Как полетели динозавры: ящеры-квадрокоптеры, обратные птицы и их потомки - Андрей Юрьевич Журавлёв

Конфуция летала, чтобы согреться: используемые для древних существ изотопные кислородные «градусники» показывают температуру тела на уровне страусов и тинаму (38–40 °C) — это меньше, чем у большинства летающих птиц (40–45 °C).

Рис. 15.5. Клетки корнеоциты с тонофибриллами в коже конфуциусорниса, диаметр клеток до 1,5 µм (M. E. McNamara et al., 2018)

В общем, как всегда, переходная форма совмещала и архаичные (в данном случае — динозавровые), и продвинутые (птичьи) черты. И, чтобы это сочетание было жизнеспособным, добавляла что-то от себя.

Так, в по-прежнему динозавровом (т.е. диапсидном — двудужном) черепе скуловая кость налегала на верхнечелюстную, не давая надклювью смещаться относительно черепной коробки. Именно такое смещение сделало череп настоящих птиц «подвижным» — кинетичным, что облегчило им прием пищи. Поэтому пришлось пойти на хитрость: довольно «тяжелые» челюсти конфуциусорниса в тыльной части черепа сочетались с прочными костными перемычками, которые создавали пространство для размещения сильных челюстных мышц. Такое строение обеспечивало крепкий захват пищи клювом, несмотря на отсутствие дополнительных подвижных сочленений. Охотился конфуциусорнис на лету или на бегу.

Потом можно было, цепляясь коготками всех лапок за шершавую кору гинкго или игольчатой байеры, влезть на дерево, где никто особо не беспокоил, и со смаком съесть добычу. Прожорливый компсогнатид — большой синокаллиоптерикс (Sinocalliopteryx gigas) с острыми кривоватыми зубами — всегда бродил где-то рядом. Он был готов в любую минуту выскочить из тенистых зарослей беннеттитов и схватить зазевавшегося конфуциусорниса. От птицы в итоге оставались лишь «рожки да ножки» — вилочка да скапулокоракоиды (ну, и некоторые другие опознаваемые косточки). Хищник заглатывал пернатых целиком, хватая иногда по паре за раз, и, пока одна жертва отправлялась в глотку, другая еще трепыхалась под тяжелой задней лапой.

Большой палец задней лапы на первый взгляд был слишком короток, чтобы конфуциусорнис мог сидеть на веточке, но развитые мясистые и покрытые шестигранной чешуей подушечки позволяли крепко ее обхватить (рис. 15.4). Что предпочитала на обед сама птица Конфуция, доподлинно неизвестно: при всем обилии ее остатков содержимое кишечника так ни разу на глаза ученым и не попалось. Видимо, пища была быстроперевариваемая, вроде мелких млекопитающих или личинок насекомых. А вот менее птицеподобный чжэхольорнис (Jeholornis) — нечто среднее между археоптериксом и самим конфуциусорнисом — явно предпочитал листья и семена и даже обзавелся «зернодробилкой» в желудке: он заглатывал мелкие камушки (гастролиты). Конечно, от листьев почти ничего не осталось. Микрофитолиты — мельчайшие кремневые частицы (по сути, стеклянная крошка), содержащиеся в листовых пластинках цветковых, — выдают, что он обрывал листья с деревьев, похожих на магнолии. Может, те семена были косточками плодов, а чжэхольорнис предпочитал сочные фрукты?

Конфуциусорнис, перекусив, расправлял широкие длинные крылья, разжимал лапы и отправлялся в полет, искусно маневрируя между стволами гинкговых и хвойных. Иногда он выпархивал на открытое пространство над озером и отдыхал прямо на лету, снизившись до предела, так что тонкая воздушная прослойка поддерживала его над водной гладью. Отдыхать приходилось из-за того, что, несмотря на наличие трехкостного канала (важного шкива для растяжки сухожилия надкоракоидной мышцы), киль пока недостаточно разросся. И пусть грудина еще не стала главной опорой для летательных мышц, мускульные блоки уверенно поднимали и опускали крылья. Ведь недостачу места для крепления мощных дельтовидных и подключичных мышц восполнял сильно выступавший дельтопекторальный гребень на слегка «перекрученной» плечевой кости. Необычное овальное отверстие в этом гребне, вероятно, служило для тех же целей (рис. 15.3). Летал конфуциусорнис за счет плечевого комплекса мышц (а не грудного, как современные птицы), что не помешало ему полноценно овладеть воздушной стихией.

Еще необычнее выглядела эта часть скелета у чжэхольорниса. Подкововидную вилочку окружали два широких перфорированных коракоида, соединявшие ее с плечевыми костями и грудиной. Грудинные отделы задней пары спинных ребер несли крупные отверстия и, вероятно, служили для крепления межреберных и/или боковых брюшных мышц (рис. 15.6). Этот мускульный блок помогал глубоко дышать, опять же в полете. Так и до Шестакова на юге Сибири долетел…

Рис. 15.6. Скелет чжэхольорниса (Jeholornis prima), длина 75 см; раннемеловая эпоха (125–120 млн лет); Чжэхоль, пров. Ляонин, Китай (Пекинский музей естественной истории; commons.wikimedia.org)

Оперение конфуциусорниса включало 10 или 12 асимметричных разноразмерных первостепенных маховых перьев — с крепкими стержнями и сильно вытянутых (втрое превышавших длину кисти, до 20 см; рис. 15.7). Их дополняли второстепенные маховые и кроющие элементы. В совокупности с передней и задней кожными летательными перепонками (про- и постпатагием) получалось крыло, пригодное для создания достаточного соотношения подъемной силы к лобовому сопротивлению — 13–15 единиц (как у современного сапсана или орла-карлика). Широкий и плотный пропатагий, прошитый упругими коллагеновыми волокнами, растягивался от плеча до межзапястного сгиба и прочно удерживал глубоко сидящие перьевые очины, не давая опахалам коробиться и заворачиваться (рис. 15.8). А натяжение коллагеновых нитей придавало перепонке выпукло-вогнутый аэродинамический профиль. Складка охватывала второй и третий пальцы, кроме самого коготка. В небе силуэт конфуциусорниса совсем не был похож на таковой любого из нынешних пернатых и прочих летучих созданий. Его облик — треугольная голова, переходившая в мощную шею, широкие и резко удлиненные к концам крылья, распростертые почти на метр, — довершали два хвостовых булавовидных выроста.

Рис. 15.7. Фрагмент отпечатка правого крыла самца конфуциусорниса с маховыми перьями первого порядка и когтями кисти, длина крыла 25 см (Институт палеонтологии позвоночных и палеоантропологии КАН, Пекин; A. R. Falk)

Рис. 15.8. Фрагмент крыла конфуциусорниса с передней кожной перепонкой — пропатагием, ширина поля 4 см; флюоресценция, стимулированная лазером, желтый длинноволновой фильтр (A. R. Falk)

Гнездились птицы колониями, поэтому и в зубы хищников попадали вместе, и палеонтологи их находят в изрядном количестве (до 40 скелетиков на 100 м2 пласта). Внушительное и зловещее зрелище, должно быть, открывалось, когда,