«Руководство скептика по Вселенной»: Как отличить реальность от вымысла в мире, который тонет в фальши. - Steven Novella

людьми до отказа, а затем ошеломить их непрерывным потоком сменяющих друг друга фантастических устройств и громких заявлений. В течение нескольких часов те, кто поблагоразумнее, постепенно расходятся, оставляя самых внушаемых. Свою роль начинает играть и умственная усталость.

После демонстрации у аудитории складывается ощущение, что даже если работающим окажется хотя бы одно из этих удивительных устройств, они сказочно разбогатеют, инвестировав в них. И именно это Ли и продает — возможность инвестировать в его компанию. Людей не просят купить продукт, потому что у Ли просто нет настоящих продуктов на продажу. Вместо этого он продает инвестиционные пакеты или дилерские права.

Продажу этой «возможности» Ли щедро сдабривает апелляциями к патриотизму и религиозной вере. В свидетельстве из первых уст бывший владелец одной из дилерских точек Ли рассказывает, как тот держит людей на крючке, выкачивая из них как можно больше денег, а затем избавляется от них, когда те наконец начинают догадываться об обмане.

К сожалению, наши скромные усилия не положили конец попыткам Ли доить публику, выманивая инвестиции в свои бесполезные технологии. Как это обычно бывает при подобной «карьере», Ли просто переключался на новые аферы, изредка отделываясь легкими щелчками по носу от властей.

Его следующей аферой стало устройство для повышения эффективности двигателей внутреннего сгорания с помощью так называемого «топливного элемента с подачей воды» (Hydro-Assist Fuel Cell, HAFC). Это классический пример заявлений сторонников «свободной энергии» о том, что они могут заставить автомобили сжигать бензин более полно или эффективно. Разумеется, автомобильные концерны десятилетиями работали над повышением эффективности и вряд ли упустили бы что-то столь простое и невероятно действенное.

В 2009 году Федеральная торговая комиссия привлекла Ли в качестве ответчика в рамках расследования этих заявлений, но, к сожалению, ему удается успешно делать карьеру на продаже чистейшей лженауки уже не одно десятилетие. Время от времени ему запрещают деятельность в отдельных штатах или заставляют отказываться от тех или иных утверждений, но по большому счету он преспокойно продолжает свои махинации.

Он продвигает свои невероятные идеи, апеллируя к тем, кто склонен верить в теории заговора. Заговоры — лучшие друзья мошенников, поскольку они делают за них всю тяжелую работу, когда нужно как-то объяснить неудобные факты. Ученые говорят, что устройства свободной энергии невозможны? Это потому, что они сами в заговоре! Любой, кто пытается разоблачить его заявления или предупредить о его прошлых судимостях за мошенничество, просто хочет заткнуть ему рот. Скорее всего, это проплаченные марионетки нефтяных гигантов. А если правительство пытается его закрыть — ну какие вам еще нужны доказательства?

Ли также вплетает в свои речи веру в Бога и американский патриотизм, создавая беспроигрышное трио эмоционального воздействия. Судя по всему, даже прямого предупреждения о том, что за плечами Ли длинный список тяжких преступлений, некоторым недостаточно, чтобы перестать верить, будто любитель выписывать необеспеченные чеки из Нью-Джерси совершил революцию в физике.

Существование Ли напоминает нам о том, что далеко не каждый, кто выступает с паранормальными или лженаучными заявлениями, искренне верит в собственные слова. В этой воде водятся и акулы.

42. Голли-ву. Приключение Кары.

Если вы ищете священное знание, а не просто паллиатив для своих страхов, то вы приучите себя быть хорошим скептиком.

— Энн Друян

У техасцев дурная репутация. Конечно, отношения некоторых из них с климатологией и эволюцией весьма натянутые. И да, штат стабильно плетется в хвосте национальных рейтингов образования. Но когда эта техаска оказалась в Лос-Анджелесе, её ждало суровое антинаучное отрезвление.

Жители Юга в массе своей питаются отвратительно, и статистика ожирения тому подтверждение. Я вспоминаю об этом всякий раз, когда приезжаю навестить родных. «Болезнь Данлапа» здесь превратилась в эпидемию. (Никогда о такой не слышали? Это когда пузо нависает над ремнем — по-английски это звучит как *done lapped*, то есть созвучно фамилии Данлап!) И я тоже регулярно становлюсь её жертвой. Когда я возвращаюсь в Лос-Анджелес после поездки к родным, мой багаж тяжелеет фунтов на пять, а во мне самой прибавляется столько же лишнего веса от жареной курочки и пончиков.

Но неужели традиционная диета моих техасских собратьев («мясо с картошкой») действительно менее полезна для здоровья, чем привычки помешанных на своей внешности анджеленосцев? (Да-да, именно так называют жителей Лос-Анджелеса). Конечно, в Городе Ангелов легко всегда быть с безупречной прической, выщипанными бровями и подтянутой фигурой. Но под этим пластиковым глянцем совершенства скрывается глубоко укоренившийся мир лженаучного мракобесия.

Прогуливаясь по улице в своем районе Лос-Фелис, я наверняка наткнусь на детокс-бар с очищающими тониками, спа-салон с услугами рейки и аюрведы, бутик с кристаллами и поющими чашами на витрине и «медицинское» учреждение, рекламирующее инфузии витаминов группы B и гидроколонотерапию. И такой ряд витрин — вовсе не редкость. По соседству со спортзалами для кроссфита и салонами моментального загара процветает бизнес альтернативной медицины.

Южная Калифорния — это родина сайентологии, отвергающей психиатрию, Дженни Маккарти, отвергающей вакцины, Гвинет Пэлтроу, отвергающей науку, и Дипака Чопры, отвергающего реальность. Лидеры культов и знаменитости обладают поразительной, просто непостижимой властью над жителями второго по величине города страны. Возможно, Лос-Анджелес — это просто микрокосм более масштабного бедствия, поразившего американцев, да и вообще весь мир. А может, здесь просто воздух какой-то особенный. (Смог? Каннабис? Отчаяние?) Но больше всего меня поражает извечный вопрос: почему вполне разумные в других отношениях люди становятся жертвами подобного шарлатанства?

На момент написания этих строк я живу в Лос-Анджелесе уже без малого десять лет. Я повидала множество самых разных людей — богатых и бедных, старых и молодых, умных и, скажем так, не очень. Чтобы не разрушить былые или нынешние дружеские связи (и не подставить кого-нибудь по-крупному), я решила объединить все свои наблюдения в один собирательный образ, который назову Обри. Лично я никакой Обри не знаю, к тому же это имя гендерно-универсальное, какими будут и мои истории. Тем не менее в дальнейшем для удобства чтения я буду говорить об Обри в женском роде — «она». Она воплощает в себе каждого, кого я встречала в этой полной мракобесия стране под названием Голливудский дурдом.

Здесь я часто наблюдаю феномен, который называю «синдромом знаменитости» — постепенную изоляцию голливудской элиты от реальности. Обри иллюстрирует его как нельзя лучше. Поскольку знаменитостей на публике обычно преследуют, они начинают избегать общественных мест (подобно тому, как агорафобы постепенно сужают круг своих безопасных зон, стремясь избежать приступов сильной тревоги). У них есть ассистенты, которые покупают им одежду