Корабль пропавших слов - Фрэн Уайлд

Но Бабуля наблюдала за небом до тех пор, пока темная тень не исчезла за Фелисити.

– Я в этом не уверена.

Через линзы бинокля Тольвер мог видеть высокие стеклянные здания города, поддерживаемые огромными воздушными подушками, полными газа, – в разы больше, чем на кораблях старателей.

– Как они заставляют такие огромные механизмы самостоятельно двигаться? Нам, чтобы пересечь портал, приходиться просить пук о помощи – Тольвер, конечно, понимал, что боглины делали все по-старому, соблюдая традиции, в то время как более современные гоблины, как старатели, любили все новое. Но это не мешало Тольверу хотеть узнать, как это все работало.

– Они используют волшебные слова, так же, как и мы, – сказала Бабуля все еще слегка отстраненно. – Но намного больше, все скармливают механизмам. И очень много горячего воздуха.

– Но… – До Тольвера дошло, что, если бы только он знал правильные слова, он мог бы использовать подарок старателей. – Какие слова?

– Слова, которые значат то, что ты хочешь сделать, или достаточно близкие по значению. Чтобы открыть портал, я использую линзу и открывающее слово. А почему ты спрашиваешь? – В голосе Бабули не звучало подозрения. Она уже давно привыкла к тому, что Тольвер проявлял интерес к магии.

– Тогда почему бы нам не использовать слово, которое призвало бы Звездинку назад? То есть у нас получилось бы, если бы были нужные инструменты?

Бабуля покачала головой.

– Это так не работает. В пуках больше магии, чем в тебе и во мне вместе взятых, поэтому наши слова не работают прямо на них, только с пространством вокруг. Гоблины-перевертыши всегда были такими. Даже сейчас они могут менять форму, и, если мы с ними связаны, это влияет на нас. Но когда мы меняем форму – например, взрослеем, – на них это не влияет.

– Взросление – это не магия, Бабуль, – сказал Тольвер.

Она нежно растрепала его волосы.

– Разве? – после чего снова перевела взгляд в небо. – Мы вернем Звездинку. Просто может потребоваться время.

«Всегда время. Когда им его и так катастрофически не хватает».

Чем больше Тольвер думал об этом, тем сильнее расстраивался, что пука осталась у мальчишки. Они и отправились-то снова так рано на ту сторону только потому, что он надавил на Бабулю, убедив ее, что им нужно больше слов. Тольвер пнул землю.

Внутри загона маленькие пуки осматривались в поисках Звездинки.

– Возможно, мы могли бы попросить помощи, чтобы вернуть Звездинку? Или… одолжить что-нибудь, что могло бы помочь? – Тольвер двинулся в сторону дома, чтобы достать компас из-под подушки на чердаке.

– Мы не будем использовать механизмы старателей, если ты об этом. Да еще и не заплатить? Значит, в какой-то момент они придут забрать долг, Тольвер. Мы с таким не связываемся. – Старушка грустно покачала головой. – Они и так достаточно контролируют в этом мире.

Тольвер медленно убрал руку с ручки двери, ведущей в дом. Он надеялся показать ей подарок, который им отправил Джулиус. Он шаркнул ногой по ступеньке. Не то чтобы он знал, кто к нему подошел. Боглины, вручившие ему подарок, ни разу не сказали, что они старатели. Возможно, они были просто добрыми.

– Мы вернем ее по-старому. Завтра, как только отдохнем, – сказала Бабуля. – И после этого мы снова надолго оставим Маунт Клауд в покое. Мы много лет смогли прожить без возможности посещать этот город. И теперь мы не вернемся туда столько, сколько потребуется, чтобы эти люди забыли, что видели нас. Пообещай мне.

Тольвер кивнул, ощутив, как его сердце упало.

– Обещаю.

Уже вторую ночь подряд Тольверу практически не удавалось поспать.

Во-первых, Бабуля храпела. Домик практически сотрясало от этого звука. Боглинский храп – это вам не шутки. Тольвер лежал без сна и смотрел в окно. Он всего лишь хотел помочь.

Он достал металлический компас и потренировался, называя ему слова, но не добился ничего, кроме слабого свечения в ответ.

В конце концов Тольвер заснул, прижавшись щекой к выпуклому стеклу таинственного подарка.

Когда на следующий день встало солнце, Тольвер засунул компас в карман и пошел выполнять свои домашние дела с чувством грызущей вины. Без Звездинки дел на острове было ощутимо меньше.

К тому времени, как он вернулся домой, в небе появился еще один корабль, формой похожий на облако. Этот, вместо того чтобы уплывать, завис недалеко от острова.

«Они развернутся, – подумал Тольвер. – Скоро они отправятся обратно к городу».

Но корабль не поворачивал. Он не отправился к другому отдаленному парящему городку. Корабль приближался к островам, и вот шум его двигателей стал настолько громким, что Бабуля услышала его.

Бабуля выглядывала из домика, пока громадный воздушный корабль старателей, со своей огромной воздушной подушкой в форме облака, закрепленной под корпусом, нависал над их островком. Грохот корабельных винтов начал пригибать болотную траву к земле рядом с тем местом, где стоял Тольвер. Со своего места Тольвер мог рассмотреть название судна на борту: Колофон.

– Должно быть, они услышали, что мы были на острове Оптимизма, или кто-то рассказал им о нашей добыче в Маунт Клауде, – сказала Бабуля. – Я знаю, они хотят забрать себе всю добычу слов. Или, возможно, они узнали, что тебе двенадцать и ты закончил школу. И хотят, чтобы ты работал на них. Типичные старатели. – Солнце было высоко в небе, и от этого корабль отбрасывал огромную тень. Маленький домик на болоте, казалось, сжался под брюхом корабля. Гилфиллан яростно взвизгнул.

– Отправим их восвояси. – Бабуля вышла из домика. Она сняла свой фартук и отвернула рукава. В руках старушка держала ивовый прут.

– Город готов начать преобразование твоего острова под нужды города и обустроить здесь завод, – загрохотал голос с корабля. – Нам велено сообщить, что ты и твой внук можете остаться здесь и строить корабли или мы заберем вас в Город Счастья.

«О нет. – Тольвер злобно смотрел в небо. – Мы были слишком медленными».

– Аренда за остров уплачена до конца лета, – вызывающе выкрикнула Бабуля. – Вы не можете заставить нас уйти, кем бы вы ни были. – Ее голос дрожал от злости.

Колофон опустил якоря, и гоблины приготовились спуститься по лестницам.

– Хэй, боглин Тольвер! – закричал один из них. – Рад снова тебя видеть!

Тольвер начал было подниматься для приветствия, но Бабуля крепко схватила его за плечо.

– Вы не можете встать здесь на якорь, – сказала она ровным голосом. – Это все еще мой дом.

– Это собственность города. А так как мы помогаем городу расти, мы можем причаливать везде, где пожелает город. Кроме того, неважно, сколько ты платишь за аренду острова, твой мальчик кое-что