История богатства на Западе. Как боги среди людей - Гвидо Альфани

охвата населения, как отчеты о налогах на имущество (по крайней мере теоретически). Основная проблема заключается в том, что при составлении завещаний «возникают специфические проблемы, связанные с выборкой – поскольку… они часто отражают богатейшую часть населения гораздо лучше, чем беднейшую, и требуют предположений об уровнях смертности по возрасту, полу и социально-экономическому статусу, чтобы перейти от распределения богатства тех, кто умирает в данный период, к гипотетическим распределениям, характеризующим когорты живших в более ранние периоды»32.

Преимущество завещаний перед отчетами о налогах на имущество заключается в том, что они позволяют легко связать XVIII и XIX века – этот период особенно важен, поскольку он ознаменовался началом индустриализации на Западе. Для XIX века лучшей альтернативой является налог на недвижимость (или налог на наследство33), по крайней мере для стран, где он был введен раньше и где он имел всеобщий или почти всеобщий охват – например, во Франции, где этот налог был учрежден революционным Национальным собранием в 1791 году и с тех пор остается в силе. Поэтому по Франции у нас сейчас имеется самая полная и наиболее систематизированная информация о доле богатства и составе богатых в XIX столетии34. К сожалению, другие страны ввели всеобщий налог на недвижимость гораздо позже. Великобритания сделала это в 1894 году, а США – лишь в 1916 году. Италия оказалась проворней, введя его в 1862 году, сразу после национального объединения (некоторые итальянские государства за несколько десятилетий до объединения следовали французской модели). Распространение налога на недвижимость с конца XIX века и основанные на индивидуальных декларациях сводные таблицы, которые часто составлялись государственными органами, значительно расширяют объем качественных данных за самые последние периоды. Информация об имущественном неравенстве и долях наиболее состоятельных людей, которой мы располагаем по XX веку, значительно превосходит доступную разрозненную информацию за XIX век, хотя она по-прежнему далеко не полна35. Более того, за самый последний период существуют отличные, постоянно проверяемые и обновляемые международные базы данных, на которые мы можем положиться в поиске большинства необходимых показателей. В частности, относительно XX и XXI веков использовалась База данных о мировом неравенстве (World Inequality Database, WID)36 с некоторыми включениями (за самый последний период) из ежегодных Сборников о глобальном благосостоянии (Global Wealth Databooks, GWD) и дополнительных научных работ по конкретным странам37. По этой причине, а также благодаря наличию превосходных обзоров информации о распределении богатства, касающихся XX века, источники за последний период далее обсуждаться не будут, за единственным исключением: списки богачей38.

Прежде чем вкратце обсудить их, необходимо дать еще несколько пояснений. Прежде всего, может возникнуть проблема с единицей учета. Налоги на недвижимость Средневековья и раннего Нового времени, как и большинство прочих налогов на богатство (включая современные), и самые последние оценки распределения богатства, основанные на опросах (проводимых в статистических целях), в качестве единицы оценки богатства берут домашнее хозяйство. В отличие от них, налоги на наследство и недвижимость рассматривают индивидуальное богатство. Поскольку большая часть сведений, доступных для долгосрочного анализа распределения богатства, касается домохозяйств, это и будет предпочтительной единицей анализа в данной книге (есть и теоретическое обоснование этого предпочтения: выгоду из имущества типа недвижимости, формально принадлежащего кому-то одному, могут извлекать все члены домохозяйства). Случаи, когда доступна только информация об индивидуальном благосостоянии, будут указываться особо. Вытекающая из этого частичная неоднородность данных продиктована источниками – это хорошо известная особенность многих сравнительных исследований распределения богатства. При этом на практике доли наибольшего богатства, рассчитанные на основе распределения домохозяйств или отдельных лиц, как правило, демонстрируют довольно схожие контрасты – например, в Швеции и США XX века39.

Еще одной общей проблемой всех документов налоговой службы в любой стране и в любую эпоху является уклонение от уплаты налогов. Этот момент всегда трудно поддается количественной оценке, хотя некоторые компоненты богатства, особенно главный из них в доиндустриальных условиях – недвижимость, довольно трудно скрыть или неправильно оценить. В те времена в ситуации (которая наблюдалась в Южной и Центральной Европе), когда фиксированное налоговое бремя распределялось между каждым сообществом пропорционально оценке владений, существовала высокая степень социального и административного контроля за справедливостью оценок; предположив несправедливость в распределении этого бремени, люди могли и взбунтоваться. Можно утверждать, что начиная с XIX века возможности для уклонения от уплаты налогов на имущество имели тенденцию к увеличению – в частности, при нынешней глобальной экономике стало легче скрывать движимое имущество с помощью «налоговых убежищ» и других методов. Другим важным фактором является то, что, когда сумма налога, подлежащая уплате с каждого домохозяйства или физического лица, устанавливается непосредственно государственной налоговой службой, общественный контроль за выплатами других хозяйств и лиц будет закономерно ослабевать из-за более слабого восприятия связи между собственным налогом и уплачиваемым другими. Для целей этой книги можно предположить, что уклонение от уплаты налогов оказывает не слишком большое влияние на представленные количественные данные, но при этом возможность того, что у самых богатых слоев общества имеется больше возможностей избежать налогообложения, в том числе посредством стратегических пожертвований или благотворительности, будет должным образом обсуждаться далее (особенно в главах 9 и 10)40.

Информация, поступающая из фискальных источников и обзоров благосостояния, будет интегрирована с информацией из так называемых списков богачей. Большинство этих списков публикуются в серьезных газетах и журналах. На международном уровне лучшим и самым полным списком богачей является ежегодно публикуемый список миллиардеров мира от Forbes (историческая подборка доступна в виде базы данных Forbes Billionaires, которая охватывает период с 2001 года по сегодняшний день: последний год для данного исследования – 2021[5]). На национальном уровне некоторые устоявшиеся списки ежегодно публикуются Sunday Times по Великобритании и журналом Manager по Германии; журнал Forbes публикует и национальный список Forbes 400 для США. Однако список Forbes 400 является менее полным, чем список миллиардеров мира, поскольку его порог выше – в 2021 году состояние самых бедных американцев из списка Forbes 400 составляло по 2,9 миллиарда долларов. Для изучения ситуации в США можно использовать также списки богатых людей XIX века, например список миллионеров, опубликованный в газете New-York Tribune в 1892 году. Эти списки содержат полезную информацию о тех, кто в определенный момент времени находился на самой вершине пирамиды богатства, а потому они потенциально полезны для более точного анализа; в этой книге списки будут использованы для обсуждения состава сверхбогатых в отношении происхождения и природы их богатства (унаследованного или созданного самостоятельно; от промышленности или коммерции, финансов или недвижимости и т. д.).

Нужно сказать, что данные списков богачей имеют множество недостатков, главный из которых заключается в том, что на основе официальных данных трудно установить, кто должен быть в них включен: при оценке активов во многом приходится полагаться на догадки. Несмотря на это, списки богачей