Архитектура мирового порядка. Дипломатия международных отношений - Александр Кириллович Бобров

отношений с КНР. Хотя Ма Инцзю и выступал за сохранение статус-кво («нет объединению, нет независимости, нет использованию силы»), при нем не просто развивались экономические и политические отношения между Пекином и Тайбэем, но и прошла первая встреча лидеров в 2015 г. в Сингапуре.

В 2022 г. разразился очередной кризис в отношениях КНР с США и Тайванем, вызванный визитом на остров спикера Палаты представителей Конгресса США Н. Пелоси. Подобные «кризисы» регулярно происходят между двумя державами.

Китай проводит политику, независимую от США, отстаивая свои интересы в Азии, Африке, Латинской Америке, США, Европе и в Австралии. Пекин видит и делает выводы из политических и военных маневров, направленных против Китая, в частности военно-морского соглашения США, Австралии и Великобритании (AUKUS) по вопросам военного сотрудничества в Индо-Тихоокеанском регионе, подписанного в сентябре 2021 года. Как следствие, причин для уменьшения напряженности в китайско-американских отношениях не просматривается.

Южная Азия: Индия

Индия – крупный игрок на международной арене, центр силы в Южной Азии. Экономика государства занимает пятое место в мире по ВВП по ППС (7,251 % мирового). С 1974 г. Индия обладает ядерным оружием, но не статусом «ядерной державы» в соответствии с ДНЯО. Страна ведет активную разработку космической программы. Преимуществом Индии выступает географическое положение – между возвышающимся Китаем (что увеличивает ценность страны с точки зрения развития транспортно-логистических коридоров, несмотря на сохранение индийско-китайских противоречий), нефтегазовым Ближним Востоком, развивающейся Африкой. Де-факто Индия способна обеспечить контроль морских транспортных артерий в Индийском океане.

Участие Индии в таких объединениях, как БРИКС и «Группа двадцати» повышает ее положение как центра глобального Юга. В 2023 г. Индия в год своего председательства в «Группе двадцати» стремилась обеспечить деполитизированность дискуссии по различным аспектам глобальной повестки, сохранение отраслевого характера переговорных треков в соответствии с мандатом рабочих групп (напротив, представители стран Запада пытались «украинизировать» повестку дня и вынести на обсуждение вопросы военно-политического, а не экономического характера). Вклад Индии в согласование итогового текста декларации саммита продемонстрировал значение страны как одного из центров складывающего полицентричного миропорядка.

«Постпандемийный мировой порядок сильно отличается от того, каким он был раньше, и в нем, помимо прочего, имеются три важных изменения.

Первое: наблюдается рост понимания необходимости отказа от ВВП-центрического взгляда на мир в пользу взгляда, ориентированного на человека.

Второе: мир признает важность устойчивости и надежности глобальных цепочек поставок.

Третье: имеет место коллективный призыв к укреплению многосторонности посредством реформирования глобальных институтов.

Наше председательство в «Группе двадцати» выступило катализатором этих изменений».

(Выдержка из статьи премьер-министра Индии «Вместе к общему будущему», 2023[18])

Укреплению позиций Индии в странах Глобального Юга способствует активное участие государства в Движении неприсоединения (ДН), которое начало развиваться в эпоху деколонизации[19]. На современном этапе происходит смещение акцентов в приоритетах данного формата сотрудничества – постепенный отход от философии неприсоединения к объединению Глобального Юга в единого игрока международных отношений.

ДН сталкивается и с определенными трудностями. Прежде всего это связано с высоким уровнем расслоения внутри Движения – от беднейших стран до государств, которые занимают лидирующие позиции в мировой экономике (в т. ч. Индия). В этом контексте требуется переосмысление целей и задач ДН.

