Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

Щель закрылась.

Зал остался дрожать от света.

Элиана отняла ладонь от печати.

И сразу упала бы, если бы Мирена не подхватила её.

— Живая? — спросила та резко.

— Кажется.

— Ненавижу это «кажется».

— Вы слишком много времени проводите с нами.

Кайрен помог Теренсу сесть.

Тот смотрел на Элиану с таким выражением, что ей стало больно.

— Элиана

Она подняла руку.

— Нет.

Он замолчал.

— Не сейчас, Теренс.

— Я понимаю.

— Нет. Не понимаешь. Но когда-нибудь, возможно, будешь достаточно смелым, чтобы попытаться.

Он опустил голову.

— Да.

Кайрен посмотрел на него без сочувствия, но и без прежней злости.

— Встать можешь?

— Да.

— Прекрасно. Тогда будешь идти и не умирать. У нас уже слишком много драматичных тел на сегодня.

Мирена помогла Элиане выпрямиться.

— Я держу вас только потому, что если вы упадёте, Райгар сожжёт остатки дворца.

— Заботитесь о дворце?

— О себе. Я в нём стою.

Элиана почти улыбнулась.

— Спасибо.

Мирена отвела взгляд.

— Не привыкайте.

Они поднялись обратно.

Лестница казалась бесконечной. Теренс шёл между Кайреном и одним из стражников. Мирена поддерживала Элиану, хотя делала вид, что это просто удобно. С каждым шагом сверху всё яснее доносился гул голосов.

Когда они вошли в зал пламени, сражение уже закончилось.

Заговорщики были связаны. Советники стояли у стен, бледные и притихшие. Ольвен сидел на ступени у чаши, Айрис перевязывала ему голову и одновременно ругала так, будто он был непослушным ребёнком. Герцогиня Верта давала показания капитану с видом женщины, которая всегда была на стороне победителей и глубоко оскорблена необходимостью это доказывать.

А у центральной чаши стоял Райгар.

Он повернулся, едва Элиана вошла.

И всё вокруг для неё на миг исчезло.

Он был жив.

Город держался.

Пламя горело чисто.

Райгар подошёл к ней через весь зал, не обращая внимания на совет, стражу и связанных мятежников. Остановился перед ней. Посмотрел на Мирену, поддерживающую её, потом на Теренса, потом снова на Элиану.

— Ты вернулась.

— Я обещала.

Его лицо дрогнуло.

Совсем немного.

Но она уже умела видеть.

— Ты ранена?

— Устала.

— Это не ответ.

— Ваш любимый.

Он почти улыбнулся.

Потом взгляд его упал на Теренса.

Пламя в чаше за спиной Райгара стало выше.

Теренс побледнел, но не отвёл глаз.

— Я виновен, — сказал он.

Райгар молчал.

Элиана не вмешивалась.

Не потому, что ей было всё равно. Потому что это тоже был выбор. Теренс должен был наконец стоять перед последствиями без её тела как платы.

— Я подписал договор, — продолжил Теренс.

— Я помог Малгрею, думая, что спасаю род. Я молчал о смерти матери. Я привёз Элиану сюда, зная, что её согласие не было свободным.

В зале стало тихо.

Очень тихо.

Райгар спросил:

— Почему ты говоришь это сейчас?

Теренс посмотрел на Элиану.

— Потому что она закрыла долг крови, хотя могла оставить меня умирать. И потому что я слишком долго называл трусость разумом.

Элиана почувствовала, как боль снова поднялась, но уже не ослепляющая. Глубокая. Старая. Та, с которой придётся жить.

Райгар сказал:

— Его под стражу.

Элиана закрыла глаза на миг.

Не от протеста.

От того, что это было правильно.

Теренс кивнул, словно ждал худшего.

Стражники подошли к нему.

Перед тем как его увели, он повернулся к Элиане.

— Я не прошу простить.