Тара Дункан и Творцы заклинаний - Софи Одуин-Мамикониан

– Животные!

Последовал новый раунд заклинаний и жестов. Появились гигантские говорливые птицы с золотыми перьями, похожие на индюшек («А вот и лупоглазки!» – обрадовался Калиб), сине-белые лягушки, шестиногий рогатый олень и крошечный пушистый розовый шарик, похожий на игрушку («Ух ты, щёлкозуб! – прошептала Пеночка. – Он очень редко встречается в природе»).

У одного юного заклинателя был хороший вкус: золотые лупоглазки идеально подходили к букету, который он создал.

– Деревья!

И от пола вверх потянулись стволы и кроны. Теперь Тара поняла, почему во дворце настолько высокие потолки.

Какая-то лупоглазка неосмотрительно начала скакать рядом с щёлкозубом, и тут-то птицу поджидал неприятный сюрприз. Розовый шарик удвоился в размерах, распахнул ужасающе огромную пасть и проглотил птаху целиком.

Затем он облизался синим языком и рыгнул, и на пол из его пасти спикировала пара золотых перьев лупоглазки.

Втянув язык обратно в пасть, шарик стал присматриваться к оленю.

Верховные волшебники сообщили, что подмастерья, которые создали лягушку и оленя, выбывают из соревнования. От печальной участи исчезнуть в пасти щёлкозуба рогатого спас заклинатель – шестиногое животное исчезло, а розовый пушистик остался с носом.

В следующий тур прошли двое: те, что создали лупоглазку и щёлкозуба.

Волшебники посмотрели на них и скомандовали:

– Портал!

Один ученик оторопел.

Второй пошевелил пальцами, будто обрисовывал в воздухе дверь, и произнёс:

– Трансферус! Пусть предо мной распахнётся портал, меня уведёт он в дальнюю даль.

На кончике его указательного пальца вспыхнула искра, но тотчас погасла.

Покивав, волшебники отпустили обоих учеников и очистили зал от созданий как раз в тот момент, когда щёлкозуб накинулся на агрессивный цветок и принялся жевать его лепестки.

Вышли четверо других подмастерьев. Задания были те же: сначала цветы, потом животные и деревья. Разнообразие фауны поражало. Лооось, у которого было по одной голове с каждого конца туловища. Лиса, прыгавшая, как кенгуру. Гигантский кролик, который терпеть не мог морковку и предпочитал охотиться на волков. Несколько кошачьих – на их фоне земные тигры казались домашними питомцами (местные оказались наполовину насекомыми, а наполовину – млекопитающими со множеством причудливых когтей, антенн и клешней).

И наконец пегасы – при виде их расцветки Галлант тихонько заржал – зелёные с бледными оранжевыми полосами и серебристые в красный и голубой горошек.

Но при создании портала заклинатели испытывали трудности. Один подмастерье так перенапрягся, что его чуть не вырвало прямо на верховного волшебника, и тот едва успел вовремя отскочить в сторону.

Наконец двум юным заклинателям из Омуа удалось создать порталы, но выглядели те ненадёжно. Леди Оксия недовольно проворчала, что не рискнула бы ими воспользоваться, даже если бы от этого зависела её жизнь.

Наступил черёд испытаний на скорость и творческие способности: следовало сотворить шары, украшения и другие предметы, а ещё оформить зал.

Гости из Ланковита неплохо справились. Их поддерживали верховные волшебники Дерия, Бодью, Драгош, Чим, Сирелла, парящая в пузыре, Ден’марил и остальные. Когда пришла очередь Ангелики, Тара подумала, что девушка сделает всё возможное, лишь бы произвести впечатление на императрицу.

Однако Ангелика словно специально выступала плохо. Она выбыла из соревнования, но к трибунам отходила с еле заметной торжествующей улыбкой. Калиба отсеяли.

Когда верховные волшебники дали команду: «Торты!» – он решил, что будет забавно украсить жюри взбитыми сливками.

