История Византийской Африки. От войн Велизария до гибели Африканского экзархата - Евгений Викторович Старшов

он связал меж собой весь скот, искусно привязывая рог к рогу шестью петлями. Затем коварный хитрый негодяй приготовил петли-ловушки везде по бездорожному пространству, так, чтобы мавры могли безопасно проскользнуть по полю битвы и сокрушить подходящие к [их] лагерю прямо среди их ловушек ничего не подозревающие ряды их врагов. Даже сам Минос не делал в потайных углах своего лабиринта столь искусно петляющих двойных кругов, как эти, превратившие их пути в [такой вот] лабиринт… Далее мавр выстроил третью линию обороны перед тем защитным кольцом, которое он образовал [ранее]. Он распределил повсюду стадо более мелких животных, связал их меж собой и держал стреноженными. Таким образом он искусно сузил пространство, связав вместе ослов их жестокими недоуздками крепко-накрепко. Наконец, он выставил ловушки и двурогие вилы вокруг лагеря, вместе с заостренными кольями и большими камнями в качестве своего последнего защитного вала».

Антала пошел в конную атаку на выстроившееся к бою византийское войско; при этом для отражения натиска вражеской пехоты он приготовил пехотные отряды, скрепившие свои щиты меж собой. Корипп перечисляет варварских вождей – Иерна, Брутен Камал, Идреазан, Иалда, Синдзира, на правом фланге – Сидифан, на левом – вождь ифураков Карказан, и с ним – Меланг, Гантал, Гуентан, Алакандза, Ютунгун, Афтилиен, Катубар – в общем, как пишет сам Корипп (пер. с англ. – Е.С.), «и все те, чьи имена никто и выговорить-то не сможет, даже если захочет оставить памяти ради все эти многочисленные дикие племена».

Византийский триптих с изображениями 40 воинов – мучеников Севастийских и избранных святых воинов-мучеников (общий вид). Их изображения дают прекрасное представление о внешнем виде византийских воинов. Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург, Россия. X—XI вв.

Вкратце ход битвы (по Кориппу) таков[83]: градом стрел мавры остановили продвижение византийского войска, даже конная атака христиан захлебнулась; Антала намеревался вызвать Иоанна на поединок, но затем устрашился и передумал, осыпаемый градом насмешек Троглиты (обстоятельства наверняка пиитом искажены, но сам факт того, что полководцы искали случая сразиться в единоборстве, мы отрицать, пожалуй, не будем). Далее оба войска яростно метали друг в друга копья и дротики и обстреливали метательными снарядами; ливийцы нанесли мощный удар с обоих флангов, но сеча обратилась не в их пользу: Рицинарий пронзил копьем одного из вражеских предводителей, Эйлимара, и мазаки обратились в бегство. Византийцы преследовали их, яростно рубя, но, когда конница мавров достигла рядов своей пехоты, она пошла в контратаку. В этой схватке Троглита последовательно убил нескольких видных врагов, которых Корипп не преминул перечислить (Мантисиан, Лаумазан, Гварзутия, Мандзеразен, Иарт, Мадзана, Гардий, Куллан), подробно-анатомически описывая, как именно Иоанн убил того или иного противника, – например (пер. с англ. – Е.С.): «полководец зарубил Лаумазана, нанеся крепкой сталью удар в висок. Кость была пробита, и меч ладно прошел сквозь мягкий мозг. Тогда, прицелившись в его шлем и мантилью, Иоанн разрубил надвое его лоб вместе с глазами и длинными локонами»).

