Из огня да в полымя - Александр Капков

оттуда и к ним. Успеет ли банда сбежать отсюда? Если нет, то заложники тогда ему не помешают, а даже совсем наоборот. Объяснять все это Губе Тихий не собирался. Пока тот в его банде, пусть подчиняется и поменьше вякает. Он вышел из-за стола и перебрался на кровать. Рана продолжала ныть, несмотря на успешное заживление. Виновата была вчерашняя скачка. Тихий вспомнил братца и еле проглотил грубое ругательство. Он проводил холодным взглядом выходившего Губу, представив, как бросает ему в спину нож. Падающий от удара, пусть пока только в мыслях, бандит поднял Тихому настроение. Губа был слишком самостоятельным и этим злил главаря.

Успокоившись, Тихий заснул и не слышал, как вернулись Крюк и Грач. Те же разговаривали негромко и старались не шуметь. Примерно через час, когда он открыл глаза, трое бандитов резались в карты. В последней игре на кон была выставлена куртка. Выиграл ее Грач. Губа с досадой шмякнул засаленной колодой по столу. Надулся больше обычного и Клык. Хотя при его габаритах влезть в нее он бы все равно не смог. Грач на глазах завистливо косящихся бандитов снял свой старый пиджак и надел куртку. Она оказалась ему впору.

– Все лучше моего тряпья, – сказал он и попытался застегнуть застежку-молнию. Но у него это не получилось. Досадливо дергая ее, Грач выругался.

– Давай я помогу тебе, – придвинулся к нему Клык. – С ней надо поступать нежно.

Своими толстыми пальцами он быстро соединил борта куртки и одним легким движением застегнул ее.

– Сидит, как влитая, – одобрил Губа. – Покажи-ка подкладку.

Грач расстегнул молнию. Губа потрогал край куртки рукой.

– А это что?

Он углядел маленький кармашек сбоку, засунул в него пальцы и вытащил сложенную вчетверо бумагу.

– Дай сюда! – приказал Тихий.

Он развернул ее и рассмотрел.

– Ни черта себе! Вот это ксива! Да тут печатей-то, печатей.

Главарь прочитал текст и обвел взглядом своих людей.

– Вы знаете, кто попал к нам в руки? Чекист. И не простой! Здесь говорится, что все должны ему содействие оказывать. Тащите его сюда, живо!

– Кого? – не понял Клык. – Первого или второго?

– Да того, чья куртка, дурачина!

Клык и Грач бегом кинулись исполнять его поручение. Тихий встал с кровати и подошел к столу.

– Сейчас мы с ним разберемся.

– Не по-нашему ли он следу? – протянул вопросительно Губа.

– Увидим, – заключил Тихий и с силой вогнал нож в столешницу.

В нем закипала злость. Вернувшийся впопыхах Клык выглядел растерянным, что на него было мало похожим.

– Что? – вскинулся главарь.

– Их там нет, – потерянно сказал Клык.

– Как нет? Куда же они делись?

– Не знаю. А в бане нету.

– Сбежали гады!

Наплевав на боль в боку, Тихий почти бегом спустился с крыльца и заспешил к бане. В дверях торчал Смола, размахивающий наганом. Тихий одним ударом кулака по голове отбросил его в сторону и тяжело вошел в предбанник. Ему все стало понятно, когда он увидел дыру в полу бани. Из нее показался Грач. Он выбросил свое поджарое тело из ямы и одним прыжком оказался на ногах.

– Там под полом прорыт ход, – сказал он, отряхиваясь. – Они им и ушли.

– Давно?

– Земля свежая. Может, час назад. А может, и меньше. Я полез по нему, но они его засыпали за собой. Там одна земля, а подпорок нет.

Тихий стукнул кулаком себе по колену.

– Дьявол их задери! Это наверняка мой братец ход устроил. Он любитель таких штук. Верни доски на место. И пойдем.

Тихий вышел из бани и мрачно оглядел свое воинство. Губа меланхолично жевал травинку и смотрел с вызовом. – Вот! Что я тебе говорил? – было написано на его угреватом лице.

Клык, как и всегда, хмурился и морщил лоб. А Смола, предчувствуя, что вину за побег свалят на него, суетился больше обычного и рвался на поиски.

– Ша! – прервал его бормотание главарь. – Слушайте сюда, бродяги. Фраеров надо найти. Кровь из носу, а поймать! Ищите, где они вылезли. Не мог этот ход далеко вести. Рядом где-то выход. Ищите все!

Бандиты разбрелись: кто искал во дворе, кто за ним. Тихий присел на ступеньку крыльца и закурил. Он прикидывал, куда могли направиться беглецы. С местностью они знакомы мало. Чужаки. Если побегут подальше в лес, то уткнутся в болото. Оно тянется с севера на восток. На западе река. Вдоль берега их настигнуть легко. Остается юг. Пойдут вдоль леса, так выйдут на хутор. Через лес же могут добраться до Юхновки. Он сгоряча приказал ловить беглецов, а сам понимал, что поймать их будет непросто.

– Тихий! Лаз нашли! – крикнул Смола, показавшись в воротах.

Тихий пошел смотреть. Обнаружил его Грач. Выход из подземного хода был устроен в десяти шагах от забора, внутри густого малинника. Несколько брошенных в беспорядке досок и отломанных сухих веток закрывали его сверху. Наткнуться на него удалось потому, что бежавшие раскидали доски, открыв лаз. Тихий бросил в него окурок и повернулся к Грачу. Дезертир, по всему выходило, в таком деле становился полезнее остальных.

– Возьми с собой Смолу. Седлайте коней и поезжайте на хутор. Предупредите Никодима, чтобы был готов, коли гости объявятся. А потом поезжайте туда, где чекиста нашли. Ищите их следы. По всему видать, они в село намылились. Тогда вы их догоните.

– И что с ними делать, когда найдем?

– Сам решай. Сможешь взять обоих живьем? Тогда бери. А заартачатся – кончай их там. Тела в болото.

Тихий вернулся во двор. Он ощущал на себе взгляд Губы, и это раздражало его. Получалось, что тот был прав, предлагая убить пленников. Не случилось бы тогда кипеша. Но признаваться в своей ошибке Тихому не хотелось. Он дождался, пока Грач и Смола выведут из сарая лошадей, и сказал:

– А ты, Губа, вместе с Клыком обшарь берег. Может, они в камышах затаились.

– Может, – обманчиво мягко согласился с ним бандит и продолжил уже другим тоном: – Ты, Тихий, сам дров наломал, а разгребать нам всем достается.

– Делай, что говорю, – сказал главарь, играя желваками.

Он был готов к тому, что Губа начнет бузить. Лучше, чтобы это случилось при Граче. В нем Тихий был уверен. В этот раз Губа на открытый бунт не пошел. Он лишь насмешливо улыбнулся,