Корабль пропавших слов - Фрэн Уайлд

Мальчик застонал.

– Хотел бы я просто решить все волшебством. – На секунду показалось, что он сейчас расплачется. Но мальчик покачал головой, глядя на Сэма и свинку. – Давай. Нам не перенести Бабулю без тебя. – Он ткнул Гилфиллана, тот в ответ хрюкнул. – ВСТАВАЙ.

– Почему ты так разговариваешь со свинкой?

Мальчик обрушился на Сэма.

– Это пука. Они только выглядят поросятами. – Он пихнул Гилфиллана ногой. – Они боглины-перевертыши. Если держаться за такого, даже хотя бы за поводок, тоже сможешь измениться. Именно так и можно пройти сквозь портал.

Свинка хрюкнула, подтверждая его слова, и снова закрыла глаза.

– А ты… тоже полька? – Вот теперь Сэм жалел, что не обращал внимания на книжки Беллы.

– ПУКИ, а не польки. Они не танцы. Поаккуратнее со словами. И, отвечая на твой вопрос, нет. Я боглин из хобгобов. А моя Бабуля, думаю, из кобольдов. Но здесь это не особо имеет значение. Боглины и есть боглины. Мы просто хотим, чтобы нас оставили в покое.

«Боглины. Не ведьмы и не феи». Сэм уже не мог дождаться, когда расскажет об этом мисс Мэллой.

– Вы не можете заявляться к нам, забирать то, что вам не принадлежит, и заявлять после этого, что хотите, чтобы вас оставили в покое. Так что я уйду, но только с нашими словами. Моими и моей сестры. И чьи вы там еще взяли.

Это было, конечно, смелым заявлением, если учитывать, что Сэм стоял, с ног до головы заляпанный грязью, покрывавшей, казалось, добрую половину маленького острова, рядом со странным белым домиком с низкой соломенной крышей и спорил с боглином.

«Если Мэйсон и Джина раньше считали меня странным, то сейчас все намного страннее».

Боглинский мальчик притих.

– Я и сам с удовольствием бы отправил тебя и твои слова обратно. Твой город принес нам с Бабулей неудачу.

– Так почему бы вам не найти городок получше?

– Вот уже много лет моя Бабуля берет слова, используемые не по назначению, или те, что воспринимают как должное в Маунт Клауде, и заправляет ими нашу лодку. В вашем городе этих слов так много, что они просто лежат везде, только и собирай. – Мальчик обошел вокруг Сэма, сжимая и разжимая пальцы рядом со своими карманами. – Это наша вторая проблема, так? Моя Бабуля застряла там вместе со Звездинкой. И именно она знает, как открыть портал, а не я. Почему ты оставил там Бабулю, Гилфиллан?

Последний вопрос был обращен свинке. Пуке – напомнил себе Сэм.

Вместо ответа Гилфиллан поднялся и потрусил виляющей походкой за дом. Мальчик последовал за ним, что-то бормоча и заглядывая за домик, вышел к кромке воды, словно рассчитывая, что его Бабуля будет висеть там на кончиках пальцев.

Сэм знал, что мальчик никого не найдет.

– Гилфиллан не виноват. Я пытался вернуть слово моей сестры, когда ты втянул меня через нашу районную уличную библиотеку. А твоя Бабуля упала со спины поросенка. Я не знаю, что с ней дальше произошло, но она не прошла вместе со мной… где бы это ни было.

– Ты, – сказал мальчик, его голос дрожал, – находишься на болотистых землях. Это мой дом. Меня зовут Тольвер Боглин, и, пока моя Бабуля не вернется, я хозяин этого острова. Так что ты должен делать так, как я скажу.

Сэм слегка разозлился от этого заявления, но Тольвер снова начал нервно расхаживать из стороны в сторону.

– Какое-то время Бабуля там будет в порядке. Возможно. У нее хотя бы с собой новый прутик. И если нам повезет, то она найдет какое-нибудь место, чтобы спрятаться, или найдет Звездинку и сможет вернуться сама. А в это время я могу выяснить, как…

– Новый прутик? Это ты о папиной старой бейсбольной бите? Звездинка – это белый поросенок? – уточнил Сэм. Это была та свинка, которую он впервые увидел, когда потерял свои слова. Та, что сидела запертая у него в комнате в обувной коробке.

Тольвер развернулся и внимательно посмотрел на Сэма, после чего сделал к нему шаг, оттесняя Сэма практически к самой воде.

– Ты видел ее? Она в порядке? – В голосе мальчика послышалось беспокойство. Он снова поднял глаза к небу. – Хотел бы я, чтобы они обе были сейчас здесь. Тогда бы я знал, как поступить.

Гилфиллан проворчал что-то одобрительное.

Сэм почувствовал что-то знакомое в отрывистых словах Тольвера.

– С ней все хорошо. Я прилепил ей пластырь на поцарапанную ножку. Я хотел помочь. Я хочу помочь, – добавил он.

– Если ты действительно помог Звездинке, значит, я должен помочь тебе. Но я должен попросить тебя об одолжении. – После того как Сэм с готовностью кивнул, Тольвер вошел в домик. Сэм слышал, как он там где-то рылся.

Гоблин вышел, неся что-то металлическое и замотанное в тряпку.

– Я видел, как Бабуля творит волшебство. Теперь моя очередь, – пробормотал он. Лоб боглина пересекли темно-зеленые морщины. – Ты же не можешь колдовать, да?

– Нет, – сказал Сэм. – Никакой магии. Я умею играть в бейсбол. И обычно я неплохо все исправляю. Но на этом все. А ты умеешь колдовать? – Учитывая все странности, случившиеся с ним за последнюю неделю, Сэм нисколько не удивился бы, если бы Тольвер сказал «да».

– Пока нет, – сказал Тольвер. – К сожалению. – Он пнул пучок травы. Сэм отлично понимал чувства боглина. – Но… – Тольвер долго смотрел на замотанный в тряпицу предмет в своих руках. – Думаю, я знаю, как это изменить.

Глава шестая. Тольвер

Тольвер знал, что не должен пытаться использовать подарок старателей. Единственная причина, почему он сохранил вещицу, заключалась в идее продать ее в Хранилище, как только они с Бабулей оказались бы там, чтобы передать собранные слова на хранение.

Денег, вырученных от выгодной продажи, ему хватило бы, чтобы починить преобразователь, и тогда, возможно, у них с Бабулей получилось бы все снова наладить.

К тому же в прошлый раз, когда он позволил себе только подумать про компас, сразу случились ужасные вещи, включая прибытие старателей. А теперь его бабушка была на другой стороне миров, а Тольвер тут даже без хорошего прутика, не говоря уже о волшебстве. Еще и Звездинки не было. И во всей этой ужасной ситуации у него был только человеческий мальчик, от которого был бы хоть какой-то толк, будь он на другой стороне миров, как можно дальше от старателей.

Он должен