История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

Третий день съезда клонился к вечеру, а споры не кончались. Всех технических вопросов, при общем единодушии делегатов в главном, было не объять. Всем было ясно: нужно срочно готовить проект закона о борьбе с винной фальсификацией и обсуждать его уже в следующем, 1902, году на всероссийском съезде в Москве. Там-то, при общем участии виноградарей и виноделов страны, а также уделов и министерств, требовалось составить проект этого важнейшего для преодоления винодельческого кризиса документа. По мнению виноделов, в самые короткие сроки государем императором, с учетом общего авторитета и опыта собравшихся в тот день в Симферополе, мог быть принят…

Прейскурант Удельных вин. Типография И. Д. Худякова, 1911 год

Ливадия, 23 апреля 1914 года (четверг)

Царь

…«Закон Российской империи о виноградном вине». Уже одобренный Государственным советом и Думой, он не первый день лежал в гербовой папке на обширном рабочем столе Николая II в стопке других бумаг. В приоткрытое окно эркера, поднимая легкие занавеси, проникал морской воздух, наполнявший обширное помещение таким ароматом, который бывает только весной на Южном берегу Крыма. Тепло в этом году пришло поздно – через пару недель после Пасхи. Возможно, поэтому в середине этого превосходного солнечного четверга кабинет, обшитый панелями из мореного клена, был совершенно пуст.

Накануне кабинет также пустовал, ввиду именин «дорогой Алекс» – императрицы Александры Федоровны, а сегодня, по случаю хорошей погоды, на поляне Ай-Николы были устроены конные состязания: рубка лозы и джигитовка конного полка крымцев. Зрителей собралась там масса, почти вся Ялта, и царская семья тут не была исключением.

Однако бумаг накопилось много, и после пятичасового чая царь принялся их разбирать, закончив уже после десяти часов вечера. Затемно дошла очередь и до папки с законом. Полистав объемистый документ с комментариями, Николай постучал в задумчивости перышком о чернильницу.

Закону этому фатально не везло. О необходимости упорядочивания существующих приемов виноградарства и виноделия говорили еще при отце, Александре III Миротворце, и даже создали особую комиссию. В 1894 году профессор Менделеев, кажется, предлагал свои меры по контролю слабых спиртных напитков, главным образом вина, через введение специального акциза.

Далее вопрос об издании особого закона поднимался на трех подряд съездах виноградарей и виноделов – в 1901, 1902 и 1903 году, но до чего-то решительного там, как помнится, не договорились. Князь Лев Сергеевич, с которым Николай не раз встречался, убеждал и настаивал на необходимости строгого определения вина, но были и влиятельные противники его подходов. Возникали какие-то разногласия винодельческих районов, и у каждого была своя правда, всего и не упомнить. Пока судили да создавали согласительные комиссии, наступил 1905 год – досадный Портсмутский мир с Японией, террор, Манифест 17 октября… Куда там до виноградного вина. И вот только теперь, столько лет спустя, закон готов и ждет подписи. Ну-с, лучше поздно, чем никогда.

«Быть по сему», – начертал Николай высочайшую резолюцию, аккуратно промакнул подпись тяжелым пресс-папье с вензелем и бережно закрыл папку, с легким сердцем окончив работу с бумагами.

В Собрании узаконений и распоряжений Правительства полный текст закона был опубликован 9 мая 1914 года, и земельный департамент Министерства финансов еще успел издать к закону два объемных выпуска комментариев по его применению: «Пособия для виноделов, виноторговцев, комитетов виноградарства и виноделия, чинов акцизного надзора и мировых судей», но до серьезного дела не дошло. Еще тремя днями раньше, 6 мая, Петр Барк (последний в истории Российской империи министр финансов) подготовил и представил царю план закрытия всех питейных заведений в стране, кроме ресторанов первого разряда, на случай объявления войны. В Европе было уже очень и очень неспокойно.

А 22 августа того же года в Царском Селе Николай II подписал указ «О запрещении продажи спирта, вина и водочных изделий для местного потребления в Империи» – тот самый сухой закон, отменять который будет уже совсем другая власть. Колесо истории закрутилось стремительно и безжалостно. И тем не менее события последнего десятилетия XIX века и первых 15 лет века XX не прошли даром для виноделия и виноторговли России.

Еженедельная газета «Трезвость», 22 ноября 1915 года

Первый закон

Россия в десятке: кто в мире выпивал миллиард ведер вина в год. Толковый тариф: Менделеев о таможенных пошлинах на вино. Маскарад русского вина: откуда в России взялся винодельческий кризис. Вопрос доверия: почему поссорились виноделы и виноторговцы и в чем была правда каждой из сторон. «Вина графини Милютиной»: как бывший военный министр вино продавал. Совершеннолетние племянницы: о винном патриотизме императорского двора. Бандерольный метод: что вышло из идеи борьбы против подделок с помощью налогов. Шеститомный «очерк»: Минфин Сергея Витте описывает виноделие России. Сделали отличную рекламу: репутация вина от дегустаций до Всемирной выставки в Париже и винного туризма. Легенда о графе Шандоне: князь Голицын находит промоутера русскому шампанскому. Сахар преткновения: десять лет дискуссий о натуральном вине. Полусухой закон: чем кончилась николаевская антиалкогольная кампания. Выпить Петроград: царского вина на 35 копеек из погреба в 18 миллионов золотом. Какие бури, непогоды: эпилог эпохи.

Виноградное вино на всемирном рынке

На рубеже XIX и XX веков мировое производство вина преодолевает планку в 1 миллиард ведер вина, в переводе на современные меры – около 12,6 миллиарда литров. Для сравнения: во втором десятилетии XXI века глобальное производство составляет «всего» 22,6 миллиарда литров – только вдвое больше. Притом что население Земли за столетие с четвертью выросло в пять раз – с 1,5 до 8 миллиардов жителей. Среднедушевое потребление вина в некоторых странах начала прошлого столетия превышало сотню литров в год, и вино было таким же повседневным продуктом, как хлеб.

В 1894 году больше половины мирового производства вина приходилось на три страны: Францию (около 4 миллиардов литров), Италию (2,5 миллиарда) и Испанию (1,89 миллиарда). В пятерку винодельческих гигантов также входили Австро-Венгерская империя и Алжир (де-факто на тот момент тоже часть Франции). Интересно, что в тройку крупнейших экспортеров вина Франция не входила. Ведущий мировой продавец вина – Испания (414 миллионов литров), за ней следовал Алжир (204 миллиона литров). А покупателем импортного вина номер один была опять-таки Франция, ввозившая (в основном из Испании и Северной Африки) почти полмиллиарда литров вина. Часть этого ввоза (около 172 миллионов литров) потом превращалась в экспортный товар французского виноделия и из южнофранцузского порта Сет, а также из порта Бордо разъезжалась по странам Северной Европы.

Много