Змей Севера - Гордон Догерти

Галл вывел Сальвиана, Тарквития, Феликса и Павла в глухую ночь и ревущую метель; каждый плотнее закутывался в плащ, спасаясь от пронизывающего холода. Они брели через сугробы, лежащие на пустынных улицах цитадели, пока не добрались до дома-хлева. Оказавшись внутри, они стряхнули с себя снег.

Галл посмотрел на Сальвиана и Тарквития.

— Он был у вас в руках. Могу лишь извиниться за свою вспышку в конце.

— Нет нужды, трибун, — огрызнулся Тарквитий, — я и не жду особой утонченности от солдата.

Галл сжал челюсти и кивнул, подавляя ответ, который хотел дать. Он увидел, как Сальвиан ловко приподнял бровь, глядя на него, словно думая о том же самом.

— До завтра, — сухо добавил Тарквитий, после чего сенатор и посол направились к деревянной лестнице, ведущей в их комнаты.

— Господин? — спросил Феликс. — Вы ведь не удовлетворены ответом Атанариха, так?

— А ты? — ответил Галл.

— Ни капли, — отрезал Феликс.

Павл нахмурился вместе с ними, глядя через приоткрытую дверь через центр цитадели на пиршественный зал.

Ты гоняешься за призраком, трибун.

— Сегодня ночью мы никаких призраков не поймаем, — вздохнул Галл после минутного раздумья, затем кивнул в сторону лестницы. — Идем, надо поспать и надеяться, что отдых принесет нам свежие мысли.

* * *

Тарквитий стоял в своей комнате у двери, плотнее запахивая плащ. Его взгляд снова потянулся к кровати. «Впрочем, отдыху и теплу придется подождать», — решил он и снова крадучись приоткрыл дверь, прислушиваясь к коридору. Из одной из других комнат на чердаке дома-хлева теперь доносился хор храпа; лицо сенатора исказила ухмылка.

Он осторожно ступал по доскам, перенося вес только на стыки. Храп доносился из-за закрытой двери опциона Павла, понял он. Затем он прокрался дальше, мимо закрытой двери Сальвиана, потом мимо комнаты Феликса. И замер: дверь Галла была приоткрыта. Он заглянул за косяк, затаив дыхание. И облегченно, но беззвучно выдохнул, увидев, что трибун что-то бормочет во сне, терзаемый каким-то кошмаром; лицо его блестело от пота.

Твои кошмары скоро станут явью, трибун, — подумал он.

Убедившись, что остался незамеченным, сенатор Тарквитий спустился по лестнице, открыл главную дверь и вышел в ночь. Он подавил вскрик, когда пронизывающий ветер снежной бури обжег кожу. Снег был по колено, пока он брел по улице, а затем через открытый центр цитадели к пиршественному залу. Он натянул ворот плаща на голову — и чтобы защитить лицо от холода, и для маскировки. В окнах нескольких домов все еще тлел оранжевый свет факелов, и он воровато оглядывался, боясь любопытных глаз.

«Успокойся, — укорил он себя, — лишь самые острые умы знают о том, что должно произойти сегодня ночью». Люди из легионов относились к нему с едва скрываемым презрением с момента встречи, но теперь власть была у него; пришло время извлечь выгоду из своих знаний о сильных и слабых сторонах пограничных легионов. Фарс с мирными переговорами, разыгранный ранее, выполнил свое предназначение. Теперь его ждала личная аудиенция у Атанариха.

Он добрался до пиршественного зала, приоткрыл дверь и скользнул внутрь. Его окутало благодатное тепло, и он позволил плащу соскользнуть на плечи. Зал был погружен во тьму, если не считать оранжевого пятна света в дальнем конце, освещавшего главный стол.

Он сделал шаг в ту сторону, когда внезапно из тени его остановили две серебряные вспышки. Он почувствовал холодное железо пары наконечников копий, упершихся ему в подбородок. Ослепляющий ужас пронесся по венам, когда глаза привыкли к полумраку и он увидел двух звероподобных готов, державших оружие; их лица были перекошены в предвкушении.

— Я… я здесь, чтобы поговорить с юдексом Атанарихом, — пролепетал он.

Пара переглянулась, затем один из них ухмыльнулся, сжимая копье крепче.

— А, сенатор Тарквитий! — прогремел голос. Это был юдекс Атанарих, который вышел в круг света у главного стола.

У Тарквития мурашки побежали по коже, когда его имя эхом разнеслось по залу; он был уверен, что услышала вся цитадель.

Но Атанарих продолжил, шагая по залу к нему.

— Сегодня был момент, когда я подумал, что вы забыли истинную цель вашего визита сюда, сенатор, — я думал, этот фарс с переговорами никогда не кончится! Идемте, посидите со мной, обсудим более насущные вопросы. Стража, оставьте нас.

Тарквитий нахмурился, когда двое охранников опустили копья и вышли из зала, чтобы встать снаружи, а затем прошел вместе с Атанарихом к столу.

— У вас было около шести месяцев, чтобы продвинуться в наших планах, сенатор, — произнес Атанарих ледяным тоном; его веселая маска растворилась. — Рассказывайте, что вам известно, и будьте кратки.

Тарквитий отшатнулся. Варвар говорил с ним так, словно он был псом.

— Вы получите огромную добычу благодаря моим знаниям, юдекс. Цените мое общество так же, как цените эту добычу.

Атанарих смотрел не мигая.

— Рассказывайте о пограничных легионах.

Тарквитий возмущенно переступил с ноги на ногу, затем поджал губы. Юдекс был упрямым сукиным сыном; имея слишком мало людей для полномасштабного вторжения, он полагался на такие вот крохи, крохи, которые откроют ему двери империи. Пожалуй, подумал он, будет разумно подыграть иллюзиям власти этого пса.

— Имперские границы слабы, юдекс, слабее, чем когда-либо. Я потратил ваши средства с умом, — ухмыльнулся он, доставая из сумки три свитка, — и те, кого я подкупил, знают лишь то, что говорили с сенатором; ваше участие в этом остается в тайне.

Он развернул первый свиток, открывая карту реки Данубий, затем ткнул пальцем в жирную точку к югу от реки, значительно южнее Дуросторума.

— Вот где я предлагаю нанести удар. Город Сардика практически не защищен; на его стенах едва наберется полкогорты, а форты на реке к северу от него укомплектованы максимум центурией. — Он поднял взгляд, вспомнив, как вытянул эту информацию из Паво, и почувствовал, как проступил пот, заметив, что Атанарих смотрит на карту с отвращением. «Надо торговаться», — понял он.

— Но что еще лучше: этот гарнизон должен вернуться в форт XI-го Клавдиева легиона до весны. В течение месяца я буду знать точные даты смены гарнизона. — Он подался вперед, к Атанариху, глаза его блестели. — Внутри римских границ к таким передвижениям часто относятся халатно. Можно этим воспользоваться; выберите правильное время, и ваши силы смогут прорвать римские границы, захватить этот город и семью наместника, проживающую там, почти без сопротивления. Выкуп за их головы будет щедрым, и я гарантирую, что его