Из огня да в полымя - Александр Капков

в проеме окна, и Николай успел срезать его очередью. Человек в окне зашатался и с криком упал спиной назад. Нелидов, отбросив в сторону кровать, подскочил к окну и стал стрелять по двору. Пули попадали по забору, стенам сарая и даже по земле. Затем он повернулся назад и увидел два тела, катающихся по полу. Помочь Антону у него не было возможности, и он мог лишь наблюдать за происходившей борьбой. Резко налетел ветер. Он ворвался в дом, с грохотом рванув ставни и рассеяв дым. Николай отчетливо увидел бандита в кожаной куртке, сидящего на Антоне и бьющего его кулаком. Нелидов опустил ему на голову всю тяжесть Льюиса, и тот скатился с его друга. С ним все же еще не было покончено. Бандит, проворный, как кошка, бросился к выпавшему во время драки нагану, схватил его и, падая на спину, начал стрелять. Первая пуля выбила щепу из подоконника, вторая обожгла Нелидову бок справа. Третью он выпустил в потолок, потому что Антон, подхватив карабин, выстрелил в него и попал в грудь. Грач, дезертир и грабитель, успокоено закрыл глаза и остался лежать на полу, ощущая меркнущим сознанием, как выходит из тела его кровь, а вместе с ней жизнь.

Оставив Николая в доме и дав ему оба бандитских нагана, Антон взял пулемет и пошел в сени. Он громыхнул открывшимся засовом, приоткрыл дверь и выглянул в щель. У ворот, прячась за створкой, стоял парень, совсем мальчишка, и безрезультатно дергал затвор обреза.

– Брось! – Антон вышел на крыльцо, наставив на него Льюис. – Бросай и беги отсюда. Быстро!

Он спустился с крыльца и посмотрел в след убегавшему мальчишке. Наверное, остались и еще бандиты. Нужно было проверить. Он поднял пулемет, и тут позади него раздался хруст. Антон резко повернулся. Дуло Льюиса уперлось в живот главаря. Тихий подкрался к нему со спины, держа на отлете руку с ножом. Оба замерли от неожиданности, глядя в глаза друг другу.

– Спокойно, парень. Не стреляй. Твоя взяла. Я сдаюсь. Видишь, сейчас положу нож. Тебя ведь Антон зовут? Так? Я его бросаю. Смотри.

Антон вдруг увидел, как изменились глаза Тихого, и нажал на спуск. Пулеметная очередь в упор отбросила главаря назад. И он упал, отлетев шага на два. Изломину некогда было за ним наблюдать. Выстрелив, он обернулся, уже понимая, что не успевает. Сзади к нему подходил бородатый мужик с искаженным ненавистью лицом. Он держал в одной руке обрез и уже собрался стрелять, когда Нелидов выстрелил в него из окна дома.

Антон обошел вокруг дома, вернулся, прислонил пулемет к перилам крыльца и уселся на ступеньку.

– Сейчас неплохо покурить, – сказал он так, будто только что вернулся с прогулки. – Найти бы еще мои папиросы…

Глава двадцатая. Зоя Крушевина

Получилось так, что схватка с бандитами продолжалась недолго. Гораздо больше времени заняли ее последствия. Оставив Нелидова на крыльце, Антон, вооружившись револьвером, отправился за ворота. Там, чуть в стороне, в нескольких саженях от забора, он нашел двух раненых. Одним был Клык, перевязанный кое-как поперек туловища куском нижней рубахи. Теперь его хмурое лицо было еще и бледным от потери крови. Увидев Изломина, он сразу поднял вверх руки. Чуть поодаль от него сидел на земле другой. У него была перевязана нога. Тот тоже встрепенулся и стал опасливо поднимать руки.

– Не стреляйте! Мы без оружия.

Голос Клыка дрогнул. Он был почти уверен, что чекист пришел их пристрелить. Тихий поступил бы именно так. Изломин молча огляделся по сторонам.

– Кто ты? – спросил он, указывая револьвером на раненого в ногу.

– Артем я, Данилин. Из хутора. На дочке хозяйской женатый. Я не стрелял! Ей Богу! Меня сразу поранили, еще когда от хутора скакали. Вот вам крест!

– А тебя зовут Клык?

– Да, гражданин начальник.

– Я видел тут еще одного. Юнца совсем. Где он? Убежал?

– Туточки он, – сказал раненый, назвавшийся Артемом. – Испугался и прячется.

– Позови.

Тот крикнул:

– Пашка, сюда иди. Не боись, не тронут.

Пашка появился из-за кустов. Он заранее поднял руки и в одной держал обрез.

– Неси его сюда, – потребовал Антон.

Пашка положил оружие к его ногам и понуро встал рядом. Он был напуган и подавлен.

– Ты, Артем, идти можешь? – задал вопрос Изломин.

– Могу.

– Во дворе лежит один мужик, бородатый такой. Кто он?

– Никодим это, – сказал Клык. – Брат Тихого.

– Тогда ступайте с Павлом во двор. По-моему, отец его еще живой.

Павел бегом бросился к дому. Артем, припадая на раненую ногу, пошел за ним.

– Ну а ты, Клык, расскажи-ка мне обо всем по порядку. Что у вас за банда? Как сюда попали? И каким образом связаны с хуторянами?

Бандит закивал. Он понял, что убивать его не собираются.

Пока Клык удовлетворял любопытство Изломина, со двора возвратился Павел. Он что-то хотел сказать, но не решался. Молча переминался с ноги на ногу и ждал, пока человек с наганом сам не обратит на него внимание.

– Что такое? – спросил Антон.

– Жив батька мой. Разрешите его на хутор отвезти?

– Разрешаю. А как же повезете? На чем?

– Лошадей я недалече привязал. А в сарае телега есть. Я мигом запрягу.

– Делай.

Но парень не уходил.

– А с мертвыми что делать? Звери могут ночью прийти.

– Отвезете раненых и вернетесь за мертвыми. Кого, куда, решайте сами. Нас тут уже не будет.

Клык на радостях, что ему оставляют жизнь, сказал Антону про деньги Тихого, спрятанные где-то в доме. Но тот лишь махнул рукой.

– Мы их искать не намерены. Кто найдет, тому и достанутся. Хотя, по-моему мнению, кровавые деньги счастья не принесут. Расскажи о них милиции, Клык. Глядишь, наказание тебе и уменьшат.

Никодима, который был без сознания, перевязали и положили в телегу. Рядом пристроились Артем и Клык. Павел правил лошадьми, идя рядом с телегой. Проводив их взглядом, Антон повернулся к Нелидову.

– Пойдем-ка в дом, Николя. Посмотрим твою рану.

– Какая это рана? Всего лишь царапина.

Рана действительно оказалась легкой. Пуля прошла навылет и лишь слегка задела бок, скользнув между ребер. Антон перевязал ее, разорвав свою чистую майку, взятую из чемодана. Его бандиты распотрошить не успели. А вот мешок Нелидова не избежал такой участи. Хорошо, что еще документы его сохранились.

–