Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

работу Потсдамской конференции. Находясь в Берлине, они узнали, как 24 июня 1945 года под проливным дождём на Красной площади состоялся Парад Победителей. Его принимал маршал Георгий Жуков. К радости добавилось чувство гордости.

Дальше для праздника наступили двадцать лет «тишины», нарушаемой лишь артиллерийским салютом. В 1947 году сталинское правительство отказалось от проведения торжественных церемоний и даже лишило 9 мая статуса выходного дня. При Хрущёве ситуация не изменилась. Никите Сергеевичу была не по душе популярность Жукова и других военачальников, отличившихся в годы войны. В большей степени День Победы стал памятным, нежели праздничным. Он переместился в семьи, где ветераны со своими родственниками или товарищами по оружию если и радовались, то тому, что выжили. Как рассказывала своему сыну Ания Хафизовна, за столом вспоминали товарищей, поминали тех, кому не довелось дожить до этого дня.

В октябре 1964 года Хрущёва сняли. Первым секретарем ЦК КПСС стал Леонид Брежнев. Приближался юбилей – двадцатилетие Победы. Леонид Ильич был фронтовиком, имел награды и понимал значение этой даты. Появился прекрасный повод продемонстрировать всему народу, что память о Великой Отечественной войне становится делом государственным, и вернуть людям большой праздник, объединяющий всех – от мала до велика. Новое руководство страны решило встретить День Победы с размахом!

Весной 1965 года Ания Хафизовна принесла домой газету «Правда», раскрыла её на столе и принялась вслух зачитывать постановления Центрального комитета и правительства. Семилетний Ильдар мало что понимал. Радостная мама погладила его по голове и сказала:

– Здесь пишут, что скоро мы все будем отмечать большой праздник – День Победы. Я не пойду на работу. Теперь это будет выходной день, и мы будем праздновать.

– Пойдём гулять в парк?

– Конечно. В парке будет играть музыка. Все вокруг будут радоваться. И ещё здесь написали, что на Красной площади будет большой военный парад.

– С танками?!

– С танками, пушками…

Довольная мама принялась звонить подругам-однополчанам, живущим в Москве, чтобы поделиться радостной новостью.

Известие о предстоящем параде на Красной площади всколыхнуло фронтовиков. Они устремились в столицу из разных концов страны с желанием быть участниками грандиозного праздника. И то, что парад состоится именно 9 мая, придавало особое значение юбилейному торжеству.

Зрелище получилось масштабным. Для ветеранов парад запомнился несколькими важными эпизодами. Самым значимым и волнительным стал момент, когда на Красную площадь вынесли Знамя Победы. Это право доверили участникам штурма рейхстага, Героям Советского Союза – знаменосцу, полковнику Константину Самсонову и его ассистентам, которых знала вся страна – сержантам Михаилу Егорову и Мелитону Кантария, водрузившим знамя Победы над рейхстагом 1 мая 1945 года.

Из опалы вернули Маршала Победы. Впервые за много лет Георгий Жуков официально участвовал в торжественных мероприятиях. Он присутствовал на параде и был приглашён в Кремль.

И, наконец, впервые с трибуны Мавзолея прозвучали слова о масштабах трагедии, которую испытал народ за годы войны. В своей речи Леонид Брежнев сказал, что страна потеряла «свыше 20 миллионов человек». Эти цифры, названные публично, потрясли общество.

Традиции празднования Дня Победы только начали складываться. Один из его важнейших символов появился через пару лет.

…Осенью 1966 года в подмосковном Зеленограде и его окрестностях шло большое строительство. Создавая котлован, строители натолкнулись на затерянную со времен войны братскую могилу. Этой находке предшествовал ряд событий.

В декабре столица должна была торжественно отметить 25-летие разгрома гитлеровских войск под Москвой. Подготовка к этой дате началась в 1965 году – сразу после юбилейных празднеств, посвящённых 20-летию Победы. Тогда первый секретарь Московского горкома партии Николай Егорычев выступил с инициативой установить к памятной дате монумент безымянным солдатам, погибшим за Москву. В начале 1966 года у него состоялся разговор с председателем Совета министров СССР Алексеем Косыгиным. После беседы с премьером проект памятника поднялся с московского уровня до всенародного. Речь пошла о мемориальном комплексе – Могиле Неизвестного солдата.

Надо было определиться с тремя вопросами. Первый – утвердить проект мемориала и заручиться одобрением Политбюро. Черновые эскизы памятника были показаны Суслову и Брежневу. Принципиальных возражений не было, но направленная в Политбюро записка долго не рассматривалась. Стало понятно, что к декабрю создать монумент не успеют.

Второй вопрос состоял в том, чтобы определиться с местом для памятника. Решили, что мемориал будет возведён у стен Кремля, под Арсенальной башней в Александровском саду. Но на этом месте с 1914 года стоял обелиск, поставленный в честь 300-летия Дома Романовых. Казалось бы, что за проблема? Убрать чуждый советской власти монумент! Однако закавыка была в том, что никаких царских фамилий на нём давно не осталось. Их затёрли по указанию Ленина. Председатель Совета народных комиссаров распорядился выбить на обелиске имена выдающихся революционеров. Трогать памятник-обелиск, который связан с именем вождя, было равносильно ереси. На это долго не решались. И, наконец, по-тихому передвинули обелиск на площадку у грота «Руины».

Третий вопрос – где найти останки безымянного солдата. Здесь ответ дала сама жизнь, направив строителей к железнодорожной станции Крюково, где и была найдена братская могила. На этом рубеже в конце 1941 года удалось остановить наступление пехотных и танковых частей вермахта.

Специалисты изучили могилу. Выбор пал на останки красноармейца в хорошо сохранившейся военной форме. Никаких документов при нём или рядом найдено не было. На форме отсутствовали командирские знаки отличия. Безымянный солдат – как и задумывалось авторами идеи создания памятника.

Тем не менее, на правительственной комиссии всплыли разные вопросы, имеющие политический подтекст. А вдруг это прах расстрелянного дезертира? Или раненого бойца, попавшего в плен и добитого немцами? После обсуждений версию с дезертиром отвергли. У расстрелянных перед казнью снимали ремень, а здесь он находился на поясе военнослужащего. После проверки отпала версия с возможным военнопленным. Как выяснилось, немецкие солдаты не смогли дойти до этого места. В итоге пришли к заключению, что это прах советского солдата, защитившего столицу ценою своей жизни.

Торжественное открытие мемориала состоялось 8 мая 1967 года. С той поры Могила Неизвестного солдата стала восприниматься как главный монумент в память о войне.

К середине 70-х годов праздник стал обретать новые черты. Постепенно День Победы видоизменился и, по сути, стал днем чествования ветеранов. Их поздравляла молодежь, которая в обнимку с фронтовиками пела военные песни. Молодые ребята делали это абсолютно искренне, без уговоров и принуждения. У каждого из них в семье или родне был участник этой кровавой войны, боль от которой никуда не делась, не стёрлась в памяти.

В 1975 году впервые прозвучала песня «День Победы». Ставшая популярной, она довольно точно передала суть торжества:

– Это праздник