Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

1897 г.: «На лужайках парка, прямо на траве, в дни народных гуляний, все те же заводские и фабричные мастеровые, по преимуществу женатые и семейные, устраивают импровизированные маевки, на первом плане которых являются четвертныя бутылки с водкой и бутылки с пивом. Всюду и везде пирующие под открытым небом к полудню упиваются и засыпают на травке в самых непринужденных и живописных позах. Дети, не исключая и младенцев, оставляются на полной их свободе»[618].

В понедельник 1 мая 1889 г. «пьяныя разнокалиберныя толпы спешили на лодках, конках, в экипажах и по пешему хождению в заветный парк, где уже теснился народ. <…> Масса пьяных и массы безобразников, крики „караул“ и успокоительные возгласы „стражей“ и вот общая картина гулянья.

Добавим к этой ежегодней панораме несколько случаев опрокидывания лодок на „Черной речке“, и летопись Екатерингофскаго гулянья будет окончена»[619].

11 мая 1895 г. в два часа дня открыл летний сезон сад «Новая Бавария» с «грандиозным народным гуляньем», двумя оркестрами, тремя пьесами и «разнообразным дивертисментом». Этот сад находился на территории бывшего парка усадьбы Кушелева-Безбородко.

В екатерингофском увеселительном саду появились палатки «Пиво Баварское».

Пиво в Екатерингоф завозили десятками ведер. «Новая Бавария» выпускала более двенадцати сортов.

«Разгуляются, пиджаки бросают на деревья. По пьяному делу»[620]. «Обычно закончилась трагедия на берегу Таракановки. Участковый врач в протоколе судебно-медицинского вскрытия трупа рабочего <…> установил, что смерть Парамонова последовала от попадания в воду р. Таракановки в состоянии сильного опьянения»[621].

15 января 1898 г. доктор медицины honoris causa, член Государственного совета, генерал от инфантерии, основатель Императорского института экспериментальной медицины Александр Петрович Ольденбургский выступил с речью на заседании Комитета вновь созданного Попечительства: «Державною Волею на Попечительство возложена почетная, но трудная задача: побороть векового врага России – пьянство. <… > Нашу конечную цель я вижу в водворении в народе не безусловнаго воздержания от крепких напитков, а разумнаго, умереннаго и равномернаго их употребления»[622].

Разумного, умеренного.

Главное – равномерного, ибо «Хлебное же вино, водки и наливки, как вина крепкия… не могут питься по немногу исподволь, а пьются обыкновенно залпом, вдруг, до дна; а потому стакан для употребления в продаже распивочнаго хлебнаго вина, водок и наливок, не может быть мыслим, так как правительство имеет в виду уменьшить пьянство и приучить народ к умеренному и равномерному употреблению вина»[623].

30 апреля 1898 г. Управа рассмотрела «дело» по предложению председателя Комитета городского попечительства о народной трезвости принца А.П. Ольденбургского «об отводе мест в городских парках» – Александровском, Петровском и Екатерингофском «для устройства народнаго театра и народных гуляний»[624].

Спорным – между заявителем и Управой – оказался вопрос о платности будущих мероприятий Попечительства в указанных парках. Управа с этим (поначалу) не согласилась.

Интерес представляет аргументация А.П. Ольденбургского и возглавлявшегося им Комитета. «Начало безплатности развлечений для народа, в особенности столь разнообразных, какия предполагаются Попечительством, не может быть признано правильным, с точки зрения интересов народной нравственности. Доставление удовольствий массе не должно быть делом общественной благотворительности, а результатом личнаго сбережения трудовых заработков, развлечения хотя бы платныя, отвлекая рабочий люд от вреднаго для здоровья и нравственности расходования сбережений на простое потребление спиртных напитков, при незначительности входной платы (не свыше 10 коп.), во всяком случае, даст сбережение заработка, а сознание того, что доставляемое удовольствие, так сказать заработано лицом, укрепляя сознание личнаго достоинства, придаст этому удовольствию большую цену»[625].

