Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз

Джейн Клейтон и ее вазири, двигаясь очень быстро, вскоре напали на след сафари Флоры Хоукс. Они вышли к тому лагерю, где вазири в последний раз видели Эстебана Миранду, которого они все еще считали настоящим Тарзаном. Пойдя по четкому следу сафари, отряд Джейн вскоре вышел к походной крепости арабов-работорговцев и разбил лагерь примерно в миле от него. К тому времени отряд Флоры уже неделю как жил у разбойников, ожидая либо прихода Овазы и Эстебана, либо подходящего момента для предательского нападения на арабов.

Лувини не терял времени. Он и другие чернокожие старательно переманивали на свою сторону рабов торговцев слоновой костью, побуждая их взбунтоваться. Но хотя Лувини ежедневно рассказывал Флоре об успехах агитации, у него появился и свой собственный план. Он заключался в том, чтобы взбунтовать рабов против арабов, а потом убить всех белых – за исключением Флоры Хоукс, которую Лувини решил забрать себе или выгодно перепродать на севере какому-нибудь чернокожему султану. Хитроумный план Лувини предполагал сперва убийство арабов с помощью белых, а затем убийство белых с помощью их же оружия.

Лувини едва ли встретил бы какие-нибудь препятствия для своих замыслов, если бы не личная преданность одного чернокожего боя, приставленного для услуг к Флоре Хоукс. Эта молодая женщина, несмотря на безграничную алчность и беспринципность в достижении целей, для своих слуг была добродушной и заботливой хозяйкой. Доброта, которую она проявляла к чернокожему подростку, вскоре принесла ей дивиденды, несопоставимые с затраченными вложениями.

Однажды днем Лувини зашел к Флоре и предупредил ее, что все готово для восстания. Рабы готовы взбунтоваться и начать убивать арабов уже нынешней ночью. Принадлежавшая разбойникам слоновая кость давно уже была предметом вожделения и белых, и негров. Все с нетерпением ждали сигнала, чтобы начать нападение, которое принесет им большие богатства.

Незадолго до ужина маленький бой прокрался в палатку Флоры Хоукс. Глаза его были широко распахнуты; он казался очень напуганным.

– Что случилось? – удивилась Флора.

– Тсс! – прошептал он. – Молчи, иначе они подслушают наш разговор. Нагнись ко мне, и я скажу тебе, что замышляет Лувини…

Женщина нагнулась, и бой зашептал ей на ухо:

– Ты всегда была ко мне добра, и теперь, когда я узнал замыслы Лувини, я хочу предупредить тебя.

– О чем ты? – приглушая голос, воскликнула Флора.

– После того как убьют арабов, Лувини отдаст приказ убивать белых. А тебя он собирается захватить живьем. Он хочет оставить тебя себе или продать за большие деньги.

– Но откуда ты все это знаешь? – спросила молодая женщина.

– Все негры в лагере это знают, – ответил бой. – Я должен украсть твою винтовку и пистолет, и так сделает каждый, приставленный к белому хозяину.

– Ладно же, – прошипела Флора, выпрямляясь, – сейчас я преподам урок этому предателю!

Она схватила пистолет и направилась к выходу из палатки. Но бой обхватил ее колени и не дал сделать ни шага.

– Нет, нет! – отчаянно зашептал он. – Не делай этого! Не показывай виду, что знаешь о заговоре! Иначе они все равно убьют вас всех, только раньше. Все негры в лагере против вас! Лувини пообещал, что негры поровну поделят между собой слоновую кость. Если вздумаешь угрожать Лувини и он поймет, что ты знаешь о заговоре, на тебя сразу же нападут!

– А что мне, по-твоему, надо делать? – спросила она.

– Для вас есть только одна надежда – побег. Все белые должны сбежать в джунгли. Прости, я не смогу вас сопровождать.

Флора молча посмотрела на боя и сказала:

– Хорошо. Я сделаю так, как ты советуешь. Ты спас мне жизнь. Может быть, когда-нибудь я смогу отблагодарить тебя, а может, и нет. Теперь уходи, пока тебя никто не заподозрил.

Чернокожий покинул палатку, пробравшись под ее задней стенкой, чтобы его не заметили другие негры. Флора же, дождавшись его ухода, вышла на открытое место и не спеша направилась к палатке, в которой обитали Краски и Блюбер. Оба мужчины были там. Флора шепотом пересказала им то, что узнала от маленького боя. После этого Краски, стараясь вести себя максимально беспечно, позвал в палатку Пиблза и Трока.

Оба англичанина поначалу были за то, чтобы внезапно атаковать негров и уничтожить их, пока они не опомнились. Однако Флора отговорила их от этого отчаянного шага, указав, насколько их меньше, чем негров, и как безнадежна будет попытка одолеть их силой.

Хитрый Блюбер, склонный к интригам и двойной игре, предложил сообщить о заговоре арабам и, заняв вместе с ними наиболее выгодную позицию, начать стрелять по неграм первыми, не дожидаясь нападения. Однако Флора Хоукс наложила вето и на это предложение.

– Не пойдет, – сказала она. – Арабы, по сути, такие же наши враги, как и негры. Если бы даже нам совместно удалось одолеть негров, то сдавшиеся очень быстро выложили бы арабам все подробности заговора, и с этого момента наши жизни не стоили бы и ломаного гроша.

– Флора, как всегда, права, – рыкнул Пиблз. – Но, черт возьми, что мы будем делать, валандаясь по джунглям без негров? Кто будет охотиться, добывать нам пищу, носить наши грузы и прорубать нам дорогу в зарослях? Вот что я, дьявол меня побери, хочу знать!

– Так делать-то больше нечего, – отозвался Трок. – Но, чтоб меня черти взяли, как же не хочется убегать от каких-то грязных черномазых!

Как назло, откуда-то из джунглей донесся отдаленный львиный рык.

– Ой-вей! – пискнул Блюбер. – Мы пойдем в эти джунгли совсем одни? Божечки мои! Я останусь тут, и пусть меня лучше застрелят негры, чем сожрет лев!

– Застрелят? – хмыкнул Краски. – Они будут долго и с удовольствием тебя пытать.

Блюбер заломил руки. Пот стекал по его щекастому, перекошенному от страха лицу.

– Что же я наделал? Что я натворил? – причитал он. – Зачем я не остался в Лондоне, где мне самое место?

– Заткнись! – прикрикнула на него Флора. – Разве сам не понимаешь – если негры хотя бы заподозрят, что ты догадался об их замыслах, они сразу набросятся на нас! Нет, нам остается только ждать, когда они нападут на арабов. В тот момент мы еще будем при оружии, поскольку они рассчитывают на наше участие в битве. В суматохе боя мы должны сбежать в джунгли. А что будет после этого – никто не знает. Да поможет нам Бог!

– Воистину, – горестно всхлипнул Блюбер. – Да поможет нам Бог!

Через несколько минут в палатку к белым пришел Лувини.

– Все готово, бваны, – сообщил он. – После ужина будьте наготове. Сигналом будет выстрел. После этого сразу выходите и открывайте огонь по арабам.

– Идет, – сказал Краски. – Мы как раз обсудили грядущий бой и решили занять позицию у ворот, чтобы никто из разбойников не сбежал.

– Пусть так, – согласился Лувини, – но женщина должна остаться в палатке.

Повернувшись к Флоре, он сказал:

– Тебе не следует быть там, где идет бой. Сиди в палатке. Сражение, скорее всего,