Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

Где-то в глубине дворца красное пламя дрогнуло, будто услышало имя старого врага или ещё не проснувшегося союзника.

Элиана почувствовала, как серые узоры на её ладони слабо вспыхнули под перчаткой.

Райгар посмотрел на неё.

— Похоже, ночь не закончилась.

Она устало выдохнула.

— В Альтароне она вообще заканчивается?

Кайрен, появившийся за спиной стражника с перевязанной бровью и яблоком в руке, сказал:

— Редко. Но иногда между катастрофами подают ужин.

Элиана почти рассмеялась.

Почти.

А потом пошла рядом с Райгаром к северной караульне, где ждал пленник с именем новой угрозы на губах.

Глава 10. Поцелуй перед бурей

Северная караульня пахла дымом, кровью и мокрым камнем.

Элиана уже успела возненавидеть этот запах. Он преследовал её с первой ночи во дворце, просачивался под двери вместе с красным светом, висел в коридорах после мятежа, оседал на волосах, одежде, коже. Теперь казалось, что весь Альтарон пропитался им насквозь, как ткань, слишком долго пролежавшая возле костра.

Пленник сидел на полу у дальней стены.

Тот самый юноша из нижнего квартала, фанатик Ордена Трёх Искр, который улыбался окровавленными губами и говорил, что она всё равно придёт в храм. Теперь улыбки на его лице не было. Один глаз заплыл, губа рассечена, руки скованы железом с красными рунами. Но страшнее ран был взгляд.

Он больше не горел безумием.

Он был пуст.

Так смотрят люди, у которых отняли не только победу, но и смысл.

Райгар вошёл первым. За ним — Элиана. Кайрен, вопреки собственным словам об ужине, тоже протиснулся в караульню, доедая яблоко с таким мрачным видом, будто это была его последняя радость в мире. У двери встали двое стражников. Ольвен хотел прийти, но Айрис, после долгой битвы характеров, всё-таки заставила его остаться в лекарской комнате.

— Княгиня, — прошептал пленник.

Элиана остановилась в нескольких шагах.

— Вы хотели говорить со мной.

Он поднял голову.

— Не хотел. Мне велели.

Кайрен усмехнулся.

— Какая редкая честность. Обычно пленники начинают с «я ни при чём» и «это всё недоразумение».

Пленник не посмотрел на него.

— Послание откроется только при ней.

Райгар сразу напрягся.

— Какое послание?

Юноша медленно повернул скованные руки. На внутренней стороне его запястья виднелся знак — три пересечённые линии внутри круга. Раньше он был чёрным. Теперь стал серебристым, словно под кожей проступил холодный металл.

Элиана почувствовала, как пепельные узоры на её ладони отозвались слабым уколом.

— Это не знак Ордена, — сказала она.

— Уже нет, — ответил пленник.

— Кто изменил его?

Он усмехнулся, но без прежнего фанатизма.

— Тот, кто пришёл после архонта.

Райгар сделал шаг ближе.

— Малгрей был не один?

— Малгрей никогда не один. Он просто позволяет другим думать, что стоит над ними.

— Имя, — сказал Райгар.

Пленник сглотнул.

На лице его появился настоящий страх.

— Серебряный князь.

В караульне стало холоднее.

Не образно. В воздухе действительно появился морозный привкус. На железных кольцах у стены выступил иней. Пламя в маленькой чаше у двери дёрнулось и стало ниже.

Кайрен перестал жевать.

— Серебряная ветвь закрыла северные земли двадцать лет назад.

— Официально, — прошептал пленник.

Элиана посмотрела на Райгара.

— Кто это?

Он молчал.

И снова это молчание.

Но теперь оно длилось недолго.

— Серебряные драконы, — сказал он.

— Дом льда, памяти и клятв. Они не вмешивались в дела красных со времён последней войны.

— Почему?

Кайрен ответил вместо брата:

— Потому что мы почти поубивали друг друга, как воспитанные древние дома.

Райгар бросил на него взгляд.

— Упрощённо, но верно.

Пленник тихо засмеялся.

— Они не не вмешивались. Они ждали.

Элиана повернулась к нему.

— Чего?

— Пока пепел и красное пламя откроют