Бегство короля - Джорджетт Хейер

провел его в помещение, где хранилась конская сбруя, словно в зал для аудиенций. Даже когда Карл вышел на свет фонаря, свисавшего с потолка, и слуга смог разглядеть его обкромсанные волосы и перемазанное лицо, он нисколько не утратил своей величественной бесстрастности.

– Прежде чем провести вас в дом, я должен убедиться, что там все спокойно, – сказал полковник. – Мой отец иногда страдает бессонницей, а мы полагаем, что ему лучше не знать о вашем появлении, сир, ведь он старый человек, и здоровье у него уже очень плохое.

– Проклятье! Неужели я так ужасно выгляжу, что он не выдержит моего вида? – воскликнул король.

– Сир! Вы меня не так поняли, ваше величество! Да мне и в голову не приходила такая мысль!

Король понял, что имеет дело с человеком, не разделяющим его чувство юмора. Он перевел взгляд с встревоженного лица полковника на застывшее лицо Свана и с трудом сдержал приступ хохота.

– Да-да, я знаю! – торопливо сказал он. – Ладно, идите на разведку, полковник, а я буду ждать вас здесь. Обещаю!

Полковник поклонился и направился к выходу. Но едва дошел до двери, как снаружи раздались шаги, и через мгновение в конюшню вошла девушка. Она ступала так легко, что казалось, ее внес сюда ветер. На девушке было неяркое, светлое платье, а на плечи она небрежно набросила и теперь придерживала одной рукой темный широкий плащ. Взору короля открылось продолговатое бледное лицо, очаровательный гордый рот и лучистые глаза, опушенные длинными ресницами. В левой руке девушка держала медный фонарь. Она протянула его брату, но смотрела в это время не на него. Вгляд ее был устремлен на короля, и, когда полковник взял фонарь из ее рук, девушка перестала придерживать плащ, он упал на пол, а она присела в глубоком реверансе.

– Сир, позвольте мне представить вам мою сестру.

Король шагнул вперед, желая поднять Джейн Лейн. Когда его смуглые пальцы сомкнулись у нее на запястье, она подняла голову и заглянула ему в лицо. Он заметил, что ее светло-каштановые, блестящие волосы украшают лоб воздушными завитками, а на лице застыло выражение ласковой серьезности. Карл потянулся к ее руке, а она, прежде чем встать прямо, склонилась над его рукой и поцеловала ее.

Король осторожно высвободил свою руку, приговаривая:

– Госпожа, я ведь Уильям Джексон.

– Простите, сир!

У девушки был низкий, приятный молодой голос, звучавший не робко, а уверенно.

– Джейн, все в порядке? – спросил полковник. – А то мне бы не хотелось держать его величество здесь!

– Ну разумеется, – согласилась девушка. – Да, все тихо. Все спят, кроме милорда. Вы позволите пригласить вас в дом, сир? Право же, там вы будете в полной безопасности.

– Да, я войду, а вы покажите мне дорогу, – ответил король.

Он наклонился и, подняв с пола плащ, накинул его на плечи девушки.

Она просто, без всякого жеманства сказала:

– Благодарю вас, сир. – И, взяв фонарь у брата, продолжила: – Соблаговолите следовать за мной.

Девушка выскользнула из конюшни и бесшумно, словно призрак, пошла по двору. Король размашисто шагал за ней, и они почти одновременно подошли к открытой боковой двери. Девушка посторонилась, давая Карлу пройти.

– Входите, сир. Милорд вас ждет, – раздался за спиной короля низкий голос Лейна.

Карл переступил порог. Полковник провел его по длинному коридору к двери, которая вела в главный вестибюль. Он освещался лишь свечами на одном подсвечнике, которые отбрасывали тусклый свет на середину комнаты. Чуть подальше, в полумраке виднелась широкая, пологая лестница, которая вела наверх.

Джейн Лейн прошла по вестибюлю и поставила фонарь на стол. Подол ее платья шелестел по темным дубовым доскам пола, будто осенние листья, несомые ветром.

Голос звучал тихо, но отчетливо:

– Милорд поднялся наверх, чтобы посмотреть, все ли готово для вашего величества. Я сейчас его позову.

Но брат жестом остановил Джейн:

– Нет-нет, лучше я сразу же проведу его величество в спальню. Иди к себе, Джейн, тебе тоже пора спать. Его величество тебя извинит.

Король снял шляпу, и его лицо было теперь видно более отчетливо. Джейн снова поклонилась:

– Тогда я желаю вам, ваше величество, спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мисс Джейн Лейн, – ответил король.

– Пожалуйте сюда, сир! – прошептал полковник.

Король пошел вслед за ним вверх по лестнице. Милорд Уилмот оказался в спальне полковника, которая предназначалась для короля. Уилмот безвылазно сидел в этой комнате, чтобы никто из людей, гостивших в то время в Бентли, не догадался, что он остался здесь на ночь. Как только Лейн ввел короля в спальню, Уилмот с трудом поднялся с кресла, придвинутого к камину, и пошел навстречу Карлу, протягивая к нему руки.

– Мой обожаемый сир! Слава богу, вы благополучно добрались сюда!

Король обнял Уилмота и, греясь у огня, с любопытством оглядел комнату. Она была просторной, на полу лежал изысканный ковер, на кровати красовалось малиновое бархатное покрывало; еще в комнате стояло несколько резных шкафов, стулья, сундуки, окна были закрыты занавесями, украшенными венецианским кружевом и подбитыми тафтой.

Наблюдавший за ним Уилмот взял Карла за руку и погладил ее, ласково проговорив:

– Ну вот, сир, наконец-то вы попали в дом, где вам могут оказать прием, достойный вашего высокого положения! Вы снова почувствуете себя уютно, ведь вам пришлось столько выстрадать за эту злополучную неделю!

– А по-моему, мне среди такой роскоши совсем не место, – довольно уныло откликнулся король. – Право же, дорогой полковник, вы оказываете мне слишком большую честь!

– Как можно, сир?! Позвольте мне заверить ваше величество, что здесь вы будете в полной безопасности. У нас, правда, нет тайников, где мы укрывали бы католических попов, но дерзким пуританам придется туго, если они вздумают силой ворваться в Бентли-Холл. Ваше величество, соблаговолите снять эту одежду, и слуга милорда сейчас же принесет вам воды и ночную сорочку, которую, я надеюсь, вы милостиво изволите надеть.

– Больше всего на свете я мечтаю скинуть эти тряпки, – откликнулся король. – Я ношу их не снимая целую неделю! Мне кажется, что я провонял не меньше, чем они.

Глаза полковника округлились от ужаса, а Уилмот расхохотался:

– Мой дорогой сир, но вы же сами решили надеть это тряпье! Так что вам придется признать, что я оказался мудрее вас! Но костюм, который раздобыл для вас наш добрый Лейн, по крайней мере, чистый, хотя тоже, увы, совершенно не подходит для особы столь высокого звания, как вы!

Говоря это, Уилмот расстегивал пуговицы на плаще короля. Стянув затем плащ с Карла, Уилмот бросил его в угол. За плащом туда же последовал и кожаный камзол, и как только Сван, поставивший лошадей в конюшню, внес в