Последний кризис капитализма. Идеи современной экономики - Михаил Леонидович Хазин

Рис. 76. Профицит внешнеторгового баланса Китая с США

А в США, соответственно, стал расти дефицит:

Рис. 77. Дефицит внешнеторгового баланса США

Такой механизм стимулирования экономики не мог не вызвать инфляции, и в США начались, даже по официальным данным, мощнейшие инфляционные процессы. Американские денежные власти (по большей части глава ФРС Пауэлл) неоднократно объясняли осенью 2021 года, что «инфляция носит краткосрочный характер», но даже простейший анализ говорил о том, что это станет серьезной проблемой для американской экономики.

Так и произошло:

Рис. 78. Инфляция в США 2020–2024 годов

Но при этом необходимо учесть ряд очень интересных явлений, связанных с инфляцией в США, которые здесь нужно обсудить. Прежде всего термин «инфляция» представители властей используют как синоним потребительской инфляции или индекса CPI. Индекс PPI, который интерпретируется как инфляция промышленная, показывал похожую динамику:

Рис. 79. Индекс PPI в США в 2020–2024 годах

Но индекс PPI считают по конечным товарам в технологических цепочках. А вот индекс промышленных цен по полному объему товаров давал совершенно иную картину:

Рис. 80. Индекс цен по полному объему промышленных товаров

Источник: Federal Reserve Bank of St. Louis (FRED)

Мы видим ярко выраженную и сильную дефляцию, которая совершенно не соответствует показателям инфляции потребительской. Как можно объяснить такое разительное несоответствие?

Ответ на этот вопрос достаточно прост. Дело в том, что произведенные в США товары, издержки на производство которых на фоне высокой инфляции все время росли, были вынуждены конкурировать с товарами импортными. Поэтому стоимость конечной продукции в технологических цепочках носила конкурентный характер. И постепенно проигрывала более дешевому импорту.

А производство промежуточных товаров, естественно, стагнировало и сокращалось, поскольку продажи отечественных товаров на американских же рынках падали. Процесс этот начался задолго до эпидемии ковида, но после карантина и колоссальной денежной накачки потребителей приобрел дополнительный импульс. Какое-то время американские производители пытались сохранить рынок, снижая цены (и, отметим, – качество, что хорошо видно, скажем, на примере «Боинга»), но в конце концов проигрывали и уходили с рынка.

Отметим, что аналогичные процессы проходили и в других регионах мира с «развитой» экономикой (Китай, Япония, Евросоюз), но там они дополнялись разного рода специфическими эффектами. Например, отказом Евросоюза от дешевого российского сырья после 24 февраля 2022 года. Важно здесь то, что инфляционная волна привела к сильному падению реального уровня жизни населения. Что, в свою очередь, требовало изменения потребительского поведения.

Отметим два принципиальных момента, которые произошли в марте 2024 года. Дело в том, что в середине этой книги я много писал о фальсификации статистики, точнее, радикальных изменениях методологии, которые привели, в частности, к принципиальному занижению показателей инфляции. Поскольку в рамках Бреттон-Вудской системы статистические методики унифицированы, это – проблема практически всех стран мира.

Иногда эта проблема попадает в поле зрения (например, в 2008–2009 годах), но затем ее снова заметают под ковер. Официальные лица игнорируют эту проблему, даже если их активно тычут в нее носом, публичные эксперты ссылаются на то, что альтернативных официальных цифр нет. Оценки Фонда экономических исследований Михаила Хазина показывают масштабы инфляционных процессов в США после ковидного карантина, 10–12% в год, но это именно оценки. Но вот как раз в марте 2024 года ситуация разительно изменилась.

Практически одновременно в официальном поле вышли две принципиальные научные работы. Первая касалась изучения рынка труда США группой специалистов при Резервном банке Филадельфии. То есть пусть и не в рамках жесткой исполнительной вертикали, но находящихся под опекой руководства ФРС, в том числе Пауэлла. Они провели исследование, которое показало, что Бюро трудовой статистики (BLS) Министерства труда США существенно завышало количество рабочих мест, создаваемых в стране.

Совокупное количество виртуальных рабочих мест, созданных в 2023 году исключительно в отчетах, было оценено в 800–1400 тысяч (то есть в пределах миллиона), что с учетом месячных данных означает увеличение этого показателя примерно в 1,5 раза относительно реальности. Отметим, что из двух «мандатов» ФРС один как раз связан со стимулированием создания рабочих мест.

Рис. 81. Создание рабочих мест

Здесь нужно сделать небольшое отступление. Я веду более или менее регулярное описание состояния дел в экономике США с 2003 года (вначале на сайте worldcrisis.ru, затем в собственном телеграм-канале) и неоднократно отмечал, что руководство ФРС недовольно качеством статистических данных BLS. Настолько, что оно в какой-то момент начало самостоятельно оценивать трудовой рынок. Так что сигналы поступали достаточно давно, но до такой жесткой оценки дело не доходило.

Ранее такие сигналы Министерство труда игнорировало, но в августе 2024 года (то есть через полгода после выхода описанного исследования) признало, что «нарисовало» 814 тысяч рабочих мест. Обращаю внимание, цифра взята по нижней границе интервала, приведенного чуть ранее. Теоретически можно предположить, что реальная цифра фальсификаций еще выше, но так или иначе этот случай подтверждает и наш вывод начала 2000-х о тотальной фальсификации статистики, и масштаб этой фальсификации.

Но на этом Министерство труда США не остановилось, и в 2025 году продолжило исправление статистики. В феврале все ведущие мировые СМИ радостно рапортовали, что в США было создано 143 тысячи рабочих мест, а декабрьские данные пересмотрели в лучшую сторону: с 256 до 307 тысяч. Следовательно – «экономика прекрасна, а будет еще лучше».

Однако почти никто не акцентировал внимание на том, что предыдущие данные были пересмотры сильно в худшую сторону. Вообще, ретроспективные изменения – частое дело в американской статистике, но тут масштаб был уж очень основательным. Если в августе статистики Министерства труда пересмотрели данные сразу на минус 800 тысяч, то в этот раз на минус 600 тысяч, итого «заминусовали» 1,4 млн! То есть уже по максимуму описанного выше сотрудниками ФРС интервала.

Повторю еще раз, оптимизация методологии и ретроспективная корректировка данных по мере актуализации массивов данных – это нормально. Но ненормально, когда это происходит регулярно, масштабно и только в одну сторону. Резкое накопление ошибки началось с марта 2023-го и достигло пика в сентябре 2024-го, на уровне 711 тысяч рабочих мест, что очень много.

Чтобы понимать масштаб, за год создано около 2 млн рабочих мест, тут двойной пересмотр сократил 1,4 млн (70%, между прочим). Как это пытается объяснить BLS (Бюро трудовой статистики):

• переход на данные UI-налоговых отчетов штатов (более точный учет закрытых предприятий): выявлено завышение занятости в розничной торговле