Сон наяву - Людмила Ладожская

одежду, купить лошадь и двинуться в порт в поисках французского посла. Мы взяли немного золота из припрятанных богатств и приблизились к дворцу Паши. Эш выполняла работу на огороде дворца паши и была вхожа в кухню его дома. Женщин, имеющих детей не особо охраняли, так как бегство матери сопровождалось смертью детей. Поэтому от дворца до места содержания рабов, некоторые женщины возвращались сами. Это было короткое расстояние, но все же, нам удалось выследить после работы Эш и привлечь внимание. Когда она издалека увидела меня, ее грустное лицо стало похоже на солнце. Она отстала от других женщин и осторожно нырнула в кустарник, где мы ее ждали. Мы дали ей золото, чтобы она подкупила прачек шейха и достала нам приличную одежду. Эш все сделала. Через дня два мы с Рени торговались на местном базаре. Купили лошадей и двинусь в сторону Бужи. Добрались без всяких приключений. Быстро нашли торговое французское судно.

– Французы могли открыто стоять у берегов Алжира, с которым пытались воевать? – удивилась София.

– Именно. Несмотря на военные распри, торговля шла своим чередом. Ведь это обогащало и Францию и Алжир. Просто с купцов брались более высокие налоги.

– Итак, после четырех с лишним лет скитаний я вернулся во Францию. Нашел Кольбера. Мазарини был при смерти, и судьба моего друга тоже ждала своего поворота событий.

– Что вы сделали с золотом?

– Ничего. Я наслаждался родиной и свободой в доме Кольбера. А Реми пропадал в тавернах и домах терпимости Парижа, наверстывая упущенное время. Во-первых, меня очень интересовала судьба моего замка, Клэр и Нила. Во-вторых, я потерялся после долгих лет плена. В-третьих, я понимал, что обязан вытащить из ада Эш и моих детей. Опять моя голова просто разрывалась от навалившихся проблем. Я боялся стать моряком, я боялся увязнуть в Бретани в своем замке и больше всего боялся не увидеть Эш и девочек.

– Милый мой Мишель, сколько же тебе пришлось пережить! – Софи взяла его крепкую ладонь и нежно поцеловала.

– Не мало. Я не рассказывал никому эту историю.

– Значит, ты мне доверяешь тайны своей души?

– Я тебе доверил свое сердце, моя прекрасная Софи, – герцог поцеловал ее ладошку.

– Мишель, скоро утро. Я хочу дослушать до конца о твоих приключениях.

– Хорошо, моя любопытная лисица. Хорошо, – Мишель вздохнул, снова окунаясь в горькие воспоминания. – Я вытащил Рени из омута пьянства и разврата, затащил в кузницу, где нам вывели клеймо рабства и отдал часть его золота. Рени это задело. Он назвал меня предателем. Тогда я предложил ему навестить Клэр и Нила. А в дороге обдумать, чем нам заниматься дальше. В ювелирной лавке мы выручили хорошие деньги за небольшую часть камней, что нас очень вдохновило. Купили лошадей, запаслись провизией и двинулись в сторону родной Бретани. До замка мы добрались к ночи. Зажгли факелы и пройдя по мосту, над рвом, постучались в ворота. Никто не открывал, пока лай собак не поднял шум и не разбудил обитателей замка. Из-за ворот послышалась брань моего Нила. Я заплакал от счастья, что он жив. Нил не поверил, что это я, пока я не ответил на пару вопросов, на которые мог дать ответ только я. Впервые, за последние годы я так радовался. У меня не было такой радости от рождения моих дочерей, как от встречи с Нилом и Клэр. За прошедшие годы ничего не изменилось. Крестьяне понемногу от них отстали, и мои родные жили отшельниками в огромном полуразрушенном замке. Они постарели, я возмужал, и пришло время принимать настоящие мужские решения. Мы с Рени несколько дней гостили в замке и пришли к выводу, что нам надо собрать экспедицию по добыче золота. Было решено снова отправиться к берегам Африки. Мы вдохновленные вернулись в Париж и прямиком направились к Кольберу. Это был март 1661 года. Мазарини умер, представив своего приемника королю, как грамотного человека по финансам. Жан готовился стать интендантом финансов Людовига 14, поэтому разговоры о золоте, Африке и экспедиции ему были пока не интересны. Экономика была подорвана войнами и тратами короля, флот находился в плачевном состоянии. Кольбера заботила судьба Франции, а не наша экспедиция с Рени. Мы были молоды, и стремление достичь лучшего в этой жизни взяло верх. Мы напросились на торговое судно, идущее в Алжир, и отправились туда в привычной нам компании: я и Рени. На побережье купили нескольких сильных рабов, пару верблюдов и двинулись к дворцу паши. Пару дней мы наблюдали за охраной дома, продумывая каждый шаг. Эш я увидел уже в первый день. Она не верила, она долго ощупывала мое лицо, мой дорогой наряд, удивляясь, как нам удалось спастись. Эш сказала, что может остаться ночевать во дворце и открыть тайный вход. Мы готовились несколько недель. Рабы, которых мы купили, категорически отказывались убивать охранников паши. Страх глубоко сидел в их сердцах. Двоим нам было не справится. Помог брат Эш, он выполнял работу в доме паши и смог убедить негров пойти с нами. Сам он только ждал сигнала. Честно говоря, я смутно помню, как все было. Помню только крик паши, который просил пощады. Я держал нож у его жирного горла и требовал золото и драгоценности. Мы унесли, все что могли.

– И паша вас не догнал? – Софи со страхом смотрела Мишеля.

– Нет, – герцог отвел взгляд от ее глаз. – Я столько раз сталкивался с жизнью и смертью, что выбрал жизнь. Свою жизнь. Если бы я не убил пашу, то нас могли бы быстро поймать. А там, лучше не думать об этом… Пока обнаружили последствия бойни в доме ненавистного мне алжирца, мы уже были далеко по дороге в порт. Нашли приют в караван-сарае. Эш боялась покидать Африку и ехать со мной незнакомую страну. Только теперь я понимаю, насколько сильна была ее любовь, что она смогла от меня отказаться. Оставаться со всеми богатствами в Алжире было опасно. Решили, что Рени поедет с золотом и рабами вперед, а мне надо было позаботиться об Эш и детях. Я купил небольшой домик в тихом районе и торговую лавку. Помню, что было все сложно, мне казалось, что я платил каждому второму жителю Алжира, что бы мои дети жили спокойно. Потом познакомился с одним итальянцем, который давно уже вел торговлю между своими странами и он мне помог. Узаконили статус купца брату моей Эш. Я уехал спокойным, что Эш и девочки вне опасности.

– Ты их давно видел? – привстала Софи и с грустью посмотрела на уставшее от