Отступавших мавров привел в порядок Брутен; он убил Павла, Иалд – Ларга, Сидзера – Крискента; византийский трибун Маркиан обратил в бегство Идреазана и убил Меразгуна, Свартифана и Изагуу, но сам был убит Анталой. Последний повел своих людей в очередную атаку (эта «волнообразность» явно свидетельствует о том, что бой шел упорный и с переменным успехом) и сразил при этом Орна – перса, служившего византийцам, Арсака, Малка, Артемия и Мавра. Подвиги одного из героев Корипп описал так (пер. с англ. – Е.С.): «Зудий, одетый в особенные доспехи, был гораздо смелее прочих. Он не стал садиться на коня, но пошел в бой, как пехотный командир, и в ликовании рубил вражеские конные отряды. Он сразил Мизанту и Тизеру – Тизера был одним из перебежчиков, а Мизанта носил в прическе перья. Следующим он послал в мир мертвых Сандзина, прервал поступь гордого Амара и затем использовал его меч, чтоб уложить двух братьев – Гарафина и Тилифана. Каждый, умирая, видел смерть другого, и горевал о бедном сердце своей матери, последующие годы которой будут омрачены страданием и печалью. Затем, с отдаленного холма, Сидифан увидел яростного римлянина и отправился с ним переведаться. Направляясь к храброму командиру, разгоряченному бойней, он вел за собой большой отряд [обитателей] Сирта. И в конце концов численное превосходство врагов и их доблесть сокрушили [римлянина], пронзенного брошенным [в него] оружием со всех сторон. Они свалили героя и били его – тысяча вражеских воинов посреди поля боя, и он умер от ран».

Византийское войско в ужасе стало отступать, однако повернул его на врага, разумеется, лично Иоанн, кинувшийся вперед во главе своих телохранителей и отправивший на тот свет одного за другим Маддена, Магаргуна, Талена и Мейлана. Мартиролог туземных вождей пополнили убитые Ариаритом Местан, Магн, Альтизера, Дзамбр и Роффа; убитые Дзипером Иалда, Тусдр, Аракан, Над, Илан и Конуниан; яростный Рицинарий, которого Корипп сравнивает с Гераклом (причем не в пользу последнего), пробиваясь на штурм вражеского лагеря, убил Ландза, Масгвена, Накузана и Макуразена; Соломут – Куллена, Ютунгуна, Меудзена, Сизигуна и ранил Варинна; Гейзирит поразил Мифика и Кревка; Дорофей – Антифана, Маггита и Камбра; Бульмиций – Акка, Мононаса, Васцину, Тамадзу и Мадзару; Герман – Арддзена, Сальвий – Менидена, Иоанн (Старший, надо полагать) – Местана, Танала – Итела, Виталий – Тирдзена, Фискула – Фректа. Список жертв со стороны византийцев пополнил собой Барсина. Можно, конечно, предположить, что Корипп прифантазировал, введя эти многочисленные поединки в подражание гомеровской «Илиаде» и для увеселения досужих слушателей, вдохновенно рассказывая, как (пер. с англ. – Е.С.) «Роффа, которому перерезали горло, блевал красной кровью и, издавая последние вздохи и сжимая свои бока, обнаружил, что его продырявленная глотка не может более вдыхать». Но не будем гиперкритичны.

В своем новом наступлении христиане добрались до вражеского лагеря и, пытаясь пробиться в него, устроили страшную рубку. Иерна и Антала попытались организовать сопротивление, приказав своим воинам покинуть центр лагеря и отойти с оружием по его периметру; мазаки пошли в дикую контратаку, ливийские «некомбатанты», что в лагере, кидали в византийцев палки, пылающие головни и камни; в итоге византийцев вытесняют за лагерные рвы. Троглита, обещая воинам, что они будут владеть всем, что им приглянулось, призвал их следовать его примеру и поразил большого верблюда – как помнит читатель, эти животные живой стеной окружали стан африканцев (пер. с англ. – Е.С.): «Он ударил его по ногам – там, где концентрируется вся сила зверя в его сухожилиях. [Он] нанес удары по костям каждой из ног и разрубил оба бедра, уничтожая их силу. Верблюд подался назад и упал с ужасным криком на землю, задавив своим весом двух мавров. Он сокрушил их кости