Операция «Дракула» - Александр Григорьевич Домовец

– Это всё второстепенно, – оценил Нестеров, полируя очки замшевой тряпочкой. – О способах убийства мы можем гадать до морковкина заговенья. Важнее ответить на вопрос – зачем? Кому и зачем понадобилось убивать десятки людей – и чужих, и своих? Впрочем, об этом тоже пока остаётся лишь гадать.

Получалась какая-то совершенно тупиковая ситуация. Впрочем, одна ниточка всё же имелась.

– Кто и за что – на эту тему я завтра с утра плотно побеседую с Попеску, – пообещал я сквозь зубы. – На этот раз не отвертится. У него под носом истребили весь гарнизон. Не может он не знать хоть каких-то обстоятельств… Душу вытрясу!

– Ай, командир, в гарнизоне было двадцать пять человек, – сказала вдруг Веселина. – Всего нашли двадцать одно тело. Ещё был сбежавший Вернер, значит, двадцать два. Куда ещё трое делись?

Задавая вопрос, она одарила меня чудным синим взглядом. Сердце ухнуло в пятки от нежности. Ах ты, милый мой счетовод! Самый красивый счетовод на свете…

– Резонно, – откликнулся Нестеров. – Не знаю, куда они делись, но вполне вероятно, что именно эти трое выступили в роли палачей. А потом сбежали.

– Или остались, – сказал Орлов невозмутимо. Хмыкнув, пояснил: – Замок очень старый. Здесь наверняка есть тайные помещения. Где гарантия, что в одном из них сейчас не кукуют эти эсэсовцы? А Попеску их снабжает водой и провизией.

– Но зачем им отсиживаться? Почему не исчезли, когда была такая возможность?

– Причин может быть примерно пятьдесят, – буркнул Олег. – Не пытай, командир. Котелок уже не варит.

Нестеров взглянул на часы.

– Уже без малого полночь, – сообщил он. – Коллеги, мы впадаем в методологическую ошибку. Мы пытаемся ответить сразу на все вопросы, а так не бывает. Предлагаю подвести черту под сегодняшним чрезвычайно насыщенным днём, спланировать завтрашние действия и двигаться дальше.

Я встал и принялся разминать ноги.

– Согласен, – сказал утомлённо. – Итак, завтра… Я с утра беру за грудки Попеску. Присутствует Веселина. Возможно, по ходу понадобится также допросить Иляну с Флорей. – Повернулся к Нестерову. – Что у вас с клочками черновиков Шульца, Владимир Евгеньевич?

– Пока почти ничего, – ответил тот извиняющимся тоном. – Не складываются клочки, слишком мелко изорваны. Я, откровенно говоря, уже голову сломал…

– Продолжайте ломать, – распорядился я. – Теперь ты, Олег. Вчера вечером ты забрал у Попеску ключи от помещений и план замка. Сегодня, понятно, было не до обхода. Но завтра возьми у Ермакова свободного бойца и приступай.

– Что искать, командир?

– Всё, что необычно и непонятно. Что хоть на миллиметр выходит за привычные рамки, – уточнил я.

Уточнение, конечно, было так себе. По сути, Олегу надо было найти то, не знаю, что. При этом мой внутренний голос подсказок не давал, просто требовал искать, и всё. Однако, повинуясь ему, я только что послал Ермакова в лес, откуда старшина вернулся со страшной находкой…

Олег молча положил левую ладонь на голову, имитируя головной убор, и козырнул правой. Ну да, к пустой голове руку не прикладывают. Службист…

– Всем спокойной ночи, – сказал я.

Первым вышел Нестеров, за ним Веселина. Уже на пороге она оглянулась, и сердце повторно ухнуло в пятки. Если я правильно понял, во взгляде было обещание скорой встречи.

А вот Орлов не уходил, медлил.

– Два слова, командир, – сказал наконец.

– Ну, давай, – разрешил я с удивлением.

Помявшись, Олег бухнул:

– Сегодня я видел, как Веселина рано утром выходила из твоей комнаты. Встал ни свет ни заря и случайно увидел.

«Не твоё собачье дело!» – чуть не рявкнул я, однако сдержался. Ревнует он, что ли? Отношения хочет выяснить?

– Продолжай, – обронил я хмуро.

– Роман у вас там или что – меня не касается. Но ты с ней поосторожнее, командир. Непростая она девушка, не верю я ей.

Орлов ронял слова медленно, с лёгкой запинкой, словно говорить ему было неловко, даже кривился слегка. А не сказать не мог.

– В каком смысле «не верю»?

– Да в таком… С чего это вдруг у неё способности пропали? Везде мысли читает, а в замке не может… Она просто не хочет с нами работать. Про всех всё знает, но молчит. В какую-то свою игру играет… Почему, спрашивается? На чьей она стороне?

Помнится, сходную версию мне изложил Нестеров. Правда, тут же оговорился, что версия сугубо умозрительная.

Я положил руку на плечо Орлову.

– За бдительность спасибо, Олег, – сказал серьёзно. – А насчёт Веселины ты ошибаешься. Она работник проверенный, её Звягин рекомендовал. Мало ли от чего пропали способности… Место здесь такое – дрянь, а не место.

– Ты ещё про Дракулу вспомни, – огрызнулся Орлов. – Звягин рекомендовал, и что? Полковник тоже человек, и ошибиться может. В общем, я предупредил.

– Ну, предупредил… И что мне с твоим предупреждением делать?

– Н-ну… Как минимум не откровенничать с ней. Присматривать опять же…

Вот насчёт присматривать я был с ним полностью согласен.

5.

Двумя часами позже, лёжа рядом, Веселина гладила меня ладошкой по голове, плечам и вообще везде, куда могла дотянуться. При этом приговаривала шёпотом:

– Какой ты у меня сильный, раклэ! Как ты его нынче красиво одолел!

– Ты про Орлова, что ли? – спросил я в полудрёме. Вторая подряд бессонная ночь давала о себе знать.

– Про него, конечно. А ведь он не слабее тебя и дерётся не хуже. – Даже в темноте я почувствовал, что она нахмурилась. – Будь с ним осторожен, прошу тебя.

От удивления раклэ в моём лице мигом проснулся.

– Осторожен? Это почему?

– Опасный он, самолюбивый. И поражения тебе не простит.

– Не понял, – признался я честно. – Не простит, и что? Слабительное в суп подбросит? В ногу выстрелит?

Веселина вздохнула, – глубоко и обиженно.

– Ай, не веришь ты мне, вижу, а зря. Я хоть мысли здесь читать не могу, а людей всё одно чувствую. – Помолчав, добавила: – Бедой этот человек тебе грозит, вот что.

Голос её звучал глухо, нездешне, и стало мне, честно говоря, жутко. Я обнял девушку. Спросил, стараясь говорить как можно спокойнее:

– Какой бедой? Говори уж, раз начала.

– Не вижу я, а только недоброе чую, – тихо воскликнула она с ноткой отчаяния. – Ну как тебе объяснить?

Ночка, однако… Орлов подозревает Веселину, Веселина Орлова. И оба апеллируют ко мне. Тяжела ты, доля командирская…

Освободившись из моих рук, девушка резко встала с постели. Подойдя к распахнутому окну, выглянула наружу.

– И полнолуние сегодня ещё, как на грех, – пробормотала словно про себя.

И вдруг вскрикнула негромко.

Отшвырнув одеяло, я одним прыжком очутился рядом. Схватив за плечи, оттянул от окна, спрашивая: «Что случилось, моя хорошая? Что?»

– Смотри туда, – сказала она, указывая рукой.

Полная луна заливала небосвод печальным тусклым