1915 год. Борьба за русские крепости на Восточном фронте - Максим Викторович Оськин

200тыс. снарядов. Для производства штурма, который воглавил комкор-9 Д.Г. Щербачев, к Перемышлю стянули 7,5 пехотных дивизий (около 100тыс. чел.) при 483 орудиях. Решение на штурм облегчалось тем, что незадолго до войны разведывательное отделение штаба Варшавского военного округа сумело получить секретные карты ряда крепостей противника, в том числе и Перемышля[179].

Как позже вспоминал сам А.А. Брусилов, перед штурмом у него возникли некоторые разногласия с Щербачевым по поводу плана атаки. Командарм-8 полагал, что необходимо главный удар нанести по менее защищенным западным фортам крепости. Успех на этом направлении не приводил автоматически к капитуляции, так как ядро Перемышля, располагавшееся на восточном берегу Сана, оставалось бы в неприкосновенности, но зато отрезал противнику пути возможного отступления навстречу своим. Щербачев, в свою очередь, настаивал на производстве первоочередного штурма группы восточных фортов, из которых Седлисские форты были особенно сильно укреплены. Здесь успех был не так очевиден, зато в случае успеха оборона неприятеля разваливалась как карточный домик, и организованный отпор превращался в агонию. Для краткой характеристики австрийских фортов Седлисской группы можно привести мнение русского артиллериста, который осмотрел неприятельские форты после сдачи крепости в марте 1915г.: «подступы к этому форту защищены рядом зарытых в землю фугасов и несколькими широкими полосами проволочных заграждений, между которыми, в изобилии, рассыпаны острые трехконечные шипы. Колючая проволока покрывает также слегка отлогие скосы и дно крепостного рва, в нижней части которого положена почти вертикальная каменная облицовка. В изгибе этого широкого и глубокого рва расположены казематы с пулеметами для продольного обстрела соответствующих его участков. За рвом, за валом, под стальными куполами, стоят полевые пушки, охраняемые с флангов рядами пулеметов… За этой батареей крутой обрыв: вертикальная, в несколько саженей стена, принадлежащая трехэтажной казарме-каземату, выходящей на внутренний двор укрепления. Двор охраняется закрытой в бетоне пулеметной батареей»[180].

При штурме Перемышля предварительная артиллерийская подготовка пехотной атаки не проводилась. Во-первых, легкая полевая артиллерия все равно была бессильна против фортов крепости. Во-вторых, не хватало снарядов, отправляемых в этот момент, прежде всего, в Ивангород. Артиллерийская подготовка проводилась 6-дм и 9-дм калибрами, от чего форты практически не пострадали. Подразумевалось только непосредственное взаимодействие пехоты с артиллерией. В итоге «при штурме Перемышля артиллерия стреляла, заставляла неприятеля укрыться, подводила свою пехоту почти без потерь к самым укреплениям Перемышля, но затем оставляла ее без огневой поддержки, так как, во избежание ее поражения, вынуждена была переносить огонь в тыловой район укреплений. Уцелевшие в своих неразрушенных укреплениях австрийцы встречали штурмующую русскую пехоту убийственным огнем и отбивали штурм, нанося пехоте огромные потери»[181].

22 сентября русские бросились на штурм крепости, нанося основной удар в юго-восточном секторе. Главный удар был произведен 24-го числа на форты № 11 (Дунковички), Гурко, № 15 Борек, Седлисскую группу. Несмотря на отвагу войск, русским удалось занять только один из седлисских фортов, откуда через 4 часа поредевшие полки были выбиты контратакой противника. На остальных направлениях штурмовые действия успехом не увенчались. Главная причина провала штурма – несбыточность надежд А.А. Брусилова и Д.Г. Щербачева на моральную дезорганизацию гарнизона после поражения в Галицийской битве, а также отсутствие тяжелой осадной артиллерии.

На следующий день после отражения штурма русские отступили, сняв тесную блокаду, ввиду приближения противника. В ночь на 28 сентября русские стали отходить на правый берег реки Сан. Командарм-8, понимая, что удержать неприятеля наличными силами не удастся, приказал снять блокаду и влил Осадную армию в общий оборонительный фронт 3-й и 8-й армий. Только в конце октября, как только противник был отброшен от Варшавы и Ивангорода, и русские стали сосредоточиваться для вторжения в Познань, Ставка дала Брусилову первые подкрепления.

Получив резервы, русская 3-я армия стала вновь переходить на левый берег Сана. В этот момент австро-венгерские подкрепления потекли в разгромленную под Козенице 1-ю армию, а также под Краков, куда наступали 9-я и 3-я русские армии. Поэтому 2-я австрийская армия стала вновь отступать к Карпатам, опять-таки оставляя крепость. Русские вновь стали обтекать Перемышль с двух сторон, преследуя разбитого неприятеля. 23 октября, после плотного обложения, началась вторая осада крепости, которая была возложена все на ту же 11-ю армию, под командованием А.Н. Селиванова. К 24 октября все необходимые силы 11-й армии переправились через Сан, и к 1 ноября была установлена новая полная блокада.

Противник также не потерял времени зря. За то время, что бои шли по линии реки Сан, австрийцы подвезли массу продовольствия и боеприпасов. Успешная оборона крепости в сентябре утвердила австро-венгерское командование в том, что Перемышль нельзя сдавать, и что он наилучшим образом выполнит свое предназначение, оставшись в тылу наступающих русских армий – «костью в горле». Вследствие этого гарнизон крепости возрос до 130 тыс. чел. при более чем тысяче орудий.

К моменту второго обложения крепости в распоряжении Г. Кусманека фон Бургнойштэдтена состояли 23-я гонведная пехотная дивизия, 85-я стрелковая бригада, 93-я, 97-я, 108-я, 111-я бригады ландштурма. Части ландштурмистов набирались из местных русинов, сочувствующих русским, поэтому опорой обороны вновь стала 23-я дивизия, состоявшая из венгров, понимавших, что русские армии уже приступили к штурму Карпат, за которыми лежала Венгрия. Многочисленную крепостную артиллерию обслуживало 12 тыс. артиллеристов. В составе крепостной авиационной роты состояло несколько самолетов «Альбатрос» и «Авиатик», которые должны были использоваться для ведения разведки и связи с откатившимися в Карпаты полевыми армиями. Вдобавок в осажденном городе оставалось около 20 тыс. мирных жителей.

Расчет австрийцев основывался на том, что в ближайшее время русские будут выбиты с Карпат, и крепость получит помощь. Русские также не имели сил для того, чтобы очистить карпатские перевалы от австрийцев и тем самым, вторгнувшись в Венгрию, окончательно обезопасить блокаду Перемышля. Соответственно, русская Осадная армия, не имея тяжелой артиллерии для штурма, постепенно улучшала свои позиции и сжимала блокадное кольцо посредством перманентного отбирания из рук противника различных точек и предметов местности. В.В. Яковлев пишет, что к ноябрю 1914г. «обстановка, сложившаяся на галицийском театре, не вызывала необходимости в принятии ускоренных способов атаки крепости. Не требовала, во имя достижения известных оперативных целей, падения крепости во что бы то ни стало, ценой самых крупных жертв. В равной степени не являлось необходимым применять и правильной атаки, для которой к тому же у осаждающего не было еще и достаточных технических средств. Таким взглядом было проникнуто высшее войсковое командование с началом новых операций под крепостью, чем и объясняется то обстоятельство, что в течение последующих трех месяцев дальше тесного обложения крепости и сравнительно слабой бомбардировки ее дело не шло»[182].

Неверная оценка численности австрийского гарнизона