Лесной квест - Гунвор Ганер Крайберг

Эльма медленно качает головой. Мирье необязательно её успокаивать. Они обе прекрасно знают, что это не так.

Это не были просто водоросли.

Несколько секунд Мирья с Эльмой сидят рядышком и молча смотрят на воду. Потом Эльма говорит тихим шёпотом:

– Прости, я понимаю, что… Мы с тобой…

Мирья чувствует на плече холодную мокрую руку Эльмы. Ей совсем не хочется думать сейчас обо всём этом.

– Ты что-то говорила про какую-то куницу, – шепчет Эльма. – Что мы якобы подговорили твоего брата и этого его друга, Макса. – Эльма сглатывает. – Что… что ты имела в виду? – спрашивает она.

У Мирьи внутри зарождается лёгкий отзвук былого раздражения. Она опускает глаза и смотрит на свои перепачканные руки. Ниточка ряски заплелась у неё между пальцев.

Мирья старается пожать плечами как можно небрежнее, как будто всё это уже неважно.

– Просто я вычислила, что вы подделали мне задание, – говорит она. – Чтобы заманить меня в беличье гнездо.

Прежде чем что-то ответить, Эльма несколько мгновений сидит совсем тихо.

– Но мы не подделывали никаких заданий, – отвечает она.

Мирья чувствует, как тяжесть руки Эльмы пропала с плеча.

– Но я знаю, – продолжает Эльма, – что последнее задание было спрятано в нашем читальном дупле. Бела помогала маме переставлять книги, чтобы было куда спрятать трубки.

– Книги? – Мирья оборачивается так быстро, что Эльма вздрагивает.

Какая же она тупица! Белка и БЫЛА правильным ответом. Но, конечно же, не имелось в виду гнездо настоящей живой белки. «У белки»! Так называется класс, в котором они учатся читать! Все дети их поселения туда ходят.

Глава 38. Узловатые нити Хельги

Мирья просто не способна осознать произошедшее. Она закрывает глаза и роняет голову на грудь.

И тут вдруг чувствует, насколько замёрзла. Она вся дрожит.

Она сама виновата. Во всём.

Перед Сиббо, которого чуть не убила куница. И перед Эльмой, которую Мирья столкнула в болото, и та чуть не утонула.

– Прости, – шепчет Мирья, закрывая лицо руками. – Я такая дура. Тупица. Тупица. Прости меня.

– Да обе мы тупицы. – Эльма произносит это таким тоном, что Мирья поднимает глаза и искоса смотрит на неё. – Ты спасла мне жизнь. – Эльма осторожно улыбается. – Несмотря на то, что ненавидишь меня.

– Вовсе я не ненавижу тебя, – возражает Мирья.

– Но… – Эльма запинается на середине фразы. – Ты же вечно… злишься. – Она отводит взгляд. Потом поворачивается к Мирье и протягивает ей руку. – Мир? – спрашивает она. В её взгляде горит тёплый огонёк.

Мирья кивает. Кто бы мог подумать, что Эльма вот так легко возьмёт и простит её. Она берёт ладонь Эльмы в свою.

– Мир! – Мирья легонько пожимает руку Эльмы, прежде чем выпустить.

И вдруг внутри у Мирьи поднимается радостная щекочущая волна, заставляющая её фыркнуть от смеха.

Они сидят тут, как две мокрые курицы, ловя воздух ртом, и пожимают друг другу руки. И это с Эльмой, которую Мирья привыкла ненавидеть больше всего на свете. И теперь Мирья даже не помнит, почему считала Эльму такой мерзкой.

Эльма бросает на Мирью удивлённый взгляд, но Мирье кажется, что взгляд Эльмы тоже потеплел. Только сейчас Мирья обращает внимание на то, как они, вообще говоря, перемазались.

– Мы не очень-то похожи на пришедших повеселиться на празднике, – смеясь говорит она и приподнимает подол платья, тяжёлой мокрой тряпкой облепивший колени.

Выражение лица Эльмы быстро меняется. Вид у неё снова расстроенный.

– Плевать я хотела на этот праздник… Мне это теперь безразлично. – Голос Эльмы срывается.

Внутри у Мирьи всё замирает. Невольно она замечает это произнесённое Эльмой «теперь». Ей самой так хорошо знакомо это «теперь». Оно значит, что всё изменилось.

Она вдруг понимает, что не знает, как ответить.

– Ты ведь была права, – тихо говорит Эльма и пожимает плечами. – Я, собственно, и сама знала. Давно знала. Папа хочет уйти к другой. Он бросает нас.

Мирья смотрит ей прямо в лицо. Ей хочется как-то утешить Эльму.

– Я знаю, что это тяжело, Эльма, – говорит она, обхватывая руками колени, чтобы удержаться и не обнять Эльму. – Но твой папа не перестаёт быть твоим папой. Хотя он и не будет жить с вами, он все равно твой папа. И ты сможешь ходить к нему в гости, когда захочешь. Может, твои родители станут счастливее теперь, когда перестанут постоянно ругаться. Он же не из-за тебя уходит, а из-за твоей мамы!

Эльма поднимает на неё глаза. Долго смотрит на Мирью, потом медленно качает головой.

– Ты права, – говорит она. – Он уходит не из-за меня.

– Но ты будешь по нему скучать. – Мирья тихонько кивает сама себе, потом поднимается на ноги и протягивает Эльме руку. – Идём? – спрашивает она. – Взрослые, наверное, будут беспокоиться, если мы не вернёмся на поляну.

Эльма встаёт и оглядывает себя сверху вниз. Платье висит на ней грязными лохмотьями. На спине серыми склизкими нитями болтаются ошмётки Хельгиной паутины.

– И не без причины, – невольно добавляет Мирья.

У неё самой вид ничуть не лучше, но, несмотря ни на что, крылья ей удалось сохранить в целости, хоть с них и стекает болотная вода.

– Такие вот крылья… – Эльма вдруг показывает на спину Мирьи. – Как ты думаешь, мы могли бы… ну… сделать мне такие же?

Мирья смотрит на неё.

– А ты хочешь?

– Ага… – Эльма быстро кивает. – Но совсем не обязательно так их вываливать в грязи, как твои.

Мирья смеётся.

– Сама знаешь. У Хельги ужасная нить, – продолжает Эльма. – Куча узелков и всякого брака, и она чересчур легко рвётся. – Эльма искоса смотрит на Мирью.

– Да уж, – Мирья хмыкает. – Но глупо было бы ждать чего-то другого. Она берёт за работу меньше всех остальных.

– К тому же она милая. – В голосе Эльмы появляются тёплые и ласковые нотки.

Мирья кивает. У неё такое чувство, словно она парит в воздухе, хотя крылья расслабленно висят за спиной, перепачканные в грязи, а лодыжка болит.

– Я спрошу Пелле и Сиббо. Уверена, они будут рады сделать тебе новые крылья.

Эльма с теплом смотрит на Мирью.

Глава 39. Грязь полезна для кожи

Стоящая в дозоре женщина-эльф окидывает Мирью и Эльму усталым и снисходительным взглядом, прежде чем впустить внутрь Кольца Заклинаний. Не успевают они сделать и пары шагов по поляне, где проходит праздник, как несколько детей уже замечают их.

– Что случилось? Почему у вас такой вид?

Мирья в ответ пожимает плечами и смотрит в направлении стола, за которым Гюрд склонился над своими подсчётами. В его сосуде, должно быть, осталось не так много капель. Под ногами у Гюрда натекло целое озерцо воды.

Вообще-то говоря, им следовало бы