Франкизм в Испании. Истребление несогласных - Пол Престон

Главной военной академии. Он также сыграл важную роль в продвижении политической карьеры свояка Франко, Рамона Серрано Суньера, в этом городе. Назначение Улибарри было наградой за его участие в том, что в апреле 1937 года карлистское движение послушно согласилось на объединение с Фалангой в рамках единственной партии Франко – Falange Española Tradicionalista y de las JONS. Оно также являлось отражением навязчивого антимасонства, которое Улибарри разделял с Франко и, конечно же, с отцом Тускетсом. Давний поклонник отца Тускетса, он познакомился со своим единомышленником-антимасоном во время частых визитов в резиденцию Франко в епископском дворце в Саламанке. Ненависть Улибарри к масонам и евреям была настолько сильной, что его товарищи-карлисты называли его «молотом масонства»[1586].

В течение нескольких недель Улибарри создал Управление по восстановлению документации (УВД). Поскольку Страна Басков вот-вот должна была перейти под контроль франкистов, задачами УВД являлись систематическое изъятие и дальнейшая классификация захваченной документации. Их возложили на небольшую группу специально отобранных офицеров Гражданской гвардии. Вскоре Улибарри выступил за слияние УВД с Отделом антимарксистских расследований и пропаганды. Решимость заносчивого и авторитарного Улибарри централизовать все подобные инициативы в конечном счете привела к его столкновению с Тускетсом.

Учитывая перспективу падения Сантандера и Астурии вслед за Страной Басков, Улибарри призвал ускорить сбор документации, чтобы обеспечить максимальную эффективность дальнейших репрессий. Он заявил, что после каждой победы полиция должна быть снабжена «документами, указывающими на виновность тех лиц, которые должны быть немедленно преданы суду». Победа в Теруэле и последующее продвижение через Арагон к Средиземноморью открыли огромные возможности. Желаемое слияние отделов было официально оформлено 26 апреля 1938 года, когда Серрано Суньер, будучи министром внутренних дел, издал указ о создании Государственного отдела по восстановлению документации (Delegación del Estado para la Recuperación de Documentos, ГОВД). В его задачи входили сбор, хранение и систематизация всех документов, найденных у политических партий, организаций и отдельных лиц, «враждебных Национальному движению или даже не симпатизирующих ему», с целью облегчения их обнаружения и наказания[1587].

Сразу после слияния документация, собранная иудейско-масонским отделом Военной информационной службы, была передана УВД. Однако, стремясь централизовать всю информацию о масонах, Улибарри также попытался заставить Тускетса передать свой личный архив и картотеку, которая пополнилась материалами, собранными СВР. В ответ Тускетс заявил, что у него не было этих материалов и что все его бумаги находились в Барселоне. В конце концов архив священника, по-видимому, все же был передан в распоряжение ГОВД. Тускетс продолжал работать в значительно сокращенном иудейско-масонском отделе Военной информационной службы до оккупации Каталонии в январе 1939 года[1588].

Одним из самых влиятельных сотрудников Улибарри был полицейский Эдуардо Комин Коломер. В августе 1938 года все службы безопасности в зоне контроля франкистов были объединены в Службу национальной безопасности, которую возглавил подполковник Хосе Медина. Одним из ее главных отделов стала Полиция расследований и безопасности (Investigation and Security Police), состоявшая, в свою очередь, из различных подразделений. Одно из них, Антимарксистское, состояло из трех отделов: масонства, иудаизма и публикаций. Комин Коломер возглавлял отделы Масонства и Иудаизма, а также выпускал Boletín de Información Antimarxista («Бюллетень антимарксистской информации»). В январе 1939 года его временно назначили помощником Марселино де Улибарри в ГОВД. Там он сыграл ключевую роль в систематизации и сортировке захваченных материалов для подготовки их к использованию тайной полицией[1589]. Эти материалы стали основой его собственной знаменитой библиотеки, а также целого ряда книг и памфлетов, опубликованных им в течение следующих тридцати пяти лет, в которых он обличал всех представителей республиканского левого движения. В то время одним из его помощников был Маурисио Карлавилья[1590].

Поисковые группы ГОВД следовали за войсками Франко по мере их продвижения через Арагон в Каталонию. Мятежники оккупировали Барселону 26 января 1939 года, а на следующий день в ней было объявлено военное положение. Оперативники ГОВД начали обыскивать город 28 января и к 7 июня заполнили бумагой четырнадцать зданий. Двести тонн документов перевезли из Каталонии в Саламанку на поезде и грузовиках. Со всей территории, оставшейся от зоны контроля республиканцев, было собрано 800 тонн документов. С помощью немецких специалистов мятежники преобразовали эти материалы в массивный список из 80 000 подозреваемых масонов, несмотря на то что в 1936 году в Испании насчитывалось примерно от 5000 до 10 000 масонов, а после 1939 года их осталось менее 1000. Позднее эти данные использовались в чистках, проводившихся в 1940-х годах печально известным Специальным трибуналом, созданным для исполнения Закона о репрессиях против масонства и коммунизма от февраля 1940 года[1591]. 1 сентября 1940 года Улибарри назначили его первым председателем, но вскоре его сменил генерал Андрес Саликет, руководивший репрессиями в Вальядолиде[1592].

Труды Тускетса принесли свои плоды: во франкистской Испании подозреваться в принадлежности к масонам означало быть виновным в государственной измене, что, как правило, каралось казнью без суда и следствия. До конца 1936 года были расстреляны 30 членов масонской ложи Хельманти из Саламанки. Аналогичная участь постигла членов масонской ложи Констанция: 30 – из Сарагосы, 15 – из Логроньо, 7 – из Бургоса, 5 – из Уэски, 17 – из Сеуты, 24 – из Альхесираса, 12 – из Ла-Линеа, 54 – из Гранады.

Были расстреляны все масоны Виго, Луго, Ла-Коруньи, Саморы, Кадиса, Мелильи, Тетуана и Лас-Пальмаса. Параноидальные преувеличения в материалах, собранных в Саламанке, привели к тому, что, например, в Уэске, где до начала войны насчитывалось 5 масонов, по обвинению в принадлежности к ложе расстреляли 100 человек. В октябре 1937 года в Малаге были расстреляны 80 человек, обвиненных в масонстве[1593].

В апреле 1938 года рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер связался с министром общественного порядка генералом Мартинесом Анидо и предложил расширить испано-германское соглашение о полицейском сотрудничестве. Гестапо было заинтересовано в репатриации немецких евреев, коммунистов и социалистов, воевавших в составе Интернациональных бригад и попавших в плен к войскам Франко. Соглашение, подписанное 31 июля, позволило быстро обменивать левых, пойманных двумя службами безопасности. Членов Интернациональных бригад передавали дознавателям гестапо, находившимся в Испании, а затем отправляли в Германию без соблюдения даже минимальных судебных процедур. В отдельных случаях для репатриации требовалось только разрешение Франко, в котором он никогда не отказывал. Взамен штурмбаннфюрер СС Пауль Винцер, атташе гестапо при посольстве Германии в Саламанке, возглавил программу подготовки сотрудников политической полиции Франко. Незадолго до конца 1938 года умер Мартинес Анидо, и функции его министерства были поглощены Министерством внутренних дел. Генеральным директором службы безопасности Серрано Суньер назначил своего приятеля Хосе Фината-и-Эскриву де Романи,