«Мастер и Маргарита». Роман Михаила Булгакова о времени и о себе - Александр Сергеевич Разумов

Булгакову и они пошли за кулисы, проходил в рамках театрального фестиваля, поэтому в зале, помимо американских исполнителей этой пьесы, сидели «турбинцы» из Праги, которые оказались на этом спектакле, можно сказать, случайно. Как пишет в своём дневнике Елена Сергеевна, «по плану фестиваля они должны были пойти на «Интервенцию», но, узнав о «Турбиных», пришли во МХАТ». С ними Михаил Афанасьевич тоже познакомился, но этим и ограничилось его общение с «турбинцами» из Праги. Но в дни фестиваля Михаил Булгаков и Елена Сергеевна трижды оказывались за одним столом с американскими «Турбиными», и дважды при этом присутствовали американские дипломаты. Поэтому Пилат и читает запись Левия о сладких весенних буккуротах.

Вскоре после того как через молодых американских артистов Булгаковы завязали дружбу с американскими дипломатами, их стали часто приглашать в посольство США. Вслед за американцами Михаилу Афанасьевичу и Елене Сергеевне стали поступать приглашения и от других дипломатических представительств. Одновременно с этим в квартиру Булгакова зачастили всякие мутные личности вроде некоего Жуховицкого, который надолго стал частым гостем у Михаила Афанасьевича.

Но для нас утерянная первая тетрадь дневников интересна тем, что страх, который долгое время не покидал Булгакова и который писатель на страницах романа отобразил через поведение финдиректора Римского, возник у Михаила Афанасьевича как раз в тот период, когда Елена Сергеевна вела записи в первой пропавшей тетради. Возможно, в этой тетради было что-то важное, что Елена Сергеевна не сочла нужным по каким-то причинам включать во вторую, более позднюю редакцию своих дневников. Это затруднит поиск ответа на вопрос: чего же так испугался Михаил Афанасьевич Булгаков, что он, бросив всё, курьерским поездом уехал в Ленинград точно так же, как его литературный двойник Римский. Но об этом речь пойдёт в следующей части этих исследований.

А нам надо разобраться с теми, кто сообщал в ОГПУ – НКВД, чем в данный момент занят Михаил Булгаков, над какими произведениями он работает; что говорит о текущих событиях; каких взглядов придерживается. То есть по тексту романа, по дневниковым записям Елены Сергеевны и по материалам, которые были собраны другими исследователями, мы будем искать реального человека, ставшего прообразом такого героя «Мастера и Маргариты», как Алоизий Могарыч.

Глава 4.15

Алоизий Могарыч

Эта глава обещает быть самой большой в моём рассказе о прототипах персонажей и расшифровке событий романа «Мастер и Маргарита». Но тут уж ничего не поделаешь, Михаил Афанасьевич не скрывал, что после революции он был на стороне Белого движения, поэтому ОГПУ – НКВД постоянно направляло к нему осведомителей. А если учесть, что писатель находился под негласной опекой Спецотдела, то работать над своим главным романом Булгакову приходилось в атмосфере какого-то сумасшедшего дома, когда писатель уже не может понять, кто враг, а кто друг, да и есть ли вообще у него друзья. Но на такую жизнь он согласился сам, дав согласие связать свою судьбу с Еленой Сергеевной, после чего оказался вовлечённым в секретную операцию ОГПУ.

О персонаже автобиографического романа Михаила Булгакова, который носит странное имя Алоизий Могарыч, читатели могут судить по характеристике, которую ему даёт Мастер в разговоре с Иваном Бездомным в больничной палате. Вот что рассказал Мастер о том, как в его жизни появился этот человек:

«Настали совершенно безрадостные дни. Роман был написан, больше делать было нечего, и мы оба жили тем, что сидели на коврике на полу у печки и смотрели в огонь. Впрочем, теперь мы больше расставались, чем раньше. Она стала уходить гулять. А со мной случилась оригинальность, как нередко бывает в моей жизни… У меня неожиданно завёлся друг. Да, да, представьте себе, я в общем не склонен сходиться с людьми, обладаю чёртовой странностью: схожусь с людьми туго, недоверчив, подозрителен. И – представьте себе, при этом обязательно ко мне проникает в душу кто-нибудь непредвиденный, неожиданный и внешне-то чёрт его знает на что похожий, и он-то мне больше всех и понравится.

Так вот, в то проклятое время открылась калиточка нашего сада, денёк ещё, помню, был такой приятный, осенний. Её не было дома. И в калиточку зашёл человек, он прошёл в дом по какому-то делу к моему застройщику, потом сошёл в садик и как-то очень быстро свёл со мной знакомство. Отрекомендовался он мне журналистом. Понравился он мне до того, вообразите, что я его до сих пор иногда вспоминаю и скучаю о нём. Дальше – больше, он стал заходить ко мне. Я узнал, что он холост, что живёт рядом со мной примерно в такой же квартире, что ему тесно там, и прочее. К себе как-то не звал. Жене моей он не понравился до чрезвычайности. Но я заступился за него. Она сказала: «Делай как хочешь, но говорю тебе, что этот человек производит на меня впечатление отталкивающее».

Я рассмеялся. Да, но чем, собственно говоря, он меня привлёк? Дело в том, что вообще человек без сюрприза внутри, в своём ящике, неинтересен. Такой сюрприз в своём ящике Алоизий (да, я забыл сказать, что моего нового знакомого звали Алоизий Могарыч) имел. Именно, нигде до того я не встречал, и уверен, что нигде не встречу, человека такого ума, каким обладал Алоизий. Если я не понимал смысл какой-нибудь заметки в газете, Алоизий объяснял мне её буквально в одну минуту, причём видно было, что объяснение это ему не стоило ровно ничего. То же самое с жизненными явлениями и вопросами. Но этого было мало. Покорил меня Алоизий своею страстью к литературе. Он не успокоился, до тех пор пока не упросил меня прочитать ему мой роман весь, от корки до корки, причём о романе он отозвался очень лестно, но с потрясающей точностью, как бы присутствуя при этом, рассказал все замечания редактора, касающиеся этого романа. Он попал из ста раз сто раз. Кроме того, он совершенно точно объяснил мне, и я догадывался, что это безошибочно, почему что мой роман не мог быть напечатан. Он прямо говорил: глава такая-то идти не может…»

Как свидетельствуют знакомые Булгакова, писатель действительно был крайне недоверчив и подозрителен и, несмотря на внешнюю весёлость, с людьми сходился плохо. Но, по словам Мастера, Алоизий настолько ему понравился, что новый знакомый смог проникнуть к нему в душу. Из рассказа Мастера Ивану Бездомному становится ясно, что Алоизий, мало того что был большим любителем литературы, так он ещё без труда разгадывал идеи, которые Мастер вложил в свой роман. Для разгадки имени человека, скрывающегося за образом Алоизия, важно, что знакомство это состоялось в наиболее трудный жизненный период Мастера и что женщине, которую Мастер называет своей женой, то