Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз

но не вымыла их. Он помотал головой. Волосы с бородой никак не гармонировали с божественным обликом. Теперь он начал рассуждать более внятно, потому что великая идея помогла собрать разбредавшиеся мысли и сосредоточиться на главной цели, но он так и остался безумцем. Единственная разница заключалась в том, что теперь он был безумцем с навязчивой идеей. Он выбрался на берег, нарвал цветов – ослепительные цветки разных оттенков – и папоротников и вплел их в бороду и волосы, зеленые папоротники торчали над ушами и смело возносились ввысь, словно перья на дамской шляпе.

Решив, что теперь его внешний вид произведет впечатление на большинство сторонних наблюдателей, очевидно убедив их в его божественном происхождении, он вернулся к каноэ, оттолкнул от берега и запрыгнул в него. Сила инерции вытолкнула судно на стремнину, и течение понесло его в озеро. Обнаженный человек поднялся во весь рост посреди маленькой лодки, скрестив руки на груди. Он громко прокричал свое обращение к городу:

– Я Джэд-бен-Ото! Пусть старший жрец и все остальные жрецы исполняют мои желания.

Когда течение реки ослабло в водах озера, лодку подхватил ветер, толкая ее вперед. Время от времени он начинал дрейфовать спиной к Э-луру, затем разворачивался к нему лицом, и периодически он выкрикивал свое сообщение и свои приказы. Он все еще был на середине озера, когда кто-то заметил его с дворцовой стены, и, когда его пригнало ближе, собралась уже толпа воинов, женщин и детей, глядевших на него, а вдоль храмовых стен выстроились многочисленные жрецы и среди них – Лу-дон, верховный жрец. Когда лодку прибило достаточно близко, чтобы все рассмотрели диковинную фигуру, стоявшую в ней, и услышали обращенные к ним слова, хитрые глазки Лу-дона сощурились. Верховный жрец уже знал о побеге Тарзана, он опасался, что тот присоединится к войску Джэ-дона – а это казалось весьма вероятным, – и тогда он переманит на свою сторону множество тех, кто до сих пор верит в него, и Дор-уль-Ото, пусть даже фальшивый, воюющий на стороне противника, может запросто смешать все планы Лу-дона.

Человек в лодке приближался. Его каноэ уже скоро подхватит течение, которое в этом месте близко подходит к берегу, а затем устремляется в реку, соединяющую воды озер Джэд-бен-лал и Джэд-бол-лал. Младшие жрецы смотрели на Лу-дона, дожидаясь его указаний.

– Привезите его сюда! – скомандовал он. – Если это Джэд-бен-Ото, я его узнаю.

Жрецы поспешили на территорию дворца, созывая воинов.

– Идите и приведите чужака к Лу-дону. Если он Джэд-бен-Ото, мы его узнаем.

И вот лейтенанта Эриха Обергатца поставили перед верховным жрецом Э-лура. Лу-дон внимательно оглядел голого человека со странной прической.

– Откуда ты пришел? – спросил он.

– Я Джэд-бен-Ото, – заорал немец. – Я пришел с небес. Где мой верховный жрец?

– Я верховный жрец, – ответил Лу-дон.

Обергатц хлопнул в ладоши.

– Пусть мне омоют ноги и принесут мне еды, – потребовал он.

Хитрые глазки Лу-дона превратились совсем уже в узкие щелочки. Он низко поклонился, коснувшись лбом ног чужака. На глазах множества жрецов и дворцовых воинов он сделал это.

– Эй, рабы! – кликнул он, поднимаясь. – Принесите воды и еды для Великого Бога, – и таким образом верховный жрец перед всем народом признал бога в лейтенанте Эрихе Обергатце, и уже скоро рассказы об этом со скоростью лесного пожара разнеслись по дворцу и по всему городу, и даже за его пределами, по самым маленьким поселениям на всем пути от Э-лура до Ту-лура.

Прибыл настоящий бог, Джэд-бен-Ото собственной персоной, чтобы поддержать дело Лу-дона, верховного жреца. Мо-сэр, не теряя времени даром, явился в распоряжение Лу-дона, ни словом не упоминая о своих притязаниях на престол. Мо-сэр решил, что ему еще повезет, если ему позволят и дальше тихо править Ту-луром, и надо сказать, Мо-сэр был недалек от истины.

Но он все еще мог пригодиться Лу-дону, потому тот и позволил ему остаться в живых и отправил к нему гонца, предлагая прибыть в Э-лур с войском, поскольку ходили слухи, что Джэ-дон собирает громадную армию на севере и уже скоро может выступить в поход против Города Света.

Обергатц вовсю наслаждался своим положением бога. Вдоволь еды, полное спокойствие для ума и отдых частично вернули ему способность здраво рассуждать, столь быстро от него ускользавшую; впрочем, в одном он сделался даже безумнее, чем прежде, поскольку теперь не было на свете такой силы, какая была бы способна убедить его в том, что он не бог. В его распоряжении имелись рабы, и ими он командовал, как полагается божеству. Его от природы жестокий разум повстречался с таким же разумом Лу-дона, и казалось, эти двое отлично спелись. Верховный жрец видел в чужеземце могущественную силу, с помощью которой можно вечно править всем Пол-уль-доном, и потому будущее Обергатца было обеспечено, пока он готов играть роль бога для верховного жреца Лу-дона.

В главном храмовом дворе был возведен трон перед восточным алтарем, где Джэд-бен-Ото мог восседать лично, принимая жертвы, которые предлагались ему ежедневно на закате. Жестокий, полубезумный разум так ликовал от кровавого зрелища, что по временам он даже требовал, чтобы ритуальный нож передавали ему самому, и в таких случаях жрецы и весь народ падали ниц, трепеща перед гневным божеством.

Если Обергатц не научил их сильнее любить своего бога, то точно научил их бояться его как никогда раньше, и само имя Джэд-бен-Ото произносилось шепотом в городах, и этим именем пугали маленьких детей, которые немедленно начинали слушаться при одном его упоминании. Лу-дон через своих жрецов и рабов распустил слух, что Джэд-бен-Ото приказал всем своим верным последователям собраться под знамя верховного жреца в Э-луре, а все остальные будут прокляты, в особенности Джэ-дон и главный богохульник, выдававший себя за Дор-уль-Ото. Проклятие должно было обрести форму преждевременной смерти после чудовищных страданий, и Лу-дон объявил повсеместно, чтобы ему сообщали имя любого воина, который пожалуется на боль, поскольку он сразу же подпадал под подозрение, ведь первым проявлением проклятия были как раз приступы легкой боли, поражавшей нечестивого. Он советовал всем, у кого что-то болит, старательнее проявлять свою преданность. Результат оказался немедленным и весьма примечательным: половина народа перестала болеть вовсе, и в Э-лур рекой потекли рекруты, готовые предложить свои услуги Лу-дону, втайне надеясь, что небольшая боль в руке, ноге или животе не примет фатальную форму.

Глава 22

Поездка на грифе

Тарзан с Джейн прошли по берегу Джэд-бол-лала и переправились через реку, впадавшую в озеро. Они путешествовали неспешно, не подвергая себя лишениям и следя за безопасностью, потому что человек-обезьяна теперь, когда снова обрел свою подругу, твердо решил не дать шанса судьбе снова разлучить их или помешать как можно скорее покинуть Пол-уль-дон. Пока его мало беспокоило, каким образом они преодолеют болото: он успеет побеспокоиться, когда это станет более-менее насущным вопросом. Они проводили часы, наслаждаясь счастьем