Как Америка стала великой. На пути к американской исключительности - Дмитрий Викторович Суржик

Департамент торговли и труда (в 1913 году разделен на два независимых департамента – торговли и труда). В 1902 году был принят акт об ускорении рассмотрения дел, касавшихся раздробления стальных, железнодорожных, нефтяных и мясных трестов, а принятый в 1903-м Акт Элкинса дополнял Акт о торговле между штатами от 1887 года, позволяя Комитету по делам торговли между штатами налагать тяжелые штрафы на железнодорожные компании, которые изменяли бы тарифы на перевозку грузов. В 1906 году были приняты законы о контроле качества продуктов (Акт об инспекции мяса и Акт о чистой еде и напитках). В 1906 году был принят Акт Хепберна, расширявшей полномочия государственной комиссии по торговле между штатами; последовательно защищалась окружающая среда от хищнической эксплуатации (через создание национальных парков, государственной службы лесничих и т. д.).

Но во внешней политике Рузвельт, несмотря на весь свой милитаризм и национализм, действовал очень осторожно. Он продолжил политику МакКинли относительно Панамского канала и добился в 1902 году создания независимой (только от Колумбии, но не от США, понятное дело) Панамы, позволившей США прорыть канал между Атлантическим и Тихим океанами. Но его попытка энергично действовать в Китае кончилась неудачно. Рузвельт поддержал Японию во время Русско-японской войны 1904–1905 годов, впервые столь открыто отступив от традиции поддержания дружественных отношений с Россией. Американцы почти не скрываясь поддерживали революционизацию России (в частности, Джордж Кеннан, родственник известного американского дипломата и ученого Джорджа Фроста Кеннана, агитировал русских военнопленных в японских лагерях и вел пропаганду про пенитенциарную систему царской России). Без дипломатической и финансовой поддержки от Великобритании и США Япония не решилась бы на войну с Россией и не смогла бы выдержать тяжесть войны с ней. В итоге, получив Южную Маньчжурию в качестве своей сферы влияния, японцы «отблагодарили» американцев, не пустив туда их бизнес (хотя именно проникновением на маньчжурские рынки американцы мотивировали свою поддержку Японии, опасаясь, что победа России и превращение всей Маньчжурии в русский протекторат или даже продолжение имперской территории закроет ее для американских товаров и капиталов). Еще хуже для американцев было то, что Япония, впечатленная стойкостью русских на поле брани, постепенно начала улучшать отношения с Российской империей, что закончилось подписанием в 1916 году русско-японского союзного договора.

Президент Рузвельт, сделав правильные выводы из этого, приступил к наращиванию американских военно-морских сил. При нем в 1907 году был отправлен в кругосветное путешествие «Большой белый флот» – эскадра из 16 броненосцев – первая столь масштабная демонстрация американского флага за пределами Западного полушария. У демонстрации были и практические последствия: Япония была вынуждена пойти на «джентльменское соглашение» Рута – Такахиры, которое ограничивало японскую иммиграцию в Калифорнию, вынуждало японцев признать американскую аннексию Гавайев и Филиппин и территориальную целостность Китая в обмен на признание американцами особых прав Японии в Южной Маньчжурии и Корее. Демонстрация способностей американского флота также привела к очередной уступке со стороны англичан – английский флот в 1909 году покинул Карибское море. В свою очередь, перспектива англо-американской войны окончательно перестала занимать умы американцев. Место основного вероятного противника заняли Германия и Япония.

Уолтер Лафибер подвел такой итог дальневосточной политике Теодора Рузвельта:

Рузвельт получил Нобелевскую премию мира за посредничество, но не смог добиться ни японского признания принципов политики «открытых дверей», ни баланса сил, который мог бы защитить американские интересы в Азии. Ему пришлось признать не только то, что Япония стала самой сильной нацией в северо-восточной Азии, но и то, что она отказывается защищать американские рынки, в особенности в Корее. […] Но худшее для Рузвельта было впереди. Революция 1905 года в России, спровоцированная поражениями от японцев, стала первой в череде революций, возвестивших начало двадцатого века: во Вьетнаме и Персии в 1906 году, в Турции в 1908 году, в Китае и Мексике в 1911 году и, наконец, в России в 1917 году. Джордж Кеннан радовался восстанию в Санкт-Петербурге в 1905 году, особенно после того, как он трудился над распропагандированием русских военнопленных в 1904–1905 годах антимонархическими идеями. Однако большевистская революция 1917 года стала для него тем, чего он не хотел и не ожидал. Как и Рузвельт, Кеннан был удивлен тем, на какой путь его завели антимонархические убеждения[156].

Политика Рузвельта привела сперва к триумфальному переизбранию Рузвельта в 1904 году (его соперник, консервативный демократ Элтон Паркер, не смог победить ни в одном северном или западном штате), а потом к не менее триумфальному избранию выбранного им преемника, Уильяма Тафта, в 1908 году. Созданная МакКинли и Теодором Рузвельтом «четвертая партийная система» (1896–1932) была единственной, в рамках которой Республиканская партия без особенных усилий побеждала в большинстве президентских выборов и выборах в конгресс, демократы доминировали только в южных штатах. Исключением стали лишь 1910-е годы, когда из-за раскола республиканцев на консерваторов и прогрессистов удалось победить демократам.

При более консервативном Тафте внешняя политика США изменилась мало. Она по-прежнему была сосредоточена в основном на латиноамериканских странах и Китае. И там и там она сводилась к поощрению нестабильности в надежде получить более дружественное к США правительство. При Тафте была дана санкция на поддержку революции против мексиканского диктатора Порфирио Диаса (1911 год), который, по мнению американцев, в последние годы своего правления слишком сильно опирался на англичан. Однако революция быстро стала неуправляемой и в значительной степени направленной против американцев, которыми были одними из крупнейших инвесторов в режим Диаса. На протяжении более чем десяти лет в Мексике продолжалась кровавая чехарда, сильно напоминавшая Гражданскую войну в России и закончившаяся установлением режима Институционально-революционной партии, который был настроен к американцам куда как более враждебно, чем Диас. Республиканская администрация Тафта горячо приветствовала падение Цинской монархии в ходе Синьхайской революции 1911 года в Китае. Эта революция фактически разрушила призрачное к тому времени китайское единство, превратив губернаторов провинций – единственных, у которых к тому времени были в распоряжении реальные военные силы – в почти полностью независимых владык. Европейские державы оживились, в воздухе вновь стали витать проекты раздела Китая. Так, в 1911 году англичане, немцы и французы стали задумывать консорциум трех держав для фактического управления китайскими финансами и железнодорожным строительством. Администрация Тафта добилась включения американцев в этот консорциум, но европейцы добавили в него также русских и японцев, то есть представителей тех самых двух держав, к которым США относились с наибольшим подозрением – что в значительной степени парализовало американские усилия. Планы раздела Китая сорвали Первая мировая война и временная стабилизация страны при авторитарном правительстве Юаня Шикая. Впрочем, быстро сменившаяся по смерти Юаня новой эрой смуты, которая закончилась только в 1949 году победой Коммунистической партии Китая и закрытием страны для американцев. Америка, следуя своему революционному наследию, упивавшаяся своей революционной идеологией, поддерживала революции за рубежом. Однако они заканчивались обычно тем, что американцев просили на выход, потому что революционер революционеру (равно как