Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз

происходит внутри дворца. С этого места было отчетливо видно, что дворец огромен. Он состоял из множества построек, явно возведенных в разное время и с полным пренебрежением к единообразию. Это превращало дворец в причудливое скопление башен и иных зданий и сооружений, среди которых не было даже двух одинаковых. Впрочем, в целом зрелище было впечатляющим, хоть и несколько безумным. Самое большое из зданий, облицованное гранитными плитами, стояло на искусственном возвышении и было приподнято над землей примерно на десять футов. К главному входу вела широкая лестница. Вокруг здания росли большие деревья, тоже казавшиеся очень древними, а одна огромная башня была полностью увита лианами. Однако самой примечательной чертой загадочного дворца был, несомненно, его варварски роскошный декор. Полированный гранит, из которого были сложены стены, украшала сложная мозаика из золота и бриллиантов. Бесчисленные, ослепительно сияющие камни мерцали на всех фасадах, куполах и башнях дворца.

Здание дворца со всеми пристройками занимало бо́льшую часть огороженной стеной территории, составлявшей около пятнадцати акров. Терраса, на которой стояло главное здание, была покрыта декоративными деревьями, кустами, цветочными клумбами. Нижняя часть территории была отведена под обычный сад. В саду и на террасе Тарзан увидел множество чернокожих – таких, каких он видел в висячей деревне гомангани, где оставил Ла. Здесь были и мужчины, и женщины – они занимались уходом за растениями. Там же виднелось несколько огромных человекообразных горилл. Они, по всей видимости, руководили работой негров, с которыми обращались грубо и жестоко. Эти странные гориллы были так же роскошно одеты, как тот болгани, которого Тарзан недавно засунул в развилку на дереве.

Пока Тарзан занимался наблюдениями, из главного входа дворца – величественных ворот около тридцати футов шириной и около пятнадцати высотой – вышли два болгани в головных повязках, украшенных пышными белыми перьями. Встав по обе стороны от дверей, они приложили ладони к ртам и начали издавать пронзительные вопли, подобные реву труб глашатаев. Негры тут же прекратили работу и устремились к лестнице, ведущей на дворцовую террасу. Там они выстроились в два ряда. Их надзиратели-гориллы поднялись выше и так же двумя рядами встали на террасе, от лестницы до самых дворцовых ворот.

Вскоре из ворот послышались новые трубные звуки, и Тарзан вскоре увидел начало процессии. Первыми строем шли четверо болгани, в головных уборах, украшенных перьями, и с огромными дубинами в лапах. За ними шагали два трубача, а за трубачами примерно в двадцати шагах шествовал огромный лев с черной гривой. Его вели четыре могучих негра, держа зверя на золотых цепях, прикрепленных к усыпанному бриллиантами ошейнику. За львом шествовали еще двадцать болгани по четыре в ряд. В лапах они держали копья, но охраняли ли они льва от людей или людей от льва, по их виду было непонятно.

Стоявшие двумя рядами болгани-надсмотрщики низко кланялись льву, когда он проходил мимо них. Когда процессия вышла на край террасы, стоявшие внизу гомангани дружно пали ниц, уткнувшись лицом в землю. Нума был, очевидно, уже стар. Он стоял с величественным видом, оглядывая простертых внизу людей. Холодные зеленые глаза его злобно заблестели, пасть открылась, обнажая длинные клыки, и из его легких вырвался громкий зловещий рев. Гомангани затрепетали в неподдельном ужасе. Человек-обезьяна невольно нахмурился. Никогда прежде ему не доводилось видеть зрелища столь поразительного уничижения людей перед зверями.

Вскоре процессия вновь тронулась и продолжила путь. Лев со свитой спустились в сад, свернули по дорожке направо, обогнули угол дворца и исчезли из виду. Гомангани встали и возобновили свои прерванные труды. Тарзан продолжал наблюдать за ними из укрытия, пытаясь мысленно найти объяснение парадоксальному зрелищу, свидетелем которого он стал. Кем был этот лев для людей и странных горилл? Почему весь природный порядок здесь поставлен с ног на голову? Люди в этой котловине стоят ниже, чем человекообразные обезьяны, а те и другие – ниже обычного неразумного хищника.

Тарзан предавался размышлениям около пятнадцати минут. Вдруг откуда-то снова раздались пронзительные звуки труб. Нума со свитой появился из-за восточного угла дворца – он возвращался обратно к лестнице, по которой спустился в сад. Едва заслышав звуки труб, гомангани и болгани всё бросили и вновь заняли прежние места возле лестницы, ведущей во дворец, – одни внизу, другие наверху. Они воздали почести Нуме, который величественно прошел мимо них во дворец и вновь скрылся из виду.

Тарзан запустил пятерню во взъерошенные волосы, но в конце концов сокрушенно покачал головой: никакого разумного объяснения происходящему ему на ум не приходило. Однако любопытство его так разгорелось, что он решил сперва исследовать дворец и прилегающие к нему угодья, а уже потом идти искать тропу, ведущую из долины. Оставив тело болгани там, где он его спрятал, Тарзан под покровом листвы пустился в путь вокруг дворца, внимательно его рассматривая. Вскоре он выяснил, что архитектура дворца в равной степени затейлива со всех сторон; что все здания окружены густыми садами; что с южной стороны дворца находится хозяйственная часть – там располагались загоны со множеством коз и большие курятники. С южной стороны обнаружилось также множество висячих хижин-ульев, таких же, какие Тарзан видел сегодня в деревне гомангани. Он решил, что это жилища негров-рабов, исполняющих всю тяжелую черную работу во дворце.

В высокой каменной стене, окружавшей весь дворец, были лишь одни ворота, они были обращены на восток. Ворота казались большими и хорошо укрепленными, вполне подготовленными для того, чтобы выдержать серьезный штурм. Они выглядели настолько прочными, что человек-обезьяна сразу предположил: их строили с расчетом на возможный штурм с использованием тяжелого тарана. Но откуда взяться настолько хорошо вооруженным войскам в этом диком углу Африки? Поэтому Тарзан подумал, что и ворота, и стена принадлежат невообразимо древним эпохам, несомненно восходящим к легендарным временам мирового владычества Атлантиды. Возможно, они были возведены для защиты Алмазного дворца от войск атлантов, прибывших в Африку для захвата и разработки золотых рудников Опара.

Хотя стена, ворота да и сам дворец явно были построены в незапамятные времена, они находились в отличном состоянии. Это подтверждало, что ими все еще пользуются; по крайней мере, во дворце точно обитают разумные существа. В южной части огороженной территории Тарзан увидел новую строящуюся башню: множество чернокожих под руководством болгани волокли гранитные блоки и устанавливали их на отведенные места. Сидя на дереве недалеко от восточных ворот, Тарзан некоторое время наблюдал за жизнедеятельностью дворцового хозяйства. Он видел, как из леса вышла целая процессия могучих гомангани и вошла в дворцовые ворота. Эти люди, встав по четверо в ряд, несли на плечах носилки, на которых висели гамаки из шкур, а в них – обработанные гранитные блоки. Вереницу сопровождали несколько болгани с копьями в лапах и чернокожие с боевыми топорами.

Гомангани, тащившие камни,