, г — розовая чайка

Рис. 12.6. Гнезда современных птиц и их хозяева; резерват «Кыталык», Республика Саха (Якутия): а — гнездо дутыша, б — дутыш, в — гнездо белой куропатки, г — белая куропатка

В какую категорию попадают овирапторозавры? В ту же, что и розовая чайка или кулички: яйца с бурыми разводами (надскорлуповая оболочка) на сине-зеленом фоне (призматический слой). Самое интересное, что сине-зеленая гамма скорлупы овирапторозавров вкупе с открытым гнездом ближе к тому, что мы видим у розовой чайки и некоторых других птиц, у которых о кладке заботятся оба родителя. Небольшая разница в размере яиц и химическом составе скорлупы из одной и той же кладки, притом что самих яиц очень много, не исключает участия в создании гнезда нескольких самок, а помогал им единственный «счастливый» отец. Так ведут себя страусы, эму и нанду — птицы сравнимого с овирапторами размера.

Можно, конечно, вообразить, что и среди динозавров уже были «кукушки» и какие-нибудь небольшие зубастые троодонтиды подкладывали свои яйца в гнезда безобидных овирапторов, чтобы обеспечить потомство дармовыми теплом и пищей… Вероятнее все же, что на последние яйца в кладке у ящеров не хватало ресурсов, и потому они оказывались мельче и бледнее.

Эмбрион находился в свернутом положении (иначе в яйце не поместиться), но сворачиваться можно очень по-разному. Овирапторозавр накануне проклевывания располагался, пряча голову между согнутыми ножками на брюшке и прикрывая ее правым крылом. Причем его спина выгибалась вдоль тупого конца яйца, где к тому времени образовывался воздушный пузырь (рис. 12.7а). Так сворачиваются только птенцы настоящих птиц (рис. 12.7б). Крокодильи отпрыски (и, кстати, птерозавровые) принимают сидячую позу, опустив рыльце на грудь.

Рис. 12.7а. Птенец овирапторозавра в яйце элонгатоолите, длина яйца 17 см; позднемеловая эпоха (83–66 млн лет); пров. Цзянси, Китай (Музей естественной истории камня Инлян, Наньян; Lida Xing)

Рис. 12.7б. Птенец современного балобана (Falco cherrug) накануне вылупления (питомник редких видов птиц «Витасфера»; А. А. Марченко)

Пока эмбрион находился в яйце, в высоту череп увеличивался быстрее, чем в длину, а носовые кости сливались, ускоряя развитие гребня. К моменту же вылупления череп и почти все прочие элементы скелета полностью окостеневали. Лишь в шейной и спинной частях позвоночника невральные дуги и ребра не успевали состыковаться с телами позвонков. Это совсем не мешало только что вылупившимся птенцам бегать и самостоятельно находить пищу.

Быстрый рост молодняка продолжался, но недолго. Уже через четыре — шесть лет после выхода из скорлупы самки овирапторозавров полностью созревали, чтобы дать жизнь новому поколению. (Такой возраст показывают годичные линии нарастания на спилах длинных костей у «наседок».) За последующие семь — девять лет каждая из них могла отложить от 140 до 180 яиц.

В итоге вырастало удивительное существо двухметровой длины и массой под 40 кг: совершенно беззубое,