Деньги- господа - Лев Фёдорович Стржижовский

«Примите сердечную благодарность за Ваше письмо. Нас радует Ваш интерес к нашей партии. Мы посылаем Вам для Вашего сведения в этом же пакете «Манифест» и «Программу НДП». Если Вас заинтересуют эти материалы, просим Вас обратиться по месту жительства в окружной союз. С надеждой, что сумели Вам услужить, в надежде скоро услышать о Вас еще раз... С дружеским приветом!»

В письме указывались адреса и телефоны окружного союза.

Заочное знакомство с психологией и идеями наследников третьего рейха только подогрело мое желание встретиться и поговорить с живым функционером. Это оказалось нелегким делом, но мне помогли. В конце концов советского студента согласился принять господин Принц Бернард, казначей окружного правления партии. Мне был сообщен адрес и указано время.

...Позади остался Мюнстер и его предместья. Здесь в пригороде живут рантье, мелкие ремесленники, торговцы. Сами немцы называют их «неудачниками». Маленькие домишки, крохотные, даже по местным понятиям, приусадебные участки, дети, играющие прямо на проезжей части дороги. Ни машин, ни велосипедов. Справа— огромный нескончаемый забор лагеря английских оккупационных войск, слева — жалкие рекламы распродаж угля, пива.

Дом господина Бернарда стоит на углу квартала. С одной стороны на нем вывеска мороженого, с другой — пива. Хозяин приторговывает и тем и другим, потрафляя любым вкусам, а в свободное время занимается политикой. Что ж, ситуация, достаточно известная: пиво и политика всегда шли в Германии рука об руку. Ведь и Гитлер начинал когда-то с «пивного путча»...

Услужливо распахивается дверь, нас, меня и моего спутника, приглашают подняться на второй этаж. Комната, по всей видимости, служит хозяину и канцелярией и рабочим кабинетом. В ней нет ничего лишнего. На стенах — плакаты НДП (я уже видел их на улицах многих городов), карта Мюнстера. В углу — шкаф с пропагандистской литературой. Аккуратные стопки уже знакомых мне «Манифеста» и «Программы» — идейного «богатства» партии. На старомодном буфете горка книг, среди них биография Гитлера неизвестного автора. В углу — столик с фруктовым соком. Все по-солдатски просто, до бедности скромно. Пол выскоблен, как в деревенской избе, чистота умопомрачительная.

Хозяину тридцать с небольшим — новое поколение партии, вряд ли он помнит прежние времена. Он заметно волнуется, хотя и старается выглядеть собранным и серьезным. Он сидит напротив меня посреди комнаты, подчеркнуто прямо, положив тяжелые руки на колени. В петличке его воскресного пиджака поблескивает значок— эмблема партии: «NDP» — три буквы, увитые венком. Я еле удерживаюсь от желания спросить: не раздает ли партия, по примеру наци, золотые номерные значки? Словом, внешне он идеально соответствует своей должности казначея.

Разговор начинает господин Бернард. Он сразу же предупреждает, что готов ответить на все мои вопросы, ибо партия нуждается в понимании, за последнее время ее позиции часто «искажались» журналистами, ей приписываются «грехи», в которых она «неповинна». Надо, чтобы люди знали «правду» о НДП. Наши намерения совпадают, я тоже стремлюсь знать правду об НДП и взглядах казначея. Уполномочивал ли его кто-нибудь вести эту беседу, представляет ли он группу лиц или руководство партии? Разумеется, нет. Все, что говорит, — это только его мысли. Однако тут же добавляет: точно так же думают и его партейгеноссен.

Я отрываюсь от записи. Да, и это не ново! Одна партия, один народ, один рейх. Старая песня, которой в свое время начинали и наци. Даже терминология сохраняется старая: партейгеноссен. Так когда-то обращались друг к другу члены гитлеровской партии.

Что он думает о будущем Германии? Его лицо расплывается в улыбке. Он заговорщицки, будто единомышленник, подмигивает мне.

— Вся Европа, а Германия, как известно, лежит именно здесь, наш дом. А в самом доме мы хозяева, должны сами навести порядок. Давайте-ка обойдемся без американцев. А с вами (он имеет в виду русских) мы договоримся. Мы за объединенную Европу, ограниченную не Эльбой и не Одером — Нейсе, а протянувшуюся до Урала. Она немыслима без России, Места здесь хватит всем. Надо сначала договориться с Россией, а потом взяться за объединение Германии.

Я недоумеваю, что это за новая Европа, протянувшаяся до Урала?.. Понимает ли он, что Советский Союз нельзя расчленить на европейский и азиатский. А потом, куда же исчезли Германская Демократическая Республика, народная Польша?.. Разве на картах мира нет новых границ, мирных свободолюбивых государств? Как понимать тезис «договориться с Россией»?

Он слегка морщится, видимо, раздосадованный вопросами:

— Как раз все названные вами проблемы и должен решить мирный договор с Германией. Одно из основных требований нашей партии и состоит в том, что новые границы надлежит обсудить при заключении договора. Мы всегда готовы говорить об Одере — Нейсе и притом в мирном тоне. Поскольку американцы должны убраться домой, то единственная из держав-победительниц, с которой надо иметь дело, Россия. С вами мы и будем разговаривать.

Я отказываюсь понимать. О чем можно говорить, если все ясно, стоит лишь взглянуть на карту. Германия проиграла войну. В Европе сложилось определенное статус-кво. НДП давно пора признать реальное положение вещей: Германскую Демократическую Республику, восточную границу по Одеру — Нейсе, отказаться от притязаний на Берлин.

Он начинает горячиться и возмущаться моей «непонятливостью:

— Заранее признать существующие границы? Да это просто немыслимо. О чем же мы будем говорить потом? Судите сами. (Он доверительно придвигается ко мне.) Если я заранее отдам мой дом... — и он старается успокоиться, признание существующих границ выводит его из себя. — О какой же мирной жизни можно затем разговаривать? Нет, нет и еще раз нет! Мы не можем отдать то, что принадлежит нам по праву.

Да, спорить с ним просто нелепо. Но мне интересно было узнать, как мыслит этот человек. Поэтому я отказываюсь от спора и только записываю его речь. К сожалению, сейчас невозможно буквально выполнить обещание, данное господину Бернарду, — опубликовать дословно его интервью. Дело не в примитивности аргументации и бедности политического языка. Просто окрошка из лозунгов и идей, частью доставшихся по наследству, частью придуманных нынешними политиканами из НДП, слишком сумбурна. Поэтому я привожу лишь главные мысли казначея:

«НДП — единственная партия, которой принадлежит будущее. Мы находимся в оппозиции, имеем собственную положительную программу и последовательно отстаиваем ее. У нас есть своя национальная политика.