Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

Билли Байрн прочел эти строки и уронил газету. Бокс и борьба за звание чемпиона разом вылетели у него из головы. Он уставился в одну точку, а мысли его унеслись за много тысяч миль к маленькому островку, лежащему посреди бурной реки. А в другом конце огромного Нью-Йорка, с той же газетой в руке, сидела Барбара Хардинг. Она небрежно пробегала глазами спортивный листок в поисках отчета о вчерашнем женском состязании по гольфу. Внезапно ее взгляд остановился на портрете крупного, атлетически сложенного боксера… И она забыла об отчете и гольфе. Торопливо она начала искать заголовок и текст, пока не нашла упоминание о «матросе Байрне». Это он! Барбара жадно читала и перечитывала все, что было о нем написано.

Полчаса спустя мальчик-посыльный разыскал матроса Байрна в боксерской школе Кассиди. Билли окружала толпа поклонников. Мальчуган с восторгом оглядел с головы до ног нового героя и передал ему записку. Пока Билли ее читал, мальчик продолжал смотреть на него с благоговейным обожанием.

– Будет ответ? – спросил он.

– Нет, я сам его принесу, – ответил Байрн и всучил мальчишке доллар.

Час спустя Билли Байрн подымался по широким белым ступеням, которые вели в особняк Энтони Хардинга. Лакей, открывший дверь, подозрительно оглядел гостя: Билли был одет как прифрантившийся мастеровой. Визитной карточки у него не имелось.

– Скажите мисс Хардинг, что пришел мистер Байрн, – сказал он.

Лакей оставил его дожидаться в вестибюле, а сам, не торопясь, стал подниматься по широкой лестнице, но на полдороге встретил быстро бегущую вниз мисс Хардинг.

– Знаю, Смит, знаю, – махнула она лакею. – Я ожидала мистера Байрна.

И, заметя, что слуга не потрудился предложить посетителю стула, прибавила:

– Это мой старый добрый друг.

Смит моментально стушевался.

– Билли! – воскликнула девушка, бросившись к нему с протянутыми руками. – О, Билли, все считали, что вы погибли! Давно вы здесь? Почему вы ко мне не зашли?

Байрн замялся.

– Я вернулся несколько месяцев тому назад, – сказал он наконец. – Но после того, как обнаружилось, что мистер Мэллори жив, я понял, что все изменилось… и потому не показывался.

– Билли! Как могли вы это подумать?

– Не хотите ли вы сказать, – и голос его дрогнул, – что… что все осталось по-прежнему… как на острове?

Билли внимательно посмотрел на девушку. В ее глазах, во всем ее обращении он мог прочесть так же ясно, как если бы она выразила это словами, что надежда, охватившая его при получении письма, не была напрасной.

Однако в нем проснулось странное чувство. В тот момент, когда он входил в великолепный дом Энтони Хардинга, он уже ощутил какое-то неприятное стеснение в груди. Надменное поведение лакея, роскошь огромного вестибюля, за которым виднелся целый ряд апартаментов, – все было так чуждо ему! И сама Барбара, одетая в какое-то мудреное парижское платье, всем своим видом противоречила тому, что читалось в ее глазах.

Нет, Билли Байрн тут чужой, точно так же, как и Барбара Хардинг навсегда останется чужой на Гранд-авеню. Билли Байрн вдруг понял это. Его сердце упало. Он внезапно потерял всякий интерес к жизни. Что тут поделаешь… Его собственная жизнь или счастье не должны идти в расчет. Нужно думать только о Барбаре. Он благодарил судьбу за то, что опомнился раньше, чем сказал ей то, что изначально хотел.

– Я вернулся несколько месяцев тому назад, – снова начал Билли. – Но в моей башке еще остались крохи сообразительности, чтобы не соваться туда, куда мне не след. Хорош бы я был среди ваших пижонов!

Билли звонко хлопнул себя по бедру и расхохотался так неприлично громко, что изысканный Смит, стоявший на верхнем этаже, в ужасе приподнял брови.

– А затем я готовился к боксерскому поединку. Не могу же я бросить свои дела, чтобы гоняться за юбкой!

Барбара почувствовала острое разочарование. Билли снова начал говорить так вульгарно и грубо! Ей казалось, что она уже отучила его от этого во время их пребывания на острове.

– Я, знаете ли, и вовсе не собирался заваливаться к вам, – продолжал он, – да в газете прочел, что вы с Мэллори разошлись. Вот я и подумал, что нужно пронюхать, в чем тут дело.

Во все время, пока Билли говорил, он не смотрел на Барбару. А теперь обернулся к ней.

– Он, небось, недоволен размолвкой?

– Да, – ответила Барбара.

Она не знала, сердиться ли ей или нет. Но вспомнила о воспитании Билли и подумала, что он, конечно, не знает, что не стоит затрагивать столь деликатный вопрос в такой грубой форме.

– Тэк-с, – продолжал Билли. – В чем же у вас загвоздка? Мэллори для вас как раз подходящий парень. Вы его любили, иначе бы не обручились с ним.

Последняя фраза очень походила на вопрос. Барбара кивнула утвердительно.

– Видите, Билли, – начала она, – я давно знала мистера Мэллори и всегда думала, что я любила его, пока… пока…

Но в глазах Билли не было ответного огня, и Барбара неловко замолкла. Немного помолчав, она продолжала:

– Я обручилась с ним, только когда мы вернулись в Нью-Йорк. Мы все думали, что вы умерли.

– Он ничего худого не сделал с тех пор, как вы дали ему слово? – спросил Билли, игнорируя ее упоминание о нем самом и все, что из него следовало.

Барбара молча кивнула.

– Ну, тогда я не понимаю, что вы имеете против этого брака, – пожал плечами Билли. Он опять стал говорить так, как его учила Барбара, но ни он, ни она этого не заметили.

– Видите ли, – ответила девушка, – я не могла примириться с тем, что они бросили вас одного в джунглях. Каждый раз, когда я видела мистера Мэллори, я невольно думала, что он поступил как трус. Как, чувствуя это, я могла выйти за него замуж? И правда, Билли, я никогда не любила его так, как…

Барбара снова запнулась, а Билли снова не сделал попытки воспользоваться открывавшейся перед ним возможностью.

Вместо этого он подошел к телефону. Взяв телефонную книжку, он начал ее перелистывать и вскоре нашел желаемый номер. Через мгновение его соединили.

– Это Мэллори будет? – спросил он. – Говорит Байрн, Билли Байрн. Да, да, тот самый, который вам морду набил на «Лотосе». Умер? Ничего подобного! Я здесь, у Барбары. Да, я это самое и говорю. Она хочет, чтобы вы приехали как можно скорее.

Барбара Хардинг шагнула к нему. Глаза ее сверкали.

– Как вы смеете! – вскричала она, стараясь выхватить телефонную трубку из его руки.

Билли заслонил аппарат своим телом.

– Пошевеливайтесь! – крикнул он в телефон и повесил трубку.

Затем повернулся к разгневанной девушке.

– Послушайте! – сказал он. – Вы когда-то говорили, что