– Мы не в восторге, – ответили ему.

Иногда решение судей было непросто понять. Они исключали из борьбы учеников. которые создавали удивительные вещи, но отдавали предпочтение тем, у кого таланты гораздо скромнее.

Дэмиен опоздал и вышел соревноваться с последними тремя заклинателями из Ланковита: Пеночкой, Робином и Тарой.

Он казался серьёзным и сосредоточенным. Когда прозвучала команда: «Мячи!» – тут же принялся колдовать.

Руки заклинателя летали со скоростью молнии, он быстро прошептал слова, и из воздуха появились шесть разноцветных мячей. Тару зачаровало его выступление, и она еле вспомнила о своём. Закрыв глаза, девочка представила, как перед ней прыгает несколько разноцветных мячиков.

Когда Тара открыла глаза, то обнаружила, что Дэмиен внимательно разглядывает то, что у неё получилось, а Пеночка с трудом удерживается от смеха.

И Тара поняла, что вокруг неё прыгают сотни мячей.

Публика – в особенности волшебники и подмастерья из Омуа – смотрели на неё с таким восхищением, что Тара растерялась и разом уронила мячи на пол. «Ох, – мысленно сокрушалась девочка, – я же вообразила три мяча, а не триста!» Теперь, когда её избавили от демонической магии, надо заново учиться контролировать дар.

Леди Оксия прочистила горло и сказала:

– Как интересно! У девочки выдающийся потенциал. Ладно, теперь пусть выступят ваши фамильяры.

Каждый из учеников описал круг, в котором фамильяр прыгал, танцевал или летал.

У Дэмиена фамильяром оказалась пустельга. Галланту совсем не понравилось огненное кольцо, через которое нужно было прыгать. Он пролетел слишком близко к огню и подпалил перо.

Тара не собиралась творить заклинания перед императрицей, поэтому нарочно колдовала медленнее, чем Дэмиен, Пеночка и Робин. Пока у неё не получается целиком и полностью контролировать силу, побеждать никак нельзя.

Но вышло совсем иначе.

Когда леди Оксия зачитывала список учеников, которые успешно справились с испытаниями, Тара услышала имена двоих из последней четвёрки – своё и Пеночки.

Подруга приуныла. Пеночка отлично владела магией, любила волшебство и радовалась, когда замечают её таланты. Но у неё была своя тайна, и потому девочка опасалась появляться перед императорским двором. Что, если кто-нибудь прознает её секрет? Зато Калиб откровенно веселился и посмеивался, глядя на понурых девочек.

Юным заклинателям велели освежиться и переодеться.

В гостевых комнатах ребята обнаружили, что верховные волшебники Ланковита разложили для них подарки: торжественные мантии из дорогой ткани, которые можно было украсить по своему вкусу.

Тара быстро сбегала в душ, тщательно прибрала волосы и натянула мантию. Она слегка подсветила серебристых пегасов и лошадок на одеянии, и те почти ожили. Девочка проверила, чтобы разноцветного узора на шее не было видно.

Посмотрев на нарядную подругу, Пеночка не сдержала восхищения:

– Тара! Ты чудесно выглядишь!

Впрочем, и она постаралась прихорошиться. Мантия выгодно оттенял её смуглую кожу и карие глаза.

Калиб и Робин встретили подруг, и ребята отправились в сердце императорского дворца, двойной тронный зал.

Первый зал, служивший приёмной, напоминал великолепный собор.

– Так и знала, что убранство нас просто потрясёт! – выдохнула Тара.

Выразилась она очень точно. Стены переливались, по живым гобеленам скакали единороги, великаны отламывали от гор камни и пожирали их, бесы резвились, эльфы охотились, волшебники творили заклинания. Золота хватило бы, чтобы посоревноваться с самыми грандиозными хранилищами в мире, и от его блеска легко было ослепнуть.

Мажордом, настолько невозмутимый, что его лицо казалось высеченным из гранита, да и к тому же сероватого оттенка с пятнышками, – попросил