Тара Дункан и Творцы заклинаний - Софи Одуин-Мамикониан

Вскоре в воздухе возникло огромное лицо – сочетавшее черты всех волшебников, которые присутствовали в зале, – и через него все заклинатели заговорили:

– Экстирпус! Демон, упорством своим не гневи. Её тело не мучь, поскорей уходи.

По мере того, как нарастала сила заклинания, Тара чувствовала, что её тело нагревается всё больше и больше. Было не больно, но крайне неприятно.

Напряжение росло, и лицо, парящее рядом с пациенткой, корчилось от мучений. Вдруг девочка ощутила страшный жар, и от её груди отделился крохотный призрачный демон. Он материализовался в воздухе, начал стремительно расти и вскоре сравнялся размером с громадным лицом.

– Привет. Как вы? – крикнул демон. – А ну-ка отстаньте. Можно хоть чуть-чуть уважить демона, а? Только и делаете, что распекаете меня на все корки!

Слова демона тотчас обрели плоть: в волшебников так и полетели запечённые куры, горох будто только из духовки, картофельные очистки и хлебные корки. Заклинатели распахнули глаза и принялись разбегаться и уворачиваться.

А огромное лицо пришло в ярость и взревело:

– Демонус, ваде ретро![2]

– Эх! Теперь и не повеселиться, – возмутился демон. – Ладно, завязываем.

Мантии стали рваться на полоски, которые завязывались в узлы, а волшебники силились их расправить, чтобы не потерять достоинство. Должно быть, кому-то было по-настоящему несладко – колоссальное лицо сильно скривилось.

– Не отвлекайтесь! – закричал мастер Чим. – Надо продолжать, у нас почти получилось.

Морщины на лице, которое плавало в воздухе, разгладились, а на демона опять обрушились заклинания.

Демон хрипло расхохотался и дал своим шуткам волю.

– Ну и зачем нам драться, как кошкам с собаками? Или визжать, как поросятам, застрявшим в заборе? А то развонялись, как скунсы, и пинаетесь, как лошади! Я, да будет вам известно, упрям, как осёл, ловок, как обезьяна, горд, как павлин! Ничего от меня не дождётесь, кроме крокодиловых слёз!

Раздалось множество громких звуков, похожих на «плюх», и верховные волшебники, как бы они ни сопротивлялись, начали уменьшаться. А после случилось кое-что ещё. Сперва Таре казалось, что в их порванных и завязанных узлами мантиях поселились кошки и собаки. Они шипели и лаяли друг на друга, но спустя минуту превращения вновь продолжились.

Лапы поменялись на копытца, кожа порозовела, хвосты скрутились крючком, и по залу забегала добрая сотня мелких поросят. Тара прикусила губу – только бы не рассмеяться! – но вот прошла ещё секунда, и девочка уже неистово зажимала нос. Зал был полон зловония от своры зверушек с чёрно-белым окрасом. Внезапно они стали разбухать, в панике бить копытами, а потом громко заржали.

Пока демон с издёвкой гоготал, лошади превратились в ослов, те – в шумных обезьян, а через несколько мгновений – в красочных павлинов и, наконец, в рыдающих крокодилов.

Когда разъярённые волшебники обрели человеческий облик, они взялись за демона со всей яростью.

– Уничтожьте его! – выкрикнула леди Оксия. – Сейчас же!

Лицо в воздухе нахмурилось, и из его глаз по демону ударили лучи ослепительного света. На сей раз гнев волшебников оказался сильнее. Демон пытался поразить заклинателей очередной метафорой, но ему больше не предоставили такого шанса.

Лучи разгорались и поражали демона в голову. Он кричал, извивался, пытался заговорить, но было поздно. Демон начал растворяться и в итоге взорвался облаком ошмётков, которыми обсыпало заклинателей.

В ту же секунду ярость и гнев, которые кипели в Таре с тех пор, как она побывала в Лимбе, исчезли. Она обрела свободу!

