Желание жить. Трагические судьбы узниц лагеря Освенцим-Биркенау - Шошана Бухобза

Эдек – умный, красивый и пылкий. Годель Зильбер познакомил его с Малой, когда они пришли выполнить работы в женском лагере. Между этими двумя зародилось чувство, которому они не хотели давать название, но которое постепенно прибывало, словно вода в колодце. «Иногда они встречались в нашем блоке, и каждый раз этот момент был уникален. Она заходила внутрь, он заходил через несколько мгновений, они смотрели друг на друга, но оставались на расстоянии, и это расстояние, казалось, объединяло их. Они не прикасались друг к другу, не разговаривали», – говорит Фаня Фенелон. С помощью друзей и членов Сопротивления пара получила больше возможностей для встреч. Медсестра Анна Стефанская (6855), 24 лет, свидетельствует: «30-й блок был наименее заметен из караульного помещения. В 1943 году доктор СС Роде запретил эсэсовцам заходить в лагерь из-за инфекционных заболеваний. У Михала Кулы, который отвечал за обслуживание оборудования, были ключи от рентгеновского кабинета. Благодаря этому Мала и Эдек могли там встречаться».

Мала соглашается достать пропуск. Но она умоляет Эдека взять ее с собой. Узнав, что она станет частью команды, Келар решает отказаться от побега. «Троим смысла бежать не было. Мала была еврейкой. Антони Шимлак, из деревни Козы, колебался».

В какую страну хотела убежать Мала Циметбаум?

В Словакию? Во Францию? Несмотря на все вопросы журналиста, из-за волнения и плохого английского Годель Зильбер, который помог Мале подготовить побег, не смог объяснить, какому плану она собиралась следовать. Он лишь сказал: «Мы достали Эдеку офицерские значки. Он не мог подойти к воротам как простой часовой. Солдаты не позволили бы ему покинуть лагерь».

Келар и Галинский назначили дату побега на субботу 24 июня, потому что по субботам наблюдение в лагере было не таким строгим. «В это время, – утверждает Леа Шиовиц, – эсэсовцы всегда были пьяны». Если посмотреть на список Кассы и список капо Лео Глазера, можно заметить, что между 18 и 25 июня 1944-го в венгерских конвоях, направлявшихся в Биркенау, наступил перерыв. После всех этих дней, наполненных криками, слезами и зверствами, на лагерь снизошло некое подобие спокойствия.

24 июня двое молодых людей пережили несколько тяжелых часов. Ципи вспоминает: «Мала ночевала в блоке № 6, отведенном для команды раздевалки. Я зашла туда в обед. Блок был пуст, одна Мала лежала в постели. Ее парень Эдек стоял рядом. Я подумала, что у нее снова приступ малярии. Я спросила о ее самочувствии, Эдек стоял рядом, Мала выглядела нормально. Он навещал ее. Я ушла». Мала вскакивает с кровати, чтобы закончить приготовления. Гиза Вайсблум рассказывает: «Мала была спокойна, она застегнула на животе пояс, в котором было спрятано платье, не помеченное красным крестом».

Собрав воедино свидетельства Леи Шиовиц, Гизы Вайсблум и Веслава Келара, каждый из которых, словно тень, следует за Малой или Эдеком, готовящимся к побегу, мы можем реконструировать последние минуты жизни этой пары в Биркенау. В полдень, когда караульный СС покидает лагерь на мотоцикле, и пока заступает его сменщик, Мала и Леа входят в караульное помещение лагерной больницы. Мала выходит, одетая в синий комбинезон, как у сантехников, и несет на голове тазик, а Эдек надевает форму СС, которую прятал на картофельном складе. Пара встречается на Lagerstrasse. Эдек проходит в трех метрах от Малы. Молодая пара подходит к воротам, за ними наблюдают их друзья, сидящие на канализационных трубах и досках. Эдек пересекает большую цепь часовых и выкрикивает пароль.

