Европа после Второй Мировой. 1945-2005 гг. Полная история - Тони Джадт

Запоздало французские власти предложили преобразования. Новое социалистическое правительство Ги Молле предоставило в марте 1956 года независимость соседним французским колониям Тунису и Марокко. Это был первый случай отказа от колониальной власти на африканском континенте. Но когда Молле посетил Алжир, толпа европейских поселенцев забросала его гнилыми фруктами. Париж оказался зажат между бескомпромиссными требованиями подпольного FLN и отказом европейских жителей Алжира, возглавляемых Комитетом по защите французского Алжира (L’Algérie Française), прийти к любому компромиссу с арабскими соседями. Французская стратегия, если ее можно так назвать, предполагала победу над FLN силой и последующее давление на поселенцев для проведения политических реформ и принятия некоторых мер по разделению власти.

Французская армия дисциплинированно повела ожесточенную войну на истощение против партизан FLN. Обе стороны регулярно прибегали к запугиванию, пыткам, убийствам и прямому террору. После особенно ужасной серии арабских убийств и европейских репрессий в декабре 1956 года политический представитель Молле, Робер Лакост, предоставил французскому полковнику-десантнику Жаку Массю полную свободу действий в уничтожении националистических повстанцев в Алжире любыми необходимыми средствами. К сентябрю 1957 года Массю одержал победу, сломив всеобщую забастовку и разгромив повстанцев в Битве за Алжир. Арабское население заплатило ужасную цену, а репутация Франции была навсегда запятнана. А европейские поселенцы по-прежнему с подозрением относились к долгосрочным намерениям Парижа[319].

В феврале 1958 года вновь созданное правительство Феликса Гайяра было поставлено в сложное положение бомбардировкой французскими военно-воздушными силами Сахьета, города на границе с Тунисом, предположительно служившего базой для алжирских националистов. Вызванный этим международный протест и англо-американские инициативы «добрых услуг» для разрешения запутанной ситуации привели к росту опасений среди европейцев Алжира по поводу того, что Париж планирует их бросить. Полицейские и солдаты в Париже и Алжире начали открыто демонстрировать симпатии делу поселенцев. Правительство Гайяра, третье во Франции за одиннадцать месяцев, ушло в отставку 15 апреля. Десять дней спустя в Алжире прошла огромная демонстрация с требованиями сохранения Французского Алжира навсегда и возвращения к власти де Голля. Организаторы демонстрации сформировали Комитет общественного спасения, провокационно повторив название учреждения времен Французской революции.

15 мая, через 48 часов после инаугурации в Париже еще одного французского правительства во главе с Пьером Пфлимленом, генерал Рауль Салан – французский военный командующий в Алжире – выкрикнул имя де Голля ликующей толпе на Форуме в Алжире. Сам де Голль, который хранил примечательное молчание с тех пор, как ушел из общественной жизни и жил в родной деревне Коломбе на востоке Франции, вновь появился на публике, чтобы выступить на пресс-конференции 19 мая. Вооруженные повстанцы захватили контроль над островом Корсика, а Париж окутали слухи о скорой высадке парашютистов. 28 мая Пфлимлен подал в отставку, и президент Рене Коти призвал де Голля сформировать правительство. Даже не делая вид, что возражает, де Голль вступил в должность 1 июня, а на следующий день Национальное собрание дало ему все полномочия. Первым делом он отправился в Алжир, где 4 июня туманно объявил восторженной толпе ликующих солдат и благодарных европейцев: «Je vous ai compris» («Я вас понял»).

Новый премьер-министр Франции действительно понимал своих алжирских сторонников лучше, чем они думали. Он пользовался огромной популярностью среди европейцев Алжира, которые видели в нем своего спасителя: на референдуме в сентябре 1958 года де Голль получил 80 % голосов во Франции и 96 % голосов в Алжире[320]. Но среди многих отличительных черт де Голля было стойкое стремление к порядку и законности. Герой «Свободной Франции», непримиримый критик Виши, человек, восстановивший доверие к французскому государству после августа 1944 года, не являлся другом алжирских повстанцев (многие из которых были в прошлом петенистами) и тем более свободомыслящих бунтующих молодых офицеров, перешедших на их сторону. Он считал, что его первая задача – восстановить власть правительства во Франции. Вторая, связанная с первой, цель – разрешить алжирский конфликт, который так сильно подорвал эту власть.

Через год стало ясно, что Париж и Алжир оказались на пути к столкновению. Международное общественное мнение все более благосклонно относилось к FLN и его требованию независимости. Британцы предоставили независимость африканским колониям. Даже бельгийцы, наконец, ушли из Конго в июне 1960 года (хотя безответственно и с трагическими результатами)[321]. Колониальный Алжир быстро становился анахронизмом, и это прекрасно понимал де Голль. Он уже создал «Французское сообщество» как первый шаг к «содружеству» бывших французских колоний. К югу от Сахары официальная независимость быстро была предоставлена получившим французское образование элитам. Эти страны были слишком слабы, чтобы остаться в одиночестве, и перспектива полной зависимости от Франции сохранялась на десятилетия. В сентябре 1959 года, всего через год после прихода к власти, президент Франции пообещал Алжиру «самоопределение».

Разъяренные тем, что они считали свидетельством предстоящего предательства, офицеры и поселенцы в Алжире начали планировать полномасштабное восстание. Возникли заговоры, начались волнения и разговоры о революции. В январе 1960 года в Алжире воздвигли баррикады, и «ультрапатриоты» начали стрелять во французских жандармов. Но мятеж распался перед лицом неуступчивости де Голля, а ненадежные старшие офицеры (включая Массю и его начальника генерала Мориса Шалля) были предусмотрительно переведены из Алжира. Однако беспорядки продолжались. Кульминацией стал неудачный военный путч в апреле 1961 года, вдохновленный недавно созданной OAS (Секретная организация армии). Но заговорщикам не удалось сместить де Голля, который выступил по французскому национальному радио, чтобы осудить «военный путч горстки отставных генералов». Главной жертвой переворота стал моральный дух и международный имидж (то, что от него осталось) французской армии. Подавляющее большинство французов и француженок, у многих из которых сыновья служили в Алжире, пришли к выводу, что независимость Алжира не просто неизбежна, но и желательна – ради Франции, и чем скорее, тем лучше[322].

Де Голль как всегда трезво видел ситуацию и начал переговоры с FLN в курортном городе Эвиан на Женевском озере. Встречи, проведенные сначала в июне 1960 года, а затем в июне и июле 1961 года, не помогли найти общий язык. Новая попытка, предпринятая в марте 1962 года, оказалась более успешной: всего лишь после 10 дней переговоров обе стороны достигли соглашения. И 19 марта, после почти восьми лет непрерывных боевых действий, FLN объявил о прекращении огня. На основании условий, согласованных в Эвиане, де Голль созвал референдум в воскресенье, 1 июля, и французы подавляющим большинством проголосовали за освобождение от алжирских оков. Двумя днями позже Алжир стал независимым государством.

Но на этом алжирская трагедия не закончилась. OAS превратилась в полноценную подпольную организацию, которая сначала стремилась сохранить Французский Алжир, а затем, после того как потерпела неудачу, наказать тех, кто «предал» свое дело. Только в феврале 1962 года боевики OAS и их бомбы убили 553 человека. Впечатляющие покушения на министра культуры Франции Андре Мальро и самого де Голля не увенчались успехом, хотя, по крайней мере, один план устроить засаду на машину президента, когда он проезжал через парижский пригород Пти-Кламар,