Бегство короля - Джорджетт Хейер

и Ричард Пендерелы поджидали Карла в гостиной. Ричард разводил огонь, а Уильям намеревался обсудить с майором, где лучше спрятать короля до наступления темноты.

– Мне-то кажется, что дуб – самое надежное убежище, – сказал Уильям. – Вот только его величество может не пожелать провести там целый день.

– Да, мне вовсе не хочется снова торчать на дереве, – согласился король, усаживаясь возле камина.

– Есть еще лес, – с сомнением в голосе произнес Уильям.

– Нет, лес – это не для меня, – заявил король, засовывая руку за пазуху кожаного камзола и доставая носовой платок, сделанный из куска грубой ткани. – Я туда идти не собираюсь.

Уильям поскреб в затылке:

– Может, тогда вы спрячетесь в подполе, хозяин?

Король поднес платок к носу и не очень разборчиво пробормотал:

– Спрячусь, если вы меня заставите, но долго там оставаться не намерен!

Он убрал платок от носа и добавил:

– Могу поспорить, что набожные солдаты Кромвеля не будут искать меня в субботу.

И король снова поднес к носу платок, однако Ричард, сидевший на корточках у его ног и раздувавший пламя, успел заметить на платке кровь.

– Господин! – воскликнул в ужасе Ричард. – Что это с вами? Уилл… его величество…

– Тихо, тихо! Ничего страшного – просто у меня пошла носом кровь, – сказал король.

Карлис подскочил к королю и с явным беспокойством склонился над ним.

– Сир, вы уверены, что это несерьезно? Признайтесь!

– Все из-за мучений, выпавших на вашу долю… Мучений, которые вы так терпеливо сносите! – запричитал, заламывая руки, Ричард.

– Эх, не стоило тебе таскать его величество в Меделей, – вздохнул Уильям. – Я знал, что это не для него, не с его нежным воспитанием…

Король замахал на них свободной рукой:

– Проклятье, да вы меня как будто уже хороните! Говорю вам, это обычное дело. У меня часто идет носом кровь, ничего страшного.

Его объяснение, может быть, и не совсем удовлетворило хозяев дома, но все же они немного успокоились. Однако все продолжали суетиться вокруг короля, предлагая различные лекарства (король в ответ на эти предложения лишь мотал головой), и не желали ничем заниматься, пока не убедились, что кровотечение прекратилось. Король был тронут и немало позабавлен их волнением, но, когда наконец убрал окровавленный платок обратно в карман, Карлис сказал ему:

– Ричард прав, это следствие выпавших на вашу долю тягот. О господи, если б я мог придумать какой-нибудь выход…

– Ради бога, не поднимай шум из-за такой ерунды, – перебил Карлиса король.

– Но неужели мы ничего не можем для вас сделать? – пригорюнился Ричард.

– Ты можешь приготовить мне завтрак, – сказал король.

Уильям немедленно вспомнил про баранью тушу, лежавшую у него в погребе, и, позвав с собой Ричарда, отправился ее разделывать. Матушка Джоан хлопотала на дворе, и король велел Уиллу принести сковороду и масло прямо в гостиную. Когда его приказание было выполнено, король отрезал несколько кусков от бараньей ноги, которую принес Уильям, и принялся поджаривать их на сковородке.

Уильям, шокированный тем, что король занялся столь неблагородным делом, хотел было призвать свою жену, однако Карл запретил ее тревожить, весело проговорив:

– Неужели ты считаешь, что я не знаю, как приготовить мясо? Карлис, нужно положить побольше масла!

Карлис принес масло и положил его на сковородку.

– Вы поджаритесь вместе с бараниной, сир. Дайте-ка лучше я подержу сковороду.

– Нет, ты все испортишь, – заупрямился король. – Ты будешь переворачивать мясо, когда я тебе прикажу. Я тут у вас главный повар! А ты, Уильям, принеси блюдо, чтобы складывать в него готовые куски!

Уильям ушел, неодобрительно покачивая головой. Король сидел на табурете возле очага, держал над пламенем сковороду, слегка накренял ее то в одну, то в другую сторону и потешался над попытками Карлиса перевернуть куски мяса, не обжегшись кипящим жиром.

– Мужайся, ты же закаленный в боях воин! – шутил король. – Смотри, если ты меня обрызгаешь, я уроню сковородку.

– Вы и так уроните, сир… О, дьявол! Да мне проще вступить в бой с целым отрядом всадников, чем сражаться с этим проклятым жиром! Ну, кто у нас главный повар? Вы, ваше величество, только держите сковородку, а я… я перевернул все куски мяса!

– Да это работа для подмастерья! – усмехнулся король. – А кто это мясо нарезал? Кто определил, сколько потребуется масла?

Когда Уильям вернулся с большой деревянной плошкой и буханкой хлеба, король заявил, что баранина готова.

– Кое-где она даже превратилась в угольки, – добавил Карлис, держа на кончике ножа довольно сильно обуглившийся кусок.

– Это твоя порция, – нашелся король.

– Благодарю вас… господин главный повар!

– Фу, неужели тебя до сих пор гложет зависть? Ладно, когда-нибудь мой шеф-повар нас рассудит.

К тому моменту, как король доел мясо и запил его белым сухим вином, осенний туман, стлавшийся над полями, уже рассеялся, и лучи солнца пронзили облака. В комнату вошел Хэмфри, он явился с хорошими новостями: день обещал быть погожим, и никаких мятежников поблизости видно не было. Король ни капли не сомневался в том, что все пуритане проведут субботу в благочестивых молитвах, и все попытки Пендерелов уговорить его спрятаться в тайнике оказались напрасными. Король предпочел усесться с книгой в прелестной маленькой беседке, стоявшей в саду на пригорке: из нее прекрасно просматривались окрестности.

Карлис, тщетно умолявший короля пойти в какое-нибудь более безопасное место, промолвил с улыбкой:

– Сир, позволю себе смиренно заметить, что ваше величество – большой упрямец.

Король бросил на него полушутливый-полупокаянный взгляд:

– Нет, ты ко мне несправедлив.

– Отнюдь, – сухо сказал майор. – Но я готов позволить вам остаться здесь, если вы, сир, пообещаете мне, что по первому же моему слову, без лишних расспросов, вы спрячетесь в тайнике.

– Позволить? – изумленно переспросил король.

– Да, дитя мое, позволить, – повторил Карлис. – Ибо когда на карту поставлена ваша жизнь, я не намерен с вами церемониться, слышите? Потом вы можете заточить меня в Тауэр, но сейчас будьте любезны повиноваться!

– Ты не должен обращаться со мной так властно! – запротестовал король. – А то мне начинает казаться, что я снова в Шотландии.

Карлис улыбнулся:

– Дорогой сир, лучше вы будете играть в мячик моей головой, а не своей собственной.

Король расхохотался:

– Премилый ответ! Ладно, клянусь, что буду тебе послушен. Но если ты меня любишь, то, умоляю, не посылай без излишней нужды в этот ужасный подпол!

– О, поверьте, сир, я не буду злоупотреблять своей властью! Наверное, вы правы, и сегодня вас особенно искать не будут. Но мне бы хотелось увести вас отсюда, и поскорее!

– Да, – язвительно усмехнулся король. – Всем моим подданным хочется поскорее выпроводить меня из своего дома. Лучше бы я погиб в