Собрание сочинений. Том 4. Податная реформа Петра I. Введение подушной подати в России 1719–1728 гг. - Евгений Викторович Анисимов

в фондах Сената и других государственных учреждений. Рост таких преступлений констатировал именной указ «О государственных интересах» 1713 г.: «…возрастают на тягость всенародную и умножаются для лукавых приобретений и похищений государственных интересов всякие неправды и грабительства, и тем многие всяких чинов люди, а наипаче крестьяне приходят в разорение и бедность»81. Для улучшения деятельности местной администрации был создан особый штат комиссаров для наблюдения за сбором текущих налогов и недоимок.

Правительство постоянно боролось с должностными преступлениями. Расследованию их была посвящена деятельность многочисленных специальных сыскных органов – «майорских канцелярий»82. В 1715 г. появился указ, в котором поощрялась подача доносов о злоупотреблениях различных сборщиков, переписчиков «им в те их бытности кому от них какие обиды были и взятки с кого какие притеснением имали»83.

Не менее грозны были и последующие указы о «рачительном» сборе податей. В указе 1718 г. преступления, связанные с «похищением е. ц. в. казны», были включены в число трех главнейших государственных преступлений наряду с бунтами и изменой, а также покушением на жизнь самодержца84.

Сохранилось письмо Петра I М. Г. Ромодановскому от 24 февраля 1712 г., в котором царь приказывает повесить духовского коменданта Ф. А. Волкова, уличенного «во взятках и прочих воровствах», и не хоронить труп до весны, «чтоб лежал поверх земли видим всем». В конце письма Петр пишет: «…також старайтесь и впредь таких воров сыскивать»85. Но даже такие жестокие меры пресечений должностных преступлений помогали мало. Злоупотребления властей были распространены повсеместно.

В этой связи правительство возлагало большие надежды на институт фискалов, созданный в 1711 г. для борьбы и предупреждения злоупотреблений и воровства. В 1717 г. Петр писал из Франции сенаторам: «…дабы в делех, которые денежной траты касаютца, о которых фискалы будут доносить, чтоб немедленная инквизиция была и эксекуция». В развитие этой директивы Сенат издал указ о поощрении фискалов и «немедленном обличении» финансовых злоупотреблений86. Но не всегда и не везде институт фискальства работал так, как предписывали законы. Сами фискалы не раз попадали под следствие по обвинению в тех преступлениях, которые они должны были разоблачать87. Население жаловалось в своих челобитных на бесконтрольное хозяйничанье фискалов: «…оные же настыри пуще наемников, хищников и разбойников и воров, что положился на них великий государь, что смотрить правды, а они воруют, а царскому величеству неизвестно»88.

В целом работа местного управления, точнее его податных органов, вызывала серьезные нарекания. Поэтому неудивительно, что на полях рукописи «Гистории Свейской войны» против отрывка о новом порядке размещения армии Петр дал следующую интерпретацию причин податной реформы: «Сие черненое написать в приложении пространнее, понеже непорядочными поборы на войско управителей и зборщиков народу чинитца разорение. Того ради е. в. положил намерение всю армию и гварнизоны расположить на все государство, который указ выдан»89, т. е. принял решение возложить сборы на военные нужды непосредственно на армию.

Тем самым, считали в правительстве, убивали сразу двух зайцев – устранялись злоупотребления, которыми прославились местные сборщики, и одновременно решалась довольно острая проблема будущего содержания регулярной армии, которую нельзя было распустить по домам, как в XVII в. Именно проблема содержания армии и была, по мнению многих исследователей, одной из существенных причин податной реформы90.

Таким образом, приведенный материал свидетельствует о кризисе подворного обложения, проявившемся в 1710‑х гг. Он выразился в том, что система подворного обложения перестала соответствовать тем задачам, которые она должна была решать. Кризис охватил все важнейшие элементы системы подворного налогообложения. Корпус налогов, представлявший собой совокупность многочисленных мелких, разнородных по форме постоянных и временных налогов и повинностей, нуждался в перестройке, а точнее в унификации.

