Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

— А если Малгрей ударит по тебе через связь?

— Тогда удержите меня.

— Силой?

— Нет.

Он медленно кивнул.

— Доверием.

— Да.

Мирена, стоявшая у боковой двери, вдруг сказала:

— Я могу помочь.

Все повернулись к ней.

Кайрен резко ответил:

— Нет.

Мирена посмотрела на него.

— Браслет, письма, моя клятва — он использовал меня как якорь. Значит, часть его связи со старым проклятием всё ещё знает мой след. Я могу отвлечь его.

— Или открыть ему новую дверь, — сказал Кайрен.

— Могу. Поэтому мне придётся выбирать очень аккуратно.

Элиана смотрела на неё.

Мирена была бледна, губа разбита, платье порвано после храма. Но в её лице впервые не было попытки казаться лучше, красивее, выше. Только решимость.

— Вы хотите искупить? — спросила Элиана.

Мирена усмехнулась горько.

— Нет. Искупить такое невозможно. Я хочу впервые не сбежать, когда страшно.

Кайрен сжал рукоять меча.

— Райгар?

Райгар посмотрел на Элиану.

Не на Мирену.

На Элиану.

— Решать ей.

Мирена замерла.

Кайрен тоже.

Элиана почувствовала вес этого доверия.

И цену.

— Хорошо, — сказала она Мирене.

— Но если почувствуете, что он тянет вас внутрь, отпускайте. Не геройствуйте из вины.

— Я думала, героизм из вины — любимое развлечение красных драконов.

— Мы стараемся расширить семейные традиции.

Мирена почти улыбнулась.

Кайрен тихо сказал:

— Мне это очень не нравится.

— Запомни это чувство, — ответила Мирена.

— Возможно, впервые мы согласны.

Пламя центральной чаши ударило в стороны. Несколько советников отпрянули. Один человек с чёрной лентой на груди попытался атаковать Кайрена, но тот отбил удар и прижал его к стене.

— Начинайте! — крикнул Ольвен.

— Сейчас, пока печать не закрыла круг!

Райгар встал позади Элианы.

Как на грифоне, только теперь под ними не было неба. Был зал, пламя, заговорщики и город за стенами. Его ладони легли рядом с её руками, не сжимая.

— Готова? — спросил он.

— Нет.

— Идём?

— Идём.

Красное пламя поднялось вокруг них.

Элиана закрыла глаза.

Сначала было жарко.

Потом больно.

Потом она перестала различать тело и зал.

Она вошла в дворцовое пламя.

Оно оказалось огромным.

Не просто огонь в чаше. Это была сеть, проходившая через весь Альтарон: через башни, стены, ворота, мосты, защитные щиты, старые клятвы, кровь правителей, пепел погибших, страх живых. Красное пламя держало город не как цепь, а как сердце держит тело. Неровно, упрямо, иногда слишком горячо, но живо.

И в этом сердце была чёрная нить.

Малгрей вплёл её через печать.

Через украденный знак власти.

Через страх совета.

Через проклятие Райгара.

Через браслет Мирены.

Через договор Вейр.

Слишком много дверей. Слишком много старых ошибок, каждая из которых стала щелью.

Элиана потянулась к нити.

Она тут же обвилась вокруг её запястья.

Боль ударила в грудь.

Снаружи, далеко, она услышала Райгара:

— Элиана.

— Держите, — выдохнула она.

— Держу.

Но не тянул назад.

Просто был там.

Тёплый. Красный. Упрямый.

Она пошла глубже.

Малгрей ждал её.

Не телом. Сознанием.

Внутри пламени он выглядел иначе — выше, темнее, с чёрными крыльями дыма за спиной. В руках у него была княжеская печать, но теперь она походила на сердце, сжатое в пальцах.