Бегство короля - Джорджетт Хейер

– Сир, вы приняли решение проехать сквозь отряд мятежников и даже не попытались скрыть своего лица. Да-да, я наблюдала за вами и видела, что вы смотрели на солдат так, словно то были солдаты вашей армии!

– Но в этом нет никакого безрассудства. Солдаты совершенно не обращали на меня внимания. Их взоры были прикованы к лицу, которое я сейчас не могу увидеть. И я их за это не виню! Джейн, если мы не встретим вашей сестры и мистера Пэтра в Стратфорде, то лучше дожидаться их в какой-нибудь скромной, но приличной гостинице. Я полагаю, они будут разыскивать вас по всему городу.

Однако Джейн отвергла предложение короля, и какие бы он ни приводил доводы в пользу своего плана, ему не удалось склонить ее сказать «да». Джейн считала, что Пэтры, скорее всего, догонят их по дороге в Лонг-Марстон, и умоляла короля не подвергать себя риску, не задерживаться во враждебном городе. В результате они проехали Стратфорд без остановки, переправились через Эйвон и двинулись по Пебвуртской дороге по направлению к Лонг-Марстону.

Путешественники договорились не рассказывать мистеру Томсу, кто такой Уилл Джексон, хотя у них не было сомнений в преданности мистера Томса королю. И вот, когда они наконец подъехали к особняку, стоявшему чуть поодаль от дороги, Джейн и Ласселс спешились, а король остался в седле и должен был отвести обеих лошадей в конюшню.

Его появление не вызвало никакого любопытства, ведь король хоть и не умел подсаживать дам в седло, но зато про уход за лошадьми знал буквально все. Сняв дорожные сумки и отнеся их в дом, король, которому помогали конюхи мистера Томса, почистил обоих коней, напоил и накормил их и поставил на ночь в стойло. При этом он болтал о том о сем с конюхом, который предположил по выговору короля, что тот родом из Стэффордшира, и проникся к нему симпатией, решив, что перед ним неплохой парень.

Король вошел в дом со стороны кухни, где злобная, раздражительная кухарка готовила обед для нежданных хозяйских гостей. Она недоброжелательно поглядела на короля, и, когда он попросил указать ему комнату мистера Ласселса, ответила, что слугам нельзя без спросу расхаживать по дому.

– Но ведь я должен отнести ему багаж! – возразил король.

– Положи его тут. Здесь есть кому этим заняться. Хорошенькое будет дело, если любой верзила из конюшни начнет шляться по дому порядочного джентльмена! И не торчи у меня на дороге, мне еще надо обед приготовить, а это не так-то просто, когда всего за полчаса предупреждают о приезде гостей!

– Пахнет очень вкусно, – заметил король, положив у дверей дорожные сумки.

– Еще бы не вкусно! А мне, между прочим, никто не помогает. Ишь, гости у них! Вечно они приходят тогда, когда эта лентяйка Джоанна болеет и не поднимается с постели! Ладно, если хочешь пообедать, ты сперва свой обед заработай. Чего ты торчишь, как майский шест? Лучше наточи нож.

– С удовольствием. – Король сделал шаг вперед и взял нож за рукоятку.

Однако выяснилось, что справиться с заданием, которое показалось ему очень простым, можно, лишь обладая определенными навыками. Потуги короля раздосадовали кухарку. Она отпихнула его и, сама наточив нож, язвительно спросила:

– Ну какой же ты крестьянин, если не умеешь наточить нож?

– Я сын бедного арендатора, который живет на земле полковника Лейна в Стэффордшире, – кротко ответил король и жалобно добавил: – Мы редко едим жареное мясо. А когда едим, то обходимся без ножа.

Кухарка пристально оглядела его с головы до пят, однако сказала уже мягче:

– Да, по тебе сразу видно, что ты никогда не ел хорошего мяса! Ладно, здесь сможешь наесться до отвала. Тут мяса вдоволь, самого лучшего!

В этот момент на кухню заглянул дворецкий.

Заметив короля, он сказал:

– Иди отнеси сумки наверх. Господин твой никаких других слуг, кроме тебя, не признает. Мне-то что, это его дело, но, по-моему, тебе место в конюшне, а не в спальне приличного джентльмена.

– Мистер Ласселс не выносит, когда ему прислуживают чужие, – объяснил король. – Ладно, я потороплюсь, а не то он впадет в ярость. С ним это бывает!

– Еще бы! – хмыкнул дворецкий. – Он такой привередливый юный джентльмен, я столько капризов и причуд в жизни не видел! Ладно, бери сумки, и я проведу тебя к нему, пока он сам сюда не спустился и не накричал на тебя.

Король снова взвалил свою ношу на плечо и вышел вслед за дворецким из кухни. Когда они дошли до спальни Ласселса, юный джентльмен, который явно вошел в роль и получал от этого большое удовольствие, встретил их с нескрываемым нетерпением:

– Черт побери! Да где ты торчал все это время? А ну, положи сумки на пол и развяжи их! Мне прямо сейчас нужен свежий носовой платок.

– Да, хозяин. Сейчас! – откликнулся король.

Дворецкий удалился. Ласселс подождал, пока звук его шагов по лестнице затихнет, а потом воскликнул:

– Простите меня, сир! Я терялся в догадках, не зная, как вызволить вас из кухни, и не сумел придумать ничего лучше.

– Очень привередливый юный джентльмен, – пошутил король. – По-моему, дворецкий стал вашим врагом. Что же касается меня, то я попал на кухне впросак. Как нужно точить ножи?

– Понятия не имею, сир.

– Вот и я тоже. Я боялся, что кухарка надерет мне уши. Но она пообещала сытно накормить меня вместе с остальными слугами.

– Мы должны как-то этому помешать! – Ласселс забегал взад и вперед по комнате. – Вы не можете обедать вместе с прислугой, сир. Об этом даже думать нечего!

– Успокойтесь, у меня есть прекрасная отговорка. Я скажу дворецкому, что поскольку вы такой привереда, то я не могу от вас отлучиться. И надеюсь, он из жалости отрежет мне несколько кусочков баранины, которую вам сейчас готовят на обед.

Ласселс замер посреди спальни и с ухмылкой спросил:

– Значит, у нас на обед баранина, сир?

– Совершенно верно. А Джоанна захворала и лежит в постели.

– Милостивый Боже! А кто такая Джоанна?

– Не знаю, но она всегда болеет, если в доме гости. – Король подошел к зеркалу, стоявшему на сундуке, и задумчиво посмотрел на свое отражение. – Кухарка сказала, по мне сразу видно, что я никогда не ел хорошего мяса. Ласселс, а как по-вашему, меня можно назвать верзилой?

– Нет, сир! По-моему, нет! – с чувством ответил Ласселс.

– Это потому, что вы знаете, в чем состоит ваш долг, – ответил Карл. – А вот те, кто не знает, открывают мне довольно горькие истины.

В дверь тихонько поскреблись, и король повернул голову на звук.