Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

Билли натянул кожаные боксерские перчатки себе на руки.

– Уже больше года как, я не носил их, – сказал он. – Вначале я, верно, буду немножко косолапый, но потом, когда разойдусь, дело пойдет.

Кассиди подмигнул Херикану.

– Ему вряд ли будет время разойтись, – уверенно заявил Херикан. – Пит сшибет его с ног через две минуты.

Кассиди и Херикан отошли. На лицах их было написано плохо скрываемое удовлетворение.

То, что произошло в последующие минуты, навеки врезалось в память профессора Кассиди. Он до сих пор постоянно говорит об этом как о самом потрясающем событии в своей жизни.

Первую минуту Билли и Пит боксировали осторожно, изучая друг друга. Затем Пит размахнулся и нанес левой сильный прямой удар в лицо Билли. Это был удар, который мог бы свалить быка, но Билли только встряхнул головой и чуть-чуть покачнулся. Пит был настолько уверен, что его мощная атака заставит нового партнера грохнуться навзничь, что даже слегка открылся, опустив руки. Но Билли снова принял боевую стойку. Удар в лицо, казалось, заставил его вспомнить все, что он знал когда-то в искусстве бокса. Бой продолжался. Даго Пит нанес Билли еще несколько ударов, но так же безрезультатно, как и в первый раз. Пит растерялся: ничто так не обескураживает бойца, как осознание того, что самые удачные его удары нечувствительны для противника.

Несколько минут Билли Байрн играл с Питом, как кошка с мышью. Он уходил от атак противника, чуть согнувшись, как это делал знаменитый чемпион Джеффрис, которого Билли напоминал и ростом, и телосложением. Вдруг с ловкостью пантеры Билли подскочил к противнику и нанес ему левой удар в челюсть, за которым с молниеносной быстротой последовал удар правой снизу под подбородок. Пит Даго на фут оторвался от пола, отлетел в дальний угол и упал без чувств. Это был необычайно эффектный финал.

Кассиди и Херикан поспешили оказать помощь побежденному.

– Может быть, у вас есть еще какие-нибудь «непобедимые» борцы? – спросил Байрн, усмехаясь. – С этим мне иметь дело как-то неинтересно.

Профессор обернулся к Билли.

– Да, вы с любым справитесь, если не запьете опять и будете регулярно тренироваться у меня.

– Так и порешим, – ответил Билли. – Ну а теперь дайте мне чего-нибудь пожрать. У меня от голода все кишки узлом скрутились.

Глава XIX

Приглашение

В течение трех месяцев Билли выходил поочередно против всех третьеразрядных боксеров Нью-Йорка и его окрестностей. И всех он немилосердно колотил, обычно просто сшибая с ног сильным ударом. Его имя начинало греметь в местных спортивных кругах. Против него стали уже выставлять более опытных бойцов, в том числе и из других городов. Он справлялся с ними так же легко, как и с прежними своими противниками.

Здоровенного, всегда спокойного «новичка» многие стали прочить в чемпионы. Вскоре профессор Кассиди получил письменное предложение от владельца другой боксерской школы выставить Билли против его лучшего боксера, местной «восходящей звезды». В письме говорилось, что это состязание будет отличной практикой для молодых борцов, которые с трудом могут найти желающих биться с ними.

Профессор Кассиди весело ухмылялся, читая вызов. Насчет условий поединка сговорились очень быстро. Согласно официальному регламенту, встреча должна была состоять из десяти раундов. Все нюансы тоже были оговорены – даже вес перчаток. Имя «восходящей звезды», против которой должен был выступить Билли, оказалось достаточно известным, чтобы привлечь полный зал зрителей. Среди публики нашлось немало тех, кто знал о способностях Билли и предвкушал интересное состязание. Однако, когда «будущий чемпион», как был представлен противник Билли, вступил в круг, его встретили дружными аплодисментами, в то время как при появлении Билли раздалось всего два-три жидких хлопка.

Первый раз приходилось Билли встречаться с первоклассным борцом, и, когда он увидел огромные мускулы своего противника, он вспомнил все слышанные им рассказы об искусстве и ловкости «восходящей звезды». Билли растерянно окинул глазами море повернутых к нему лиц, и внезапно его обуяли неуверенность и страх. Профессор Кассиди опытным глазом сразу заметил это и приуныл. Его надежды рушились. Он уже видел своего гиганта-бойца неподвижно лежащим на ринге. Что же делать? Подойдя к Билли, Кассиди поднес к его губам бутылку.

– Хлебни-ка, – прошептал он.

Билли покачал головой. Алкоголь был главным его врагом. Он дал себе слово никогда больше не прикасаться к нему и намеревался сдержать клятву, даже если из-за этого он потерпит поражение в предстоящем бою. Он должен так сделать ради нее… Ради нее!

Прозвучал удар гонга, вызывавший его на середину круга. Билли ясно сознавал, что он трусит. Ему казалось, что он боится огромного, хорошо тренированного борца. На самом деле его просто охватил страх перед рампой. Но этого было вполне достаточно, чтобы отнять у него всякий шанс на победу, и после того, как «восходящая звезда» дважды сшибла Билли с ног в самом начале первого раунда, Кассиди почувствовал, что все проиграно.

Верхние ряды зрителей хохотали, улюлюкали и выкрикивали Байрну насмешки:

– Эй, размазня, выдержи хоть один раунд!

– Проваливай обратно в свою деревню, дубина!

А затем, покрывая все остальные голоса, раздался пронзительный свист и крик:

– Трус! Трус! Трус!

Это слово проникло в затуманенный мозг Билли. «Трус»! Барбара Хардинг назвала его так однажды, но потом переменила о нем мнение! Терье тоже поначалу считал его трусом, однако, умирая, сказал, что Билли был самым храбрым человеком, которого он когда-либо знал… Билли вспомнил с воем бегущих на него самураев, их острые мечи и копья, вспомнил маленькую клетушку во «дворце» Оды Иоримото, желтолицых дьяволов, которые рубили и кололи его в тот памятный день, когда он сражался за спасение любимой женщины. Трус? Что же здесь, на этой арене, могло испугать его, человека, который столько раз смело глядел в глаза смерти? До ушей его опять донеслись крики, проклятия и насмешки толпы, – и он понял. Виновата была толпа!

В этот момент тяжелый кулак «будущего чемпиона» в очередной раз сшиб Билли на ковер, но в ту же секунду прозвенел гонг и спас его от окончательного поражения.

После первого раунда Билли, смущенный, с поникшей головой, забился в угол. Его противник усмехался и держал себя крайне самоуверенно. Вскоре вновь раздался сигнал, и бойцы вышли на середину ринга для следующей схватки.

Во время короткого перерыва Билли окончательно понял, в чем дело. Толпа действовала ему на нервы. Она отвлекала его внимание, и он не мог сосредоточиться на своем противнике. Второй раунд должен пройти лучше!

Но первое, что случилось, когда Билли вновь очутился лицом к лицу с «восходящей звездой», привело в дикий