Квартира 713 - Кевин Сильвестр

– Что ж, пустить тебя к нам я не могу. Мама и так что-то подозревает, раз до сих пор не познакомилась с твоей матерью. Она думает, ты какой-то хулиган-беспризорник. Затеваешь что-то недоброе.

Джейк рассмеялся, но Бет не шутила.

– Нет. Всё серьёзно. Пока что я её убалтываю, но если она позвонит в полицию или в инспекцию по делам несовершеннолетних, то тебя могут загрести. Возможно, придётся найти тебе маму, иначе моя мама в конце концов запретит нам проводить вместе время.

– Найти мне маму? Это я и пытаюсь сделать, – сказал Джейк. – Найти мою маму. В любом случае, я не собираюсь торчать тут столько, чтобы это помешало.

Бет кивнула, но ничего не ответила.

Джейк нервничал сильнее, чем показывал. После того как они ушли с концерта, он быстренько пожелал маме Бет доброй ночи и даже сделал вид, будто услышал, как из лифта его зовёт его собственная мама. К счастью, мама Бет не увязалась за ним.

Джейку она показалась милой и крикнула ему вслед: «Мы как-нибудь заглянем к вам в гости». Но что если его загребут прежде, чем он сумеет выяснить, зачем здесь оказался? Что если мама Бет решит зайти к нему в квартиру?

Бет угадала его мысли.

– Я сказала ей, что не знаю точно, в какой квартире ты живёшь. Однако долго мы так не продержимся.

– А вдруг она проследит за мной или начнёт разнюхивать?

Бет продолжила танцевать.

– Она слишком занята. Работает почти от рассвета до заката.

– Кем?

Та нахмурилась.

– В основном убирает в домах у богатых. Поразительно, какой бардак разводят люди, у которых куча вещей. Она постоянно ищет что-то получше.

Джейку внезапно вспомнилась его собственная мама, тоже вечно ищущая что-то «получше». Он задумался, взяли ли её на работу. Или она теперь обыскивает город в поисках пропавшего сына? Желудок завязался узлом.

Бет медленно остановилась и поклонилась своему партнёру по танцу – метле.

– Мама говорит, возможно, мне придётся бросить школу, чтобы помогать ей, если дела не пойдут на лад.

– Бросить школу, чтобы работать? Ты же ещё ребёнок. Это разве законно?

Девочка закатила глаза.

– Ну и дубина же ты. Моя мама стирала простыни, мыла полы и посуду, даже когда была ещё младше, чем я. Папа обещал, что мне не придётся, но… – Бет вдруг очень увлечённо принялась подметать.

– Что случилось с твоим папой?

Бет перестала мести, но крепко стиснула рукоять метлы.

– Это одновременно длинная и короткая история.

– А я как раз никуда не спешу, – сказал Джейк. – Но только если ты хочешь рассказать.

Бет сделала глубокий вдох.

– Короткая история такая – он сражался на Великой войне, заболел и умер.

Джейк не был на сто процентов уверен, что она имела в виду под «Великой войной», но не хотел перебивать.

– А длинная история вот: я была совсем маленькой, но до сих пор помню, как мы с мамой пошли на вокзал, чтобы помахать ему на прощание. Папа был в зелёной форме, цвета грязной травы, и все вокруг тоже. Я никак не могла разглядеть его в поезде. В каждом окне было полным-полно мужчин в зелёном.

– Потом, как раз когда поезд начал набирать скорость, папа увидел меня и помахал. Поезд уезжал, и папа казался ужасно маленьким. Оркестр играл песни о том, что мужчины отправляются «за океан» и скоро вернутся домой. И папа правда вернулся, но очень больным. Он попал под газовую атаку. От этого у него повредились лёгкие. Он так и не выздоровел до конца.

– Мне ужасно жаль.

Бет вытерла глаза рукавом.

– Они с мистером Уильямсом спроектировали этот дом и построили бо́льшую его часть до того, как началась война. Отец вернулся, и, как только его выписали из больницы, он вложил всё, что у него осталось, в этот труд.

– Он был замечательным мастером, – сказал Джейк, и абсолютно искренне.

– Да. – Бет подняла полные слёз глаза к сводчатому потолку. – Он был там, наверху, стоял на лесах и доделывал резьбу на арках. Мистер Уильямс был на балконе. – Она сделала паузу и глубоко вдохнула. – На отца нашёл приступ кашля. Он как раз спускался с лесов, когда потерял сознание. Мистер Уильямс кинулся на помощь и успел поймать его прежде, чем папа упал на пол. Ты заметил, что мистер Уильямс хромает?

Джейк кивнул.

– Это из-за того, что он поймал твоего отца?

– Да. Сломал обе ноги. Мне кажется, эта хромота каждый день напоминает ему о случившемся.

– Наверное, они были близки.

– Как братья. Отец так и не пришёл в себя. Его срочно увезли в больницу, но на этот раз… домой он не вернулся.

Некоторое время они молчали, и слышался лишь тихий шелест штор, колышущихся на ветерке, что дул из открытых окон.

Джейк уставился на высокий потолок. Арки покрывала резьба со звериными головами и переплетающимися лозами – ещё более искусная, чем в лифте. Но один участок, там, где арки пересекались, пустовал – просто голое дерево. В том самом месте, где отец Бет прекратил работу.

– Тебе не грустно здесь находиться?

Бет кивнула.

– Я долго отказывалась сюда приходить. Но потом однажды я ехала в лифте с мистером Уильямсом – он вышел в своём кабинете. Стена почему-то была открыта. Я увидела зал лишь краем глаза, но от этого вида у меня просто… заныло сердце. Знаю, звучит глупо.

– Вовсе нет, – возразил Джейк.

– И это чувство меня не отпускало. Несколько дней спустя мы снова ехали в лифте, и я попросила мистера Уильямса взять меня с собой. Это было тяжело. Но в то же время я как будто снова могла увидеть или, может, почувствовать, что отец, или по крайней мере какая-то его часть, продолжает жить в этих комнатах. И особенно в этом зале. – Она вздохнула. – Мама не может сюда зайти, не расплакавшись. Говорит, это напоминает ей о нашей, как она это называет, «череде неудач». Но мне нравится смотреть на то, что он умел делать. На красоту, которую он привносил в мир.

Некоторое время они молча глядели на потолок.

– Папа часто говорил: «Неважно, как долго ты прожил. Важно, как насыщенно». – Бет снова принялась подметать. – Конечно, я собираюсь жить и долго, и насыщенно.

Джейк улыбнулся её уверенности, но тут же погасил улыбку, боясь задеть её чувства.

Но Бет рассмеялась.

– Да и кто знает? Может, однажды я создам что-то, что сделает мир ещё прекраснее. Как я. – Она подставила ладони под подбородок, посмотрела вверх и улыбнулась.

Джейк почувствовал, что краснеет, и поспешно