Николай. Спасти царя - Анна Милова

Но то, что вначале так нравилось ему в Аликс, имело мрачное продолжение. Хотя их медовый месяц и погасил траур по его отцу, но он успел заметить в жене и тёмные черты характера. В отличие от maman она и не собиралась завоёвывать любовь других:

— Светским обществом вполне можно пренебречь, — заявила мужу молодая царица.

Ершистая, всегда готовая обидиться, она дала отпор и свекрови — на попытки maman помочь ей с выбором нарядов, отрезала, что вообще никуда не пойдёт и не наденет никаких украшений.

Придворных и даже его родственников видеть она не желала: при многолюдье у неё сильно крснели лицо и руки.

Дома Аликс подолгу лежала на кушетке одна, порой плача или невпопад смеясь, то вдруг замирала с широко закрытым глазами. Она любила одиночество и часто молилась, как-то неистово, взахлёб бормоча слова молитвы. Увешала ликами святых все стены их общей спальни. Он тоже много молился, но на его столе в кабинете стояли лишь три его любимых образа — Спасителя, Матери Божией и Николая Чудотворца.

Однажды по его просьбе известный психиатр профессор Бехтерев представил ему доклад о здоровье императрицы. Он находил у неё признаки глубокого нервного расстройства, обострённого тревогой за от рождения больного их сына.

— Не надо ничего мне об этом говорить, — почему-то страшно рассердился он.

Он видел, что в характере его жёнушки соединились равнодушие и нервозность, узость взглядов и любопытство, холодность и страсть. Усталыми и блёклыми казались даже её красивые черты лица.

Затем начались поиски разных святых, целителей и чудотворцев — имя им было легион, пока, наконец, не появился известный Распутин, ставший чуть ли не членом его семьи.

Он подозревал, что в увлечении жены «нашим другом» есть и доля его вины. И не от ревности — он знал, что она ему верна. Он ощущал — в простом русском мужике жена нашла сильный мужской стержень, отсутствие которого в себе его так мучило.

С годами понимать Аликс стало всё труднее: подходила усталость от жизни, гасло желание. И всё чаще ему было стыдно. К его личной неуверенности в себе прибавился новый комплекс — жена.

Тайную битву на семейном фронте он проиграл.

Глава XII

Вскоре он получил письмо от Руднева:

'Дорогой Ники!

Швейцария прекрасна ещё и потому, что здесь я встретил прекрасную женщину. Княгиня Дарья Рослова, твоя дальняя родственница, которую ты, вероятно, встречал в свете. Она в разводе с бывшим мужем, а её дети учатся во Франции, и хотят жить с отцом. Она познакомила меня с прекрасными людьми — Л. (Лениным) и С. (Сталиным), живущими сейчас в Европе. Надеюсь, что мы оба стали их друзьями.

В Австрии будет издаваться газета нашей партии «Правда». Путиловский и Обуховский заводы в Петербурге также разделяют идеи большевиков. Число наших единомышленников растёт. Мы найдём правду!'

Он передал Грише ответ:

'Прекрасно, что знаком с хорошими людьми и изучаешь социализм. Но о твоём разводе и женитьбе я скажу тебе так: я верен моей семье, а ты просто гадкий мальчишка. Ну а твоя обожаемая супруга уже вдоволь наказана выбором тебя. Только жалею за все ваши чудачества твою добрую матушку. Вобщем, браню тебя, кланяюсь княгине, и прощаю вас — больше ничего не остаётся.

Политика социализма в России была бы спасением для всех нас. Но смею надеяться, что улучшая жизнь простого народа, мы многого уже достигли.

Вскоре в Швейцарию прибудет моё доверенное лицо, и с моего счёта в банке будет снята и передана тебе крупная сумма денег для ваших нужд. И не спорь.

Твой Н. (Ники).'

— Друзья, а вы знаете, чем занимался в Вене знаменитый разбойник Джугашвили? Нянчился с трёхлетней Галей, дочерью моих русских друзей, — рассказывал им Сосо.

Уже вечерело, и по горам плыл туман. Небольшой компанией друзей они целый день бродили по горным тропам, и, усталые, решили развести костёр и приготовить ужин. Сосо сам пожарил на огне вкусный шашлык.

— Мясо есть, горы есть и есть друзья, но нет любимого грузинского вина. Когда же мы все поедем в Грузию? Когда же мы вернёмся в Россию…

Потом, закатив брючины, он начал прыгать через слабеющее пламя костра. Володя, Надя, Инесса и Жора, взявшись за руки, завели хоровод:

— По диким степям Забайкалья,

Где золото роют в горах,

Бродяга, судьбу проклиная,

Тащился с сумой на плечах… —

Смеялись и пели они.

— Вот если бы у нас с тобой был ребёнок… — шепнул Гриша Долли.

Она перестала жевать сочное мясо:

— Он есть! Наш ребёнок уже живёт во мне. Я как раз собиралась тебя обрадовать.

— Как чудесно! Я не верю, — Гриша прижал её к себе и поцеловал в губы, — ты моё счастье вдвойне. И почему люди не верят в такие, казалось бы, простые вещи, и говорят «не может быть», а?

— Просто я виновата перед своими детьми — с бывшим мужем я была так напряжена, что не могла понять, как стала матерью. А сейчас, когда у меня есть ты, во мне как-будто живёт весь мир.

— Ты — мой самый лучший мир! — начинало холодать и Гриша бережно укутал её шерстяным пледом. Она прикоснулась к его русой щетине:

— И другого мне не нужно.

Он положил руку на её живот — в нём уже стучало сердце их ребёнка.

Они оба ждали чуда.

Глава XIII

— Спор о Балканах тлеет уже давно, и никто не пойдёт на уступки. Защитить союзника — наш долг. Мой отец говорил, что друзья России это армия и флот. Война будет, но весь мир знает — нас не победить. И ещё, она даст возможность уйти от власти для блага Родины тех, кто не служит для неё с честью, — произнёс он на заседании государственного совета.

Известие об убийстве австрийского эрц-герцога Фердинанда и его жены Софии застало их семью на Нижней даче петергофской Александрии, где они проводили последнее мирное лето.

Это был нож в спину. Он и Аликс помнили прекрасную любящую пару, гостившую у них с дружеским визитом всего лишь пару лет назад. Они побывали в театре, показали им свои резиденции и парки, познакомили своих детей.

Эрц-герцог звал его поохотиться в лесном замке Конопиште.

— Вы так радушно приняли нас, что мы настаиваем на вашем ответном визите к нам в Австро-Венгрию, — приглашала их герцогиня София.

И вот, истекая кровью на мостовой Сараево, супруги погибли.

— Ники, это знак! Я знаю, что и мы последуем за ними, —