Бегство короля - Джорджетт Хейер

Тем более, – добавил он, – я, даже если бы захотел, все равно не смог бы найти в вас недостатков. Я вижу лишь доброго юношу, очень мягкого и бесконечно терпеливого. Это пример для всех нас.

– Увы, как мало вы меня знаете! – с ироничной усмешкой откликнулся король, но даже сквозь темный налет, покрывавший его щеки, проступил румянец удовольствия. – Боюсь, что у меня куча ужасных недостатков, мистер Хадлстон. Но я не буду рассказывать о них, ведь вы обо мне такого прекрасного мнения!

Вскоре после этого король ушел к себе в спальню и до вечера пролежал в постели с книгой. Он уже потихоньку соскальзывал в объятия сна, когда его вдруг резко потревожил стук ворот и испуганный женский голос:

– Хозяин, солдаты! Солдаты идут!

Это кричала кухарка, возвращавшаяся из деревни, куда она ходила за провизией. Уитгрив встретил ее в дверях и, затащив в дом, велел успокоиться и рассказать толком, где она видела солдат. Кухарка отвечала, еле переводя дух, ибо она всю дорогу до дома бежала. В деревушку въехал конный отряд мятежников, однако зачем – она не знала, потому что предпочла не задерживаться.

– И… ой, хозяин… говорят, среди них есть такой Саутхолл, это знаменитый охотник на священников… он уже якобы допрашивал кузнеца, где тут живут католики. Я боюсь, боюсь за жизнь нашего доброго падре!

Уитгрив препоручил кухарку заботам своей матушки, приказав обеим женщинам заняться чем-нибудь в кладовой, а сам торопливо пошел к королю.

Хадлстон был уже там, потайная дверца в стенном шкафу оказалась распахнута. Король, схватив плащ и шляпу, вошел в шкаф и опустился сквозь люк в каменное убежище. Уитгрив быстро замаскировал вход в убежище и, закрыв шкаф, помог Хадлстону расправить постель.

– Святой отец, широко распахните все двери в доме! – распрорядился Уитгрив. – Они не должны заподозрить, что от них могут что-то скрывать. А сами старайтесь не попадаться солдатам на глаза. Разговаривать с ними буду я.

– Мистер Уитгрив, если они примутся обшаривать дом, вы должны будете выдать им меня! – крикнул ему вслед Хадлстон.

Уитгрив не ответил. Он спустился по лестнице и, задержавшись всего на мгновение – Уитгрив хотел убедиться, что одет он, как всегда, аккуратно, – сошел с парадного крыльца и направился по тропинке к воротам.

Через несколько минут на дороге, со стороны деревни, показалась небольшая группа всадников. Они остановились перед воротами. Мистер Уитгрив, спокойно и педантично срезал увядшие головки поздних осенних роз. Увидев, что солдаты спешиваются возле ворот, он замер и с легким любопытством поглядел на них.

Командир отряда крикнул:

– Эй, ты! Твое имя Уитгрив?

– Вообще-то да, – откликнулся мистер Уитгрив. – Вы что, меня ищете, друг мой?

С этими словами он открыл ворота и взялся за них рукой, как бы приглашая капитана зайти.

– Друг, говоришь? Ха, этот номер у тебя не пройдет! – воскликнул капитан. – Ты проклятый папист и дрался в Ворчестере!

И тут же солдаты окружили мистера Уитгрива; двое из них грубо схватили его и подтолкнули к капитану. Уитгрив не сопротивлялся.

Он лишь изобразил на лице некоторое замешательство и сказал обычным, спокойным тоном:

– Полегче, пожалуйста, полегче, дорогие друзья! Вы заблуждаетесь, сэр. Я не участвовал в битве за Ворчестер. Поверьте, я вот уже несколько месяцев сижу безвылазно дома, и мои соседи могут это подтвердить.

– Ты лжешь! – рявкнул капитан. – Ты известный роялист, и я об этом знаю!

– Но я не сражался в Ворчестере, – все так же кротко ответил Уитгрив.

– Лучше скажи мне правду, господин папист, – угрожающе произнес капитан. – Ну, признавайся! Все выкладывай!

Мистер Уитгрив опустил глаза и посмотрел на длинное дуло, приставленное к его груди. А потом покачал головой.

– Мне кажется, вы меня с кем-то путаете, – сказал он. – Даже если бы мне очень хотелось, я бы не смог участвовать в сражении за Ворчестер, потому что я тогда еще не оправился от болезни и не вставал с постели.

Тут подали голос селяне, пришедшие вслед за всадниками к дому Уитгрива.

– Да, что правда, то правда, – сказал человек в кожаном камзоле. – Болели вы страшно, господин.

– Мы даже думали, помрете, – подхватил старик.

Капитан оглянулся, и по его нерешительному выражению лица Уитгриву стало понятно, что обвинения ни на чем не основаны, капитан просто пытался подловить его на слове.

Уитгрив сказал:

– Если вы сомневаетесь, то пожалуйста, отведите меня в суд, и я честно отвечу на все вопросы, которые мне там зададут.

Капитан бросил на него злобный взгляд, но развивать эту тему не стал, а заявил:

– Ну, если ты не был в Ворчестере, тогда наверняка укрываешь в своем доме беглецов! Может быть, даже самого предателя Карла Стюарта!

Уитгрив, заметивший краем глаза, что сержант и двое солдат вошли в сад, терпеливо ответил:

– Нет, но я дал немного денег бедным раненым людям, которые попросили у меня помощи.

– Ха! Значит, ты помогаешь предателям! – воскликнул капитан.

– Разве? Я этого не знал. Я просто сделал то, что сделал бы для любого христианина, попавшего в беду.

– Ох, ну ты, я гляжу, за словом в карман не лезешь! – проворчал капитан. – Да не будет мне никакой веры, если я не обнаружу у тебя злоумышленников!

– «Летите, улетайте из этого мрачного края», – сказал Господь! – внезапно вмешался в разговор один из солдат. – «Ибо распростер я вас, словно четыре ангельских крыла, на все четыре стороны». Так сказал наш Господь.

– Заткнись, дурак! – рявкнул капитан, естественно раздосадованный тем, что его перебили.

– Только злой человек, теша свою гордыню, преследует бедных, – завопил солдат. – Сказано в Писании: «Горе тому, кто неправедно построит дом свой!»

– Там сказано и другое: изгоню из ваших рядов бунтарей и тех, кто восстанет против меня! – довольно злобно возразил капитан.

Мистер Уитгрив стоял с похоронным видом; по глазам солдата было понятно, что сейчас он разразится еще одной цитатой, но обстановку разрядило возвращение сержанта. Он что-то прошептал на ухо капитану. Уитгрив расслышал лишь «все нараспашку, ничего не прячут». Однако и этих слов хватило, чтобы его успокоить. Капитан мятежников сверкнул на него глазами, еще немного поугрожал, но наконец подал солдатам знак, веля отпустить Уитгрива. Всадники вновь сели на коней и уехали. Мистер Уитгрив вернулся в сад и занимался розами, пока не убедился, что все солдаты действительно уехали и никто за ним не шпионит. После этого он возвратился в дом и прошел в гостиную.

Король вылез из тайника со словами:

– Проклятье! Как хорошо, что я не священник! Вам следует положить в этот каменный мешок побольше подушек, мистер Уитгрив. Ну, теперь я в безопасности?

– Благодаря милости Божьей и огромному мужеству