Председатель Комитета просил отвести «соответствующее место», в той части Екатерингофа, «которое… находится в арендном содержании г. Дурдина», с присоединением еще небольшой части «для размещения предполагаемых зданий». Управа своим постановлением от 14 апреля 1898 г. поручила члену Управы И.И. Соколову «произвести, совместно с техниками и комиссарами, осмотр мест, предполагаемых к уступке». Что и было сделано через два дня. Заключение комиссии Управы по Екатерингофскому парку сводилось к двум основным пунктам: занятию Попечительством «указанной местности» вряд ли имеются какие-либо препятствия; следует «войти в соглашение» с И.А. Дурдиным относительно занятия Попечительством арендованной его заводом территории.

Иван Андреевич Дурдин был коммерции советником, директором-распорядителем «Новой Баварии», товарищем председателя Совета Союза пивоваренных заводчиков в России.

Первого мая 1898 г. состоялось «первое народное гулянье», организованное Попечительством.

«Благая цель отвлечь публику от пьянства заслуживает горячаго сочувствия. Поэтому с искренней радостью можно отметить, что сад был переполнен самой разнообразной публикой, чему не мало способствовала и очень низкая входная плата (10 коп.).

При входе посетителей зорко осматривали для того, чтобы в сад не попала „казенка“. Даже в самом парке, где царит относительная непринужденность, чины полиции очень неохотно смотрели на присутствие „горячительнаго“. <…>

В саду имеется прекрасная кухня, где на глазах у посетителей приготовляется кушанье. Цены действительно очень умеренны. Тут-то в особом киоске происходит и торговля виноградным вином»[626].

15 мая 1898 г. состоялось постановление Думы, по которому сад от «Новой Баварии» переходил в ведение Попечительства.

Создание в стране попечительств о народной трезвости преследовало, по мнению правительства, цель, помимо введения «потребление алкоголя в более определенные рамки», «возбудить в населении разположение к трезвости и воздержанию, как противовес» соблазнам «питейнаго заведения». Такова (считалось) была «основная идея возникновения попечительств о народной трезвости». На долю же столичного Попечительства «выпала трудная и сложная задача» – «различными путями, фактически отвлечь народ от трактирной обстановки, создать для него разумныя и в то-же время привлекательныя развлечения, поднять духовный уровень населения, расширить его кругозор, дать ему здоровую пищу, позаботиться о его телесном здоровьи»[627].

Первая «группа мероприятий» столичного Попечительства заключалась в устройстве «различнаго рода развлечений, которыя служили бы целям привлечения народных масс и в то-же время содействовали бы поднятию их духовно-нравственнаго уровня». Признавалось, что до учреждения Попечительства в этом направлении «было сделано крайне мало»: «два раза в год гулянья на балаганах с театральными представлениями весьма сомнительнаго содержания, гулянье 1-го мая в Екатерингофе и все».

Вторая группа мероприятий касалась организации питания «для беднейших слоев населения столицы» с созданием столовых, чайных, подвижных кухонь и др.

Третья группа включала «лечение алкоголиков в специальных амбулаториях и вообще предоставление народу безплатной медицинской помощи».

Но главное внимание петербургское Попечительство уделяло народному театру. «Создать национальный театр с честным, художественным, народным репертуаром» стало его целью.

По мнению деятелей Попечительства, цель театра – «поучать, развлекая. Но развлечения вместе с тем должны быть интересными» – «изображения мрачных картин жизни не всегда ведет к желанной цели; куда лучше показывать зрителю бодрящия, здоровыя, красивыя явления жизни, при виде которых он загорался бы возвышенными, благородными чувствами»[628]. Исходя из настоятельной потребности «в специальных пьесах, приспособленных для народа», Попечительство «делало заказы». Так появились, например, пьесы-хроники «Петр Великий»