Определяющее значение в развитии региональной подсистемы Южной Азии имеет индо-пакистанский конфликт вокруг статуса Кашмира – индийской территории с мусульманским населением. Неразрешенность территориального вопроса повышает риск полномасштабной эскалации конфликта между государствами, обладающими ядерным оружием. Индия подчеркивает, что Махараджа Хари Синг – последний правитель княжества Джамму и Кашмир – официально подписал Акт о присоединении к Индии. Пакистан, оспаривая легитимность вхождения в состав Индии, требует проведение плебисцита на данной территории, отмечая, что на момент подписания документа в данном регионе уже были волнения, а его принятие происходило под давлением.

Различается подход сторон по поводу механизма урегулирования конфликта. Пакистан выступает за его интернационализацию, в то время как Индия рассматривает его как внутриполитический (после отказа ООН от идеи плебисцита и, соответственно, призывая к урегулированию на национальном уровне) и поэтому подлежащий урегулированию в рамках переговоров между Нью-Дели и Исламабадом. Сегодня с проблемой Кашмира связан и более широкий набор вызовов в сфере безопасности: помимо «ядерной угрозы» повышается риск превращения региона в эпицентр терроризма.

Нью-Дели отстаивает прежнюю линию на сбалансированное развитие отношений со странами Азии. Россия, Китай, Иран, Пакистан, США, Великобритания – основные партнеры индийский дипломатии. При этом Индия и Пакистан, де-факто ядерные державы, не получившие всеобщего международного признание в рамках ООН, уже обеспечили его на уровне ШОС.

Особый интерес Индия проявляет к расширению энергетического сотрудничества с Россией. Так, постройка железнодорожного участка через Астару, Решт и Казвин дороги «Север – Юг» обеспечит сухопутную дорогу к Индии и Пакистану, за которую отвечают российско-азербайджано-иранские компании. Для Индии это было бы важным шагом в обеспечении поставок нефти на ближайшее время и в освобождении от зависимости от американских, британских и французских экспортеров. Строительство транспортно-логистических коридоров совместными усилиями Индии, Ирана, Азербайджана и России существенно повысило бы свободу торговли для обеих южноазиатских стран.

США пытаются «приостановить» индийско-российские сотрудничество и добиться его пересмотра в угоду индийско-американскому взаимодействию. Выступая в апреле 2023 г. на слушаниях в комитете Сената по ассигнованиям, где обсуждался бюджет государственного департамента США на 2023 финансовый год, Э. Блинкен говорил о «стратегии сближения» США с Индией в Азии, имея виду трехстороннее американо-австрало-британское соглашение.

Северо-восточная Азия

Япония

Значимым игроком в Северо-восточной Азии выступает Япония – традиционный военно-политический союзник США. Благодаря «экономическому чуду» в эпоху холодной войны, в 1960-е гг. Японии удалось существенно укрепить свои позиции в экономической сфере. Происходило интенсивное освоение новых технологий, в «золотые шестидесятые» (1961–1964 гг.) темпы экономического роста колебались на уровне 10 % в год. Япония выступает одним из драйвером развития экономического сотрудничества в Транстихоокеанском регионе. Так, после выхода США из Транстихоокеанского партнерства в 2017 г. Япония инициировала заключение Всеобъемлющего прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве, которое предусматривало полную ликвидацию таможенных тарифов к 2030 г., либерализацию инвестиционного режима, равные условия конкуренции, введение жестких стандартов в области защиты интеллектуальной собственности и окружающей среды и др. Участниками Соглашения стали Австралия, Канада, Мексика, Новая Зеландия, Сингапур и Япония, а с 2019 г. – Вьетнам, Бруней, Малайзия, Перу и Чили.

В сфере безопасности Япония по-прежнему сохраняет высокую зависимость от США. Порядок обеспечения национальной безопасности страны регламентируется Договором о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности с Соединенными Штатами от 1960 г. Данное соглашение создает основу асимметричного военно-политического союза: США несут ответственность за защиту японской территории от нападения извне, в то время как на Японию не возложены соответствующие обязанности в отношении США (ст. 5). При этом Япония отказывается от размещения ядерного оружия на своей