Бегство короля - Джорджетт Хейер

Первые двадцать миль все шло гладко, однако едва на горизонте показалась деревушка Бромсгров, лошадь короля захромала, что сразу же привело Ласселса в замешательство. Однако король перехватил взгляд, которым Ласселс пытался обменяться с Джейн, и спокойно сказал:

– Если когда мы доедем до деревни, госпожа соблаговолит спешиться, чтобы немного передохнуть и подкрепиться, я отведу лошадь к кузнецу, сэр.

– Да, – с некоторым сомнением в голосе отозвался Ласселс. – Да, мы не можем ехать дальше, пока лошадь не подкуют.

– Что ж, я, во всяком случае, буду рада немного размять ноги, – заявила Уити. – И ручаюсь, что ты, Джейн, тоже!

Джейн признала ее правоту, но когда хромающий конь немного отстал от Пэтров, король ощутил легкое прикосновение к своей руке и, обернувшись, увидел встревоженные глаза Джейн.

Она прошептала:

– Я так боюсь! В этих краях все ужасные фанатики. Но если мой кузен поедет к кузнецу вместо вас, это будет выглядеть подозрительно.

– Конечно, – согласился король. – Но вам нечего опасаться. Ваша сестра смотрела на меня так пристально и все равно не узнала. Так почему же тогда узнает кузнец?

Успокоить Джейн оказалось не так-то просто, но поскольку выбора не было и король все равно должен был поехать к кузнецу, она ничего больше не сказала. Вскоре путешественники добрались до деревни и спешились возле чистенькой маленькой гостиницы, находившейся неподалеку от кузницы. Мистер Пэтр достал из кармана часы и заявил, что они приехали даже позднее, чем он ожидал. Поэтому он велел королю поторопиться и запричитал, что им страшно не повезло с лошадью, однако тут же добавил, что он лично ничему не удивляется, ибо в ужасные времена, когда Англией правят негодяи, честный человек ничему уже не удивляется.

Король почтительно сказал, что попросит кузнеца подковать лошадь побыстрее, и увел ее, а мистер Пэтр принялся попрекать жену, уверяя, что они заехали навестить ее родителей против его воли.

К счастью, кузнец сразу же взялся за дело.

Он равнодушно взглянул на короля и спросил, раздувая мехи:

– Ты ведь не из здешних краев, да?

– Я родом из Стаффордшира, но вырос в Лондоне, – ответил король.

– А… Я так и думал, что ты не деревенский, – сказал кузнец. – Стало быть, из Лондона? Вот уж, наверное, чудной город, обитель греха…

Эта мысль, похоже, его поглотила; кузнец забросал короля вопросами, качал головой, слушая ответы, но явно очень хотел увидеть обитель греха своими глазами. Подцепив клещами раскаленную докрасна подкову, кузнец бросил ее в чан с водой. Раздалось шипенье, поднялся пар.

Кузнец принялся подковывать лошадь, а король, держа ее за ногу, поинтересовался:

– И какие у вас тут новости? А то я несколько недель болел лихорадкой и ничего не знаю.

– Новости? – переспросил кузнец. – Да с тех пор, как до нас дошли добрые вести о разгроме этих шотландских мерзавцев, по-моему, никаких новостей не было.

– Ах вот как?! – воскликнул король. – А из англичан никого в плен не захватили?

Кузнец вбил еще один гвоздь.

– Этот негодяй Карл Стюарт вроде бы не схвачен, – сказал он. – Некоторых других схватили, а Карла Стюарта – нет.

– Ну, если этого мерзавца удастся поймать, то его надо повесить в первую очередь. Ведь это он привел сюда шотландцев! – бодро заметил король.

Кузнец одобрительно посмотрел на Карла.

– Сразу видно, что ты человек честный, – сказал он.

Мистер Ласселс, подъехавший к кузнице и слышавший конец их разговора, решил, что ему самое время вмешаться. Он переключил на себя внимание кузнеца, нетерпеливо спросив, когда же наконец подкуют лошадь. А услышав, что все почти готово, остановился в дверях и принялся отвлекать кузнеца пустой болтовней.

Через пару минут король уселся верхом, и они с Ласселсом выехали на улицу.

Карл притворно обиженно воскликнул:

– Какого дьявола вы вмешались в мою беседу с этим достойным человеком?

– Достойным?! – вскричал, сверкая глазами, Ласселс. – Да это же изменник, негодяй! А вы сказали… да-да, я сам слышал, как вы, ваше величество, сказали…

– Что меня надо повесить за то, что я привел сюда шотландцев. Ей-богу, я этого заслуживаю!

– Сир, я все время боялся, что он приглядится к вам и узнает…

– Ласселс, волков бояться – в лес не ходить, – сказал король.

– Да, конечно, я виноват, сир, но… но что сталось бы со мной, если бы вас опознали? – пробормотал Ласселс. – Ваше величество, вы должны понимать, что я головы бы не смог поднять после такого!

– Ну, если дойдет до опознания, – возразил король, – то скорее я не смогу поднять головы. По той простой причине, что у меня ее больше не будет. Однако раз уж я на сей счет не волнуюсь, то почему вы должны волноваться?

– Вы правы, сир, но… Для вас это ваша голова – и все, а для меня – голова короля!

– Ладно, обещаю тебе беречь королевскую голову. Надо бы не забыть рассказать милорду о моем новом титуле. Вот уж он позабавится!

– До чего же мне хотелось вышибить у мерзавца все зубы и засунуть их в его грязную глотку! – прошипел Ласселс.

– Черт побери, если вы и дальше поедете с таким настроением, то тогда я уж точно начну волноваться за мою голову, – усмехнулся король.

Ласселс посмотрел на него с удивлением:

– Сир, неужели вы совсем не рассердились?

Король расхохотался:

– На кого? На бедняка, который назвал меня негодяем? Мой любезный Ласселс, вы что, считаете меня законченным болваном?

– Боюсь, что это я болван, сир, – ответил опешивший Ласселс.

Глава 10

Сын бедного арендатора

Покинув Бромсгров, путешественники проехали без приключений примерно тринадцать миль; сначала они двигались по большому тракту, проходившему через Хедлесс-Кросс и Алчестер, а затем – по дороге, которая шла через Большой и Малый Элн и вела в Стратфорд. Дорога оказалась новой, и лошади бежали довольно резво. Мистер Пэтр уже начал было проникаться оптимизмом, надеясь, что им удастся доехать до Лонг-Марстона без ночевки, как в нескольких сотнях ярдов от маленькой деревушки под названием Бутон случилась большая неприятность. Мистер Пэтр беспечно болтал с Джейн, и вдруг старуха, работавшая в поле у дороги, предостерегающе воскликнула:

– Господин! Господин! Разве вы не видите вон там, впереди, отряд всадников?

При одном лишь упоминании о солдатах Джон Пэтр подпрыгнул в седле. Он вгляделся в даль и с ужасом удостоверился, что старуха не солгала. Судя по всему, мятежники захватили Бутон. Виднелось несколько красных мундиров и лошадей, стоявших на дороге перед небольшой гостиницей. Вероятно, солдаты решили напоить лошадей и немного подкрепиться.

– Думаю, они не причинят нам вреда, – как всегда умиротворяюще произнесла Уити.

– Не причинят нам вреда?! –