Во время вечерней переклички сирена сначала срабатывает в мужском лагере. Двое заключенных считаются пропавшими без вести: Эдек Галинский и Тадеуш Блада (169495). Вторая сирена звучит в женском лагере: пропала Мала. Орли Райхерт пишет: «Сегодня по всему лагерю Биркенау шепчутся люди: “Вы слышали? – Что случилось? – Мала, бельгийская еврейка, убежала в форме СС [sic][500] со своим товарищем из мужского лагеря. – Слышишь, гудит большая сирена”». Начинается поисковая операция.

Двоюродная сестра Малы, ее бельгийские подруги, все люди, которым она помогла, не сдерживают радости. А Юлия Кац (46645), 19 лет, прибывшая с конвоем № 55 из Дранси, помнит, как пела «Bon voyage»[501]. Дважды спасенная Малой француженка Луиза Алькан воскликнула: «Мала сбежала! Это просто чудо! Надеюсь, у нее все получится! Кто-то постоянно сбегает из лагеря, но в основном это мужчины!».

Охота

Узницы говорят, что Дрекслер беспокоилась. «Она думала, что Мала лежит в канаве после приступа малярии. Начались поиски». Когда эсэсовцы поняли, что Мала и Эдек сбежали вместе? В тот день сбежавших было трое. На следующий день, 25 июня, в телексе за номером 6351 Крамер сообщил в гестапо о побеге «Малки [sic] Циметбаум, рост метр шестьдесят пять, каштановые волосы, серые глаза, владеет французским, фламандским, английским, немецким, польским языками. Отличительная черта: татуировка на левом предплечье 19880». Второй телекс под номером 6352 указывает на «побег Эдуарда [Эдека] Галинского, рост один метр семьдесят сантиметров, светлые волосы, говорит по-польски, татуировка на левом левом предплечье 581, и Тадеуша Блады, рост один метр семьдесят сантиметров, светлые волосы, говорит по-польски, татуировка 169495».

Если их не поймают в течение трех дней, значит, их уже не поймают, повторяют заключенные. Орли Райхерт пишет: «Тысячи сердец желали этому побегу добра. Тысяча больших пальцев, сжатых в ладони, желали Мале успеха. Ведь Мала – знакомое нам имя, мы все любим ее, эту подругу, всегда готовую помочь каждому, которая ходит туда-сюда целыми днями по лагерю, не болтая лишнего, и которая спасла жизни сотням людей. Всегда с улыбкой, всегда оптимистичная, всегда дружелюбная». Маргита Швальбова убеждена, что «Мала, знакомая с самыми сокровенными тайнами лагеря, Мала, любимица лагерных властей, бежала с доказательствами, чтобы предупредить международную общественность о беспрецедентном преступлении, творимом в Биркенау […]». Она добавляет: «Допросы и обыски следовали один за другим. Всех Läuferinnen отправили обратно и перевели в изнурительные команды. Сали, Леа, Херту и Алисию допрашивал следователь Вильгельм Богер, который давал им пощечины. «После этого, – говорит Леа Шиовиц, – нас отправили динамитом взрывать руины. Нам пришлось бегать как безумным, потому что взрыватели, которые нам выдали, были очень короткими».

Надо было набрать новых Läuferinnen. Мандель приказывает блоковым назвать полиглоток. Словачку Ружену Амсель приняли на работу первой. «Моя работа заключалась в том, чтобы открывать ворота. Я ничего не могла донести до новоприбывших. Они верили немцам, а не узницам. Они не хотели думать о том, что шагают на смерть».

Второй стала Элен Персиц (78738), 32 лет, уроженка Российской империи. Она приехала в Берлин в возрасте 4 лет, вышла замуж в 17 лет, затем сбежала в Ниццу. Элен говорит на шести языках. Блоковая отправляет ее к эсэсовке Руйтерс, которая дает ей работу Малы. Элен, переодетую в голубое в белый