Жизненный путь митрополита Вениамина (Федченкова). 1880–1961 - Ростислав Просветов

Священникам и церковным старостам сельских приходов, в которых ощущалась большая материальная скудость, митрополит Вениамин регулярно выделял денежные ссуды из епархиальных средств. Уполномоченный указывал владыке, что выдача таких ссуд воспрещается советским законодательством. Владыка вынужден был дать распоряжение Епархиальному совету, чтобы прекратить такую практику. Но поддержку по возможности оказывал сам из собственных средств.

Другой постоянной заботой митрополита Вениамина было сохранение и благоустроение существующих храмов и молитвенных зданий. В 1953 году в докладной записке Совета говорилось: «Большое внимание уделяется и созданию "благолепия" в храмах. Здания церквей ремонтируются и благоустраиваются. Для обеспечения этого укрепляется финансовое положение церковных общин, епархиальным управлением проводятся финансовые ревизии церковных сумм; церквам устанавливается план продажи свечей на год. <…> Естественно, что церковные общины принимают меры, чтобы не допустить покупки свечей верующими на стороне. Например, в Ростовском соборе висит объявление, призывающее верующих не покупать свечей вне церкви ввиду их недоброкачественности». Карпов отмечал, что «в Ростовской области ремонтируются и украшаются почти все церковные здания. Для накопления средств общинам дается план по продаже свечей, как главного источника церковного дохода, и выдаются ссуды. За 1954 год таких ссуд выдано 1.050.000 рублей».

Еще в феврале 1952 года митрополит Вениамин на приеме у Карпова поднимал вопрос о тех церковных зданиях, которые местные органы требовали вернуть в свое распоряжение. На это он получил ответ, что «те церковные здания, в которых проводятся богослужения, независимо от того, были ли эти здания до войны переоборудованы и приспособлены для культурных целей (клуб, дом культуры), отбираться у общин верующих не могут, и если такие случаи будут, то следует немедленно сообщать Совету». Он сообщал и обращался в Совет, когда такой случай произошел в станице Пролетарской, где у общины изъяли церковное здание. Однако на встрече с уполномоченным тот пояснил владыке, что «Карпов, вероятно, говорил о таких случаях, когда изъятие у общин верующих церковных зданий происходит самовольно местными советскими органами и когда уполномоченный Совета, зная об этом, не принимает соответствующих мер. Что же касается изъятия у общины верующих станицы Пролетарской здания церкви, <…> то это делается по постановлению Совета»… Тут возразить было нечего, и в подобных случаях митрополит Вениамин считал нужным просто уступить. Он объяснял общине верующих необходимость передачи здания райисполкому по закону и подыскания себе другого помещения.

В годовом отчете в Патриархию за 1952 год митрополит Вениамин так обосновывал свою позицию: «Уполномоченный уже раз-два в прошлом году говорил со мною по вопросу о передаче некоторых храмов (трех) в распоряжение местных властей. Мотивы были различны. А вместо этих храмов предлагалось устроить молитвенные дома в другом месте селения. И я принял это к послушанию. А священников их и прихожан убеждал принимать "по-христиански", со смирением, а не с протестами, обжалованиями или хотя бы с раздражением в сердце. У нас есть два "храма": один молитвенный дом, а другой — наша собственная душа, — как учит Ап[остол] Павел (1 Кор. 6, 19–20). И нам без сравнения важнее хранить душевный храм правильно устроенным во Св[ятом] Духе, чем отстаивать здание [каменное]. Я зрю с очевидностью, что такова христианская точка зрения и таков христианский дух. Противоположное настроение есть мирское, греховное отношение, притом — вредное нам самим, т. е. не лично даже, а для Церкви Божией! Вредное не с точки зрения опасности от власти (это тоже земная установка), а как духовно вредное проявление нашей страстности, зла, гордости (как говорил ап[остол] Петр), — что разрушает христианскую веру и жизнь. И наоборот, последствия от правильного отношения нашего к власти будут для самой Церкви несомненно благотворны, как результат ее духовной "здравости" (1 Тим. 6, 3). Это хорошо и полезно человекам (Тит. 3, 8). Такова есть воля Божия (1 Пет. 2, 15). Это хорошо (христианам) и угодно Спасителю нашему Богу (1 Тим. 2, 3)». Митрополит Вениамин всегда призывал заботиться только об одном — о храме своей души.

Глава 21. Новочеркасск (1953–1955)

После наведения порядка в Ростовской епархии владыка Вениамин всерьез задумался о месте, где бы ему было «спасительнее духовно». Дом, в котором он разместился в Ростове, располагался рядом с трамвайными путями, что мало благоприятствовало работе и отдыху. Ему подыскали комнату в Таганроге, но туда было неудобно ездить, слишком далеко. Хотя приходили мысли даже о Глинской пустыни в Курской области, но на запросы туда никаких ответов не следовало: «Странно это!» — отмечал он. Вскоре наконец было найдено новое место для жительства в Новочеркасске. С апреля 1952 года владыка уже снимал здесь квартиру и в письме к Надежде Павлович писал: «Всего 4 комнаты (кроме кухни в подвальном этаже), — где и хозяйка (б[ывшая] жена некоего священника)». Город ему нравился.

Новочеркасск ранее был столицей Донского края и кафедральным городом обширной епархии, в которую входили территории войска Донского, Кавказская и Черноморская области. В 1842 году из состава Новочеркасской епархии была выведена Кавказская епархия, а оставшаяся часть получила название «Донская и Новочеркасская», сохранив его до 1930-х годов. В 1940-е годы Донская епархия вошла в состав Ростовской епархии, которая с 1948 года стала именоваться «Ростовская и Новочеркасская». В предыдущие годы все домовые церкви города были закрыты, здания шести церквей взорваны, а в оставшихся прекращено богослужение. Только летом 1942 года во время немецкой оккупации сохранившиеся на то время еще шесть приходских храмов были вновь открыты для верующих и оставались действующими до сих пор.

В 1953 году владыка Вениамин на окраине города купил частный дом. Он состоял из 6 комнат, с кухней и удобствами. Предполагалось, что здесь можно будет устроить подворье или подобие архиерейской дачи. Секретарь епархии священник Серафим Голубцов в письме к своему старшему брату отцу Николаю писал: «…в Новочеркасске через два-три дома от купленного митрополитом есть К[онстантино]-Еленинская церковь — приходская, при которой организуется нечто вроде "подворья", о котором не велено говорить, ибо: "не разрешает Москва". Намечен и штат: 1) настоятель — митрополит, 2) наместник — архимандрит, 3) второй священник — быв[ший] католик, западник, 4) иеродиакон, 5) молодой алтарник — будущий монах и 6) монашки… Весь штат на братской трапезе бесплатный и проводится протоколом по Управлению. Половина дома для "приезжающих". Не время, казалось бы, теперь заниматься "подворьями", после того как получено запрещение Министерства. Будут называть "дачей" (как в Риге)… Работать в такой обстановке трудно во многих отношениях, а посему и пишу Вам и прошу отцовского совета, как мне себя держать, ибо я не совсем опытен в таких делах,