Афины. От полиса к мегаполису - Джорджо Иерано

Но меценатство хорегов не заканчивалось с провозглашением победы. Напротив, после получения первого приза необходимо было воздвигнуть соответствующий памятник, чтобы выставить его перед горожанами на улице Треножников (Триподон). Именно это и делает Лисикрат, сын Лиситида, из дема Цицинны, за победу на Дифирамбических состязаниях с хором мальчиков из филы Акамантидов в 334 году до новой эры. Он поручил скульпторам создать памятник, которым мы можем любоваться и сегодня: ротонду, украшенную коринфскими колоннами, покоящимися на квадратном основании, которое, в свою очередь, когда-то поддерживало бронзовый треножник. Лисикрат должен был выгравировать название победившего племени. Но, как хорег, он имеет привилегию написать рядом с ним свое имя, которое таким образом передается из поколения в поколение.

Феофраст в своих «Характерах», описывая тип скаредного человека (ανελεύθερος), приводит пример того, кто, победив в Великих Дионисиях, «посвящает Дионису деревянную диадему и пишет на ней свое имя»[53]. Лисикрат же, несомненно, не был столь мелочным, учитывая памятник, который дошел до нас. Он мог позволить себе не жалеть средств, поскольку, очевидно, происходил из богатой семьи владельцев рудников. И он сумел создать весьма элегантный памятник. Основание треножника украшено фризом, изображающим историю о Дионисе и пиратах. Это миф, который можно найти в одном из гимнов Гомера. Морские разбойники (λησταί) выследили на берегу элегантно одетого прекрасного юношу. Убедившись, что он сын царя, пираты похищают его с целью получения выкупа. Но на самом деле этот юноша — Дионис, который, как обычно, бродил по Греции инкогнито. Бог наказывает пиратов, превратив их в дельфинов. На фризе памятника Лисикрату изображена именно эта сцена, рядом с другими изображениями Диониса.

Деталь фриза памятника Лисикрата

Однако, возможно, выбор истории о пиратах был не просто восстановлением старого мифа, призванного почтить покровителя Великих Дионисий. Пиратство для афинян не было отнюдь чем-то легендарным. Оно было повседневной проблемой для афинских торговых судов, которые рисковали подвергнуться нападению и разграблению во время каждого морского путешествия. По этой причине, как мы знаем из некоторых надписей, именно в те годы, когда Лисикрат одерживал победу в поединке с племенем Акамантидов, Афины издали указ о серии экспедиций против пиратов. Самыми опасными пиратами в то время считались этруски, и на самом деле афинские корабли, представляя собой в те годы морскую полицию, доходили вплоть до Адриатического побережья, чтобы обеспечить безопасность торговли. Кроме того, из надписи мы знаем, что Лисикрат был назначен командиром триремы (триерархом) в 325–324 годах до новой эры. Возможно, выбирая тему для фриза, он вспомнил и деталь из мифического сказания — в гомеровском гимне пираты, схватившие Диониса, называются «мужи тирренские», именно так греки обычно обозначали этрусков.

И хотя для обычного человека хорегические памятники, возможно, не так прочно ассоциируются с классическим периодом, как Парфенон или Кариатиды, тем не менее памятник Лисикрата вдохновил неоклассические постройки в разных частях света, от Филадельфии до Сиднея — одна из его копий красуется на крыше Капитолия в Нэшвилле, штат Теннесси. Но в самих Афинах присутствие хорегических памятников всё же более заметно, чем кажется на первый взгляд. Например, если вам доведется гулять поздно вечером по улице Дионисиу Ареопагиту, посмотрите вверх, в сторону Акрополя. Вы сразу заметите монументальную нишу, высеченную в скале прямо под Парфеноном, — она освещается всю ночь. Это тоже памятник, посвященный хорегу — Фрасилу, победителю Великих Дионисийских состязаний в 319 году до новой эры. В христианскую эпоху он был преобразован в церковь Пещерной Богородицы (Панагия Спилиотисса). Возможно, свою роль сыграла статуя Диониса, находившаяся внутри ниши. Бог был изображен сидящим на троне и одетым в плащ с широкими складками. Поскольку голова у статуи отсутствовала, возможно, некоторые христиане восприняли ее как фигуру Богоматери. Как бы то ни было, скульптура сейчас находится в Британском музее: она тоже стала частью клада лорда Элгина.

Одна из копий памятника Лисикрата установлена на крыше Капитолия в Нэшвилле, штат Теннесси, США

Должно быть, среди украшений хорегических памятников было немало шедевров. Рядом с памятником Лисикрату был обнаружен мраморный пьедестал с сигнатурой Праксителя, одного из величайших скульпторов всех времен, жившего в IV веке до новой эры. Предполагалось, что на этом пьедестале стояла статуя сатира — одна из самых известных скульптур античности. Павсаний вспоминает, что видел сатира, изваянного Праксителем, во время прогулки по улице Триподон, и рассказывает о нем анекдот. Скульптор был влюблен в прекрасную коринфянку Фрину, которую он также использовал в качестве модели для одного из своих знаменитых и скандальных изображений Афродиты, хранящихся в храме богини в Книдосе. Чтобы выяснить, какую работу Пракситель считал самой ценной, Фрина притворилась, что в его мастерской начался пожар и нужно спешить спасать то, что еще можно спасти. Художник, расстроившись, сказал, что нужно спасать хотя бы две работы: Сатира и еще одну, изображающую Эрота. Тогда Фрина призналась, что солгала, но дерзко заявила Праксителю, что если он действительно ее любит, то должен подарить ей одну из этих двух работ. Так, куртизанка забрала «Эрота», а «Сатир» был выставлен в Афинах на радость путешественникам вроде Павсания.

Великолепная улица Триподон также подверглась разрушительному воздействию времени. Многие из украшавших ее великолепных произведений искусства исчезли. Бронзовые треножники были переплавлены. Почти все памятники пришли в упадок. Но памятник Лисикрату сохранился, хотя его первоначальное назначение было вскоре забыто, а путешественники Нового времени описывают его довольно причудливо. Памятник называют «Фонарем Демосфена» (иногда также «Фонарем Диогена», но, возможно, это второе название относится к другому памятнику, который уже исчез); говорят, что великий оратор уединялся здесь, чтобы попрактиковаться в красноречии. Всё, что осталось, — это смутная и сказочная связь со славой классического прошлого. Даже смысл фриза теперь ускользает от нас — одни видят в нем изображения морских богов, другие убеждены, что это подвиги Геракла. Одними из первых, давших достоверное описание памятника, стали английские дилетанты[54] Джеймс Стюарт и Николас Реветт, изучавшие его во время поездки в Афины в 1751 году. Благодаря их рисункам памятник Лисикрату стал источником вдохновения для архитекторов всего мира.

Чарльз Тёрнер. Гравюра по картине Джошуа Рейнольдса «Общество дилетантов». Около 1779 года

Тем временем на площади Лисикрата многое изменилось. В 1657 году в Афины прибыл французский капуцин Алексис де Соммевер. Он прибыл из пелопоннесского города Нафплион (или, как его тогда называли, Неаполя Румынского), где уже