Корабль пропавших слов - Фрэн Уайлд

традиционные субботне-утренние блинчики с шоколадной крошкой. Тесто на две трети состояло из смеси для блинчиков и на целую треть из шоколадной крошки, поэтому блинчики получались вязкими и пачкающими руки в топленом шоколаде, как раз так, как Сэм больше всего любил.

Пока папа раздумывал над ответом, продолжая готовить, Сэм немного расслабился. «Если у нас на завтрак все еще хорошие блинчики, может, они уже не так злятся за то, что вчера произошло в школе».

– Можно начать поиски в словаре. – Папа положил два пышных блинчика на тарелку Сэма, а следом – на тарелку Беллы. Анита поставила перед Беллой стакан сока и села рядом, чтобы нарезать ее порцию на квадратики, как любила сестра.

Сэм почувствовал укол вины. Вчера он оставил свой словарь у ножки уличной библиотеки, а ночью прошел дождь. Интересно, это будет считаться достаточно «беспечным» отношением, чтобы привлечь боглинов, или книга просто будет пахнуть плесенью?

Но как бы то ни было, существа с серебряными волосами однозначно захотят вернуть свою малюсенькую свинку. И в этот раз, когда они придут, он поймает их. И тогда они вернут Сэму его слова.

Тем утром Сэм убедился, что у белой свинки была вода и овощные очистки, выуженные из компоста, и ушел, оставив поросенка, который счастливо свернулся клубочком в обувной коробке на столе. Потом, еще перед завтраком, Белла помогла Сэму вырезать буквы и приклеить их на два простых листа бумаги. Они сложили их и получились открытки. Одна для мисс Мэллой. Вторая для Мэйсон. В обеих открытках было слово, которое Сэм не мог произнести. То, что он не мог даже написать. Зато Белла могла. И могла написать по буквам. Почти.

Даже если открытки выглядели так, словно их сделала пятилетка, а не кто-то в возрасте одиннадцати с половиной лет, главное, что Сэм нашел решение и гордился этим.

– Словарь не совсем то, что мне надо, – сказал Сэм, стараясь не спорить. Он плюхнул на свои блинчики кусок масла и залил все сиропом, но тот выплеснулся с тарелки на стол.

– О нет, – сказала Анита.

– ___! – сказал Сэм… ну, или попытался сказать.

Выражение лица его мачехи, пока Сэм вытирал липкий беспорядок, на две трети состояло из раздражения и всего на треть из растерянности.

– Сэм, – произнес папа, подойдя к столу с чашкой кофе, – мы говорили об этом с мисс Мэллой, и, если ты продолжишь упираться и не говорить «извини» все выходные, в понедельник нам всем придется пойти в школу на встречу с директором Вейном. Говоришь, у тебя есть план? Хорошо. Но до тех пор никаких фильмов. Никакого бейсбола. – Он повернулся к Аните, и она кивнула с мрачным выражением лица.

Они все-таки злились. Даже несмотря на блинчики.

Сэм угрюмо повозил вилкой в сиропе. Как могло лето стать таким ужасным?

– Я все исправлю, обещаю. Но… неужели вы никогда не слышали, чтобы кто-то терял свои слова? Неужели это невозможно?

Его родители не выглядели убежденными. Это было не самым удачным началом. Но Сэм все равно был уверен, что, как только он вручит открытки Мэйсон и мисс Мэллой, все сразу станет лучше.

– Мне фаль, фто ты все ефе не мофешь это фказать, Фэм, – сказала Белла. – Профти, фто разофлила тебя.

– Белла, тебе не за что извиняться, – сказал папа. – Ты не сделала ничего плохого.

– Иногда одно слово может иметь много разных значений, да, Белла? – Анита потягивала свой кофе. – Особенно такие слова, как «извини» и «жаль». Я произношу их иногда, когда я злюсь или когда кто-то болеет, и я хочу, чтобы они чувствовали себя лучше. Слово – это возможность дотянуться до другого человека, посочувствовать ему. И «извини» – одно из таких особенных слов, у которого очень много значений.

Анита повернулась к Сэму и прошептала:

– Даже если иногда это слово воспринимается как должное.

Сэм покраснел. Неужели его мачеха была права? Он никогда не думал, что воспринимает слово как нечто само собой разумеющееся. Он любил это слово. Сэм уставился в тарелку, возя кусочек блинчика по ней вилкой.

«Все, кроме меня, за столом могут произнести это. Разве это честно? Многие люди неосторожно относятся к словам. Так почему же только я должен пропускать бейсбол?»

Но у блинчиков на тарелке Сэма не было ответов. Они только все больше походили на кашицу. Сэм откусил кусок. На вкус блинчики все еще были великолепными.

– М-м-м-м-м. – Белла кивнула, соглашаясь, и продолжила жевать. В уголке рта у нее размазался шоколад. И ее волосы – темные и блестящие, как у ее мамы, – попали в рот и измазались в шоколаде. Она попыталась вытереться, размазывая все только сильнее. Сэм передал ей салфетку.

– Профтите.

– Белла… – простонал папа.

Сэм увидел ореол серебряных волос прямо за окном, когда жевал. Он закашлялся, глядя как бейсбольная бита – одна из папиных старых бейсбольных бит! – закачалась туда-сюда.

А следом маленькая мерцающая лента упала с губ Беллы на пол.

Это что, происходило снова? Сэм потряс головой, пытаясь понять, что он на самом деле видел.

Пока его родители отвернулись спиной, черная свинка, меньше, чем белая в своем нормальном размере, но намного больше, чем белая сейчас, протиснулась в дверцу для собак, схватила слово и снова выбежала наружу.

Еще одна свинья! Сэм смотрел, как собачья дверца качалась, громко хлопая.

– Эй!

– Надо починить эту дверку, – пробормотал папа.

– Или завести собаку, – добавила Анита.

Обычно Сэму нравились такие разговоры – он очень хотел собаку, – но сейчас его сильнее волновала проблема с поросятами. С поросятами, которые воровали слова.

Он обогнул кухонный уголок и с силой толкнул стол, пытаясь разглядеть, куда ушла свинка. Сок Беллы разлился, превращаясь в розовую лужицу.

Папа Сэма вытирал сок Беллы тряпкой и удивленно поднял брови, глядя на детей.

– Ребят, выходные только начались, давайте мы хотя бы спокойно позавтракаем?

Белла посмотрела на папу, потом снова опустила глаза на разлитый сок.

– ___, – сказала она. Точнее, попыталась сказать.

Сэм замер, наблюдая за попытками сестры. Только не это.

Белла открывала и закрывала рот, как рыбка.

– Я не могу фказать это. Мофет, я фаразилась от Фэма.

Сэм топнул ногой.

– Воры! – закричал он на дверь. Кем бы ни были эти существа, они не будут воровать еще и слова его сестры. Или биту его отца.

– Белла, – сказал папа, – хватит дразнить Сэма. Сэм, тоже прекращай. Ты можешь сказать «извини», хватит уже делать вид, что это не так. Посмотри, Белла берет с тебя пример.

– Я не пытаюсь показать ей плохой пример! – Сэм только что наблюдал,