Особенно серьезные недостатки были присущи другому важнейшему элементу подворного обложения – системе сбора налогов по дворам. В 1710‑х гг. стало ясно, что подворное обложение не позволяет увеличить налоговые поступления и с максимальной полнотой учесть все платежеспособное население. С этим была связана другая немаловажная причина реформы – необходимость обеспечения контроля за плательщиками и вообще населением. Подворная система с ее учетом дворов, а не населения этот контроль обеспечить не могла. Многочисленные злоупотребления сборщиков налогов вынуждали правительство Петра задумываться над реорганизацией и третьего элемента налогообложения – системы сбора налогов. Все эти причины привели правительство Петра к осознанию необходимости создания такой системы обложения, которая охватила бы податью всех потенциальных плательщиков, позволив одновременно контролировать их и содержать на их средства регулярную армию в мирное время. Кроме того, предполагалось, что такая податная система обеспечит бездоимочный, эффективный и справедливый (в понимании законодателя) сбор налогов с населения.

Глава II

Разработка идей податной реформы. Указ от 26 ноября 1718 г

Кризис подворной системы налогообложения, проявившийся с очевидностью после переписи 1710 г., был составной частью общего финансового кризиса как следствия огромных военных затрат в первом десятилетии Северной войны. Поэтому в ряде проектов, относящихся к 1710‑м гг., податные преобразования рассматриваются в числе других преобразований, направленных на улучшение финансового положения государства.

Если оценивать литературу проектов в целом, то можно выделить в ней три ведущих направления. Во-первых, прожектеры сделали много предложений по увеличению приходной части бюджета за счет дальнейшей эксплуатации монетной регалии (понижение удельного веса благородного металла в монете, чеканка большого количества медной монеты), увеличения числа и величины ставок торговых пошлин, оборотов казенной торговли, номенклатуры монопольных товаров. Во-вторых, в ряде проектов предлагались меры, направленные на сокращение расходов государства91, и, наконец, в-третьих, в своих проектах прожектеры изыскивали возможности перестройки податной системы. Именно это третье направление привлекает наше наибольшее внимание.

Почти для всех прожектеров, затрагивающих податную реформу, характерна весьма резкая критика как практики подворных переписей, так и самого принципа подворного обложения.

Отмечая недостатки подворных переписей, прожектеры отражали довольно распространенный в это время негативный взгляд на подворную перепись как на мероприятие, мало что дающее казне и сопряженное, как правило, с явными злоупотреблениями переписчиков. Вторя многочисленным челобитчикам и авторам доношений с мест, прожектеры указывают на главное зло, порожденное несовершенной системой учета дворов и сбора налогов по дворам. Зло это заключается в возможности плательщиков, прибегающих к подкупу переписчиков, уменьшить тяжесть обложения за счет записи в одном тяглом дворе нескольких семей, нередко представляющих собой самостоятельные хозяйственные ячейки – тягла и живущих фактически отдельными дворами. Об этом пишут многие прожектеры: В. Лодыгин в проекте 1710 г., И. Филиппов, чей проект датируется 1715–1717 гг., а также обер-фискал А. Нестеров в доношении 1714 г. «об уравнительном платеже», полковник С. Юрлов в своем «Объявлении»92 и др. Прямым следствием «неравной переписки», по мнению авторов проектов, является неравномерность обложения, возникающая тогда, когда подворный налог падает в одинаковом размере и на двор, где записано двадцать и более душ, и на двор, где живут двое-трое. Неравномерность же ведет к разорению населения, бегству, «пустоте», утрате «государственного интереса».

Критикуя подворную систему, прожектеры выдвигают свои предложения, направленные на устранение ее очевидных недостатков. Один (как, например, В. Лодыгин) предлагает заново провести подворную перепись, уделив особое внимание тщательности ее проведения с тем, чтобы предотвратить утайку дворов и злоупотребления переписчиков. Другие высказываются за унификацию подворной системы или по крайней мере за унификацию учета плательщиков. Так, С. Юрлов, не говоря непосредственно об отказе от подворной системы, считает, что крестьян следует заново переписать «душами или семьями» под присягой. Кроме того, Юрлов предлагает ввести систему постоянного учета изменений числа плательщиков93. И. Филиппов же предлагает «дворами не писать, а написать крестьянство в крестьянские дворы счислением мужска и женска пола людей, по скольку семей