Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

– Ладно! – ответил Билли. – Я буду говорить как всамделишний пижон – ради вас!

Таким образом началось перевоспитание Байрна. Времени на это было более чем достаточно, поэтому оно шло быстрыми шагами. Билли очень заинтересовался учением, а кроме того, ему так хотелось угодить своей учительнице! Таким образом дружба между ними еще более окрепла.

Три недели провели Барбара и Билли на островке, почти не покидая его и переходя за реку только для того, чтобы собирать плоды, которые росли в лесу. Рана Байрна первое время причиняла ему немало мучений. Одно время ему даже угрожало заражение крови. Температура вдруг поднялась, и встревоженная Барбара Хардинг всю ночь просидела возле Билли, смачивая ему голову холодной водой и, насколько возможно, облегчая его страдания. Наконец поразительная живучесть его организма взяла верх над болезнью. Однако Билли был так изнурен, что они решили подождать, пока к нему вернется его прежняя сила, и только тогда попытаться достигнуть моря.

Во все это время у них не было оснований для тревоги. Никаких следов преследования не замечалось. Два раза, правда, они видели за рекой туземцев, занятых, по-видимому, охотой, но то были чистокровные полинезийцы, и самураев между ними не было видно. Все же вид их был такой дикий и воинственный, что Байрн и Барбара не отважились обнаружить свое присутствие. С тех пор, как прибыли на остров, они питались главным образом рыбой и лесными плодами. Изредка им удавалось разнообразить свой стол блюдом из дичи, а также лисиц, которых Байрн наловчился ловить в примитивные силки собственного изобретения. Но за последнее время зверье стало осторожнее и даже рыбы, казалось, поубавилось. После того, как они два дня просидели на одних плодах, Байрн объявил о своем намерении пойти на охоту за реку.

– Неплохо бы поесть чего-нибудь мясного, – сказал он.

– Да, – воскликнула девушка, – я прямо соскучилась по мясу! Мне кажется, я могла бы съесть его сырым.

– Я-то наверняка смог бы! – подтвердил Билли. – Не поздоровится оленю, который попадется под револьвер Терье. Боюсь, что вам не перепадет ни кусочка. Я так изголодался, что съем его целиком – с рогами, копытами и шкурой, прежде чем донесу что-нибудь до вас.

– Ну, уж хоть что-нибудь донесите! – засмеялась девушка. – Желаю вам успеха. Только, пожалуйста, не заходите далеко. Мне будет ужасно скучно и страшно без вас.

– Может быть, вы пойдете со мной? – предложил Билли.

– Нет, я только помешаю вам.

– Ладно, я буду держаться поблизости. Ждите меня до заката солнца. Прощайте!

И Билли начал спускаться с обрыва в реку.

На другом берегу, в густых зарослях, два злобных глаза следили за каждым его движением. Смуглая мускулистая рука крепко сжала боевое копье; стальные мышцы изготовились для прыжка и удара.

Девушка смотрела, как Билли Байрн перебирался через быстрый поток. Какой он сильный! Сколько в нем энергии и выносливости! Что за человек! Правда, он грубый, но… странным образом, Барбара Хардинг восхищалась теперь той самой грубостью, которая когда-то так ее отталкивала. Вот Билли легко шагнул на противоположный берег. В тот же миг девушка заметила какое-то движение в кустах рядом с ним.

Глава XVI

Признание

Барбара Хардинг не поняла, что это за движение, но инстинктивно почувствовала, что за ним скрывается смертельная опасность для Байрна.

– Билли! – закричала она. Его имя в первый раз невольно сорвалось с ее губ. – Смотрите, в кустах налево!

Тревога, звучавшая в ее голосе, заставила Билли сразу повернуться, и это спасло ему жизнь. В нескольких шагах от него стоял полуобнаженный дикарь с занесенным копьем. Билли инстинктивно пригнулся и отскочил вправо. Тяжелое копье пролетело мимо, не причинив ему никакого вреда.

Воин с диким ревом бросился на противника, размахивая кинжалом. Байрн выхватил револьвер Терье и выстрелил прямо в упор; но, к ужасу девушки, револьвер дал осечку. Сделать еще один выстрел Билли не успел.

Барбара видела, как он отпрыгнул в сторону, чтобы избежать смертельного удара, затем обернулся с ловкостью пантеры и кинулся на дикаря. Левая рука Байрна обхватила горло туземца, а могучим правым кулаком он наносил удар за ударом в смуглое лицо своего противника. Дикарь выронил кинжал и вцепился в грудь гиганта, кусая и царапая его, но страшные удары продолжали сыпаться.

Единственная свидетельница этого первобытного боя стояла как зачарованная. Какая сила! Голыми руками ее защитник победил вооруженного воина! Ни Терье, ни Билли Мэллори не смогли бы этого сделать!

Бедный Билли Мэллори! Как могла она, Барбара Хардинг, с восхищением смотреть на его убийцу? Девушка ужаснулась самой себе…

Бой был окончен. Байрн бросил безжизненное тело своего врага на землю и снова вошел в воду, чтобы вернуться на остров. Когда он вскарабкался на берег и подошел к девушке, на лице его еще играла жесткая усмешка.

– Пожалуй, мне лучше не отходить от дома, – сказал он. – Я вижу теперь, что оставлять вас нельзя. Подумать только, что бы было, если бы он застиг вас одну!

И Байрн содрогнулся при этой мысли.

Девушка не ответила ни слова. Пораженный ее молчанием, Билли взглянул на нее. Он опять прочел в ее глазах выражение ужаса, как тогда, на палубе «Полумесяца», когда он ударил в лицо бесчувственного Терье.

– В чем дело? – спросил он тревожно. – Разве я неправильно поступил? Не убей я этого чумазого, он бы сам меня убил, а потом захватил бы в плен вас. Мне жаль только, что вы всему этому стали свидетельницей!

– Не в этом дело, – тихо ответила Барбара. – Вы вели себя очень храбро и мужественно. Только я вспомнила о мистере Мэллори… О, Билли! Как могли вы тогда это сделать?

Байрн поник головой.

– Пожалуйста, не напоминайте мне об этом, – с трудом проговорил он наконец. – Я отдал бы жизнь, чтобы вернуть его обратно, ради вас. Вы любили его, я это только потом понял. Я был готов на все, чтобы искупить свою вину! Когда я увидел, что Терье полюбил вас и что у него честные намерения, я начал помогать ему. Он был вам ровня, и я надеялся, что, помогая ему честно завоевать вас, я заглажу свою вину за то, что сделал с Мэллори. Теперь вижу, что ничто никогда не сможет этого изгладить. Мне придется мучиться всю жизнь. Вы мне ясно показали, какую подлость я совершил. А если бы не вы, я бы даже гордился этим. Вы и Терье научили меня глядеть на вещи совсем иначе, чем я привык это делать. Я не жалею об этом. Но, мисс Хардинг, ради бога, не