Верховные волшебники вздохнули, и огромное лицо исчезло.

– Браво! – похвалил заклинателей мастер Чим, на котором из-под разорванной мантии торчало нижнее бельё. – У нас была великолепная схватка, но весьма ужасная.

Верховная волшебница Оксия, смутившись из-за того, что собравшиеся увидели её фиолетово-золотистое исподнее, с помощи магии убрала с одежды пятна и накинула на плечи мантию.

Пригладив волосы, она обратилась к девочке.

– Тара, скажи, пожалуйста, что-нибудь образное. И лучше бы безобидное.

Собираясь с духом, Тара заметила, что волшебники занервничали.

– Ух и встряхнули вы этого демона, – осторожно произнесла девочка.

Трясти никого не начало, и заклинатели заулыбались.

– Замечательно, – подытожил мастер Чим. – Думаю, у нас получилось. Тара исцелена!

Заявление Чима было встречено радостным гомоном. А Тара почувствовала огромное облегчение. Теперь можно общаться с кем угодно, не опасаясь кого-нибудь зажарить, обморозить или во что-нибудь превратить.

– Как чудесно! – воскликнула леди Оксия. – Пройдёмте в зал для тренировок. Выберем учеников, которым выпадет честь продемонстрировать магические навыки Императорским Величествам. Думаю, ваша юная Тара обязательно должна участвовать, раз уж исцеление удалось…

– Не уверен, что… – хмуро проговорил Чим.

Оксия перебила заклинателя.

– Императорские величества, несомненно, захотят посмотреть на девочку, которую мы своим мастерством спасли от демона, – твёрдо проронила она. – Мы рискнули жизнями и едва не проиграли. Я уверена, что вы не решитесь расстроить императрицу и императора после всего, что они для вас сделали.

Старый волшебник понимал, что у него не осталось путей отступления.

– Разумеется, леди Оксия, – согласился он и отвесил поклон. – Тара, конечно же, поучаствует в отборе.

– Превосходно, – ответила леди Оксия с улыбкой. – Я отправлю ифритов за юными заклинателями. Встретимся в зале для тренировок через пять минут..

– Как вам будет угодно, – промолвил мастер Чим и снова поклонился.

Тара хотела возразить, но Чим знаком велел ей помалкивать. Позже он шепнул ей, что беспокоиться не о чем: оказывается, она могла колдовать, не боясь причинить бабушке вред. Девочка направилась в зал для тренировок следом за верховными волшебниками.

Помещение было примерно таким же, как и в Травии, однако гораздо больше.

К Таре подбежала заметно взволнованная Пеночка. Шиба тоже явно переживала, что было странно – обычно пантера сохраняла невозмутимость. Зная, что подруга ничего не ела, Пеночка принесла Таре бутылку цинпафа, три булочки и шоколадку. Тара умяла перекус, рассказывая подруге о ритуале изгнания демона.

Пеночка захватила и леденцовую лягушку.

Предсказание было такое:

«Ловушка скоро захлопнется.

Торопись, а то не поздоровится!»

«Ну, отлично, – подумала Тара. – Просто обожаю сюрпризы, которые мне подкидывает эта планета».

Галлант постоянно расправлял крылья, будто собирается взлетать. Он привлекал ещё больше внимания к Таре: ведь никто раньше не видел пегаса-фамильяра.

– Да в чём дело? Ты не можешь вести себя смирно? – прошипела она. – Что с тобой творится?

Напряжение ощущалось почти физически, и Галлант изо всех сил пытался присмиреть.

Когда верховные волшебники расселись по трибунам, началось отборочное соревнование.

Четыре юных заклинателя выстроились в ряд, и волшебники дали им команду:

– Цветы!

Подмастерья принялись творить заклинания, размахивая руками, и весь зал украсился раскрывшимися бутонами с яркими лепестками. Здесь были синие, красные, фиолетовыми, жёлтые и даже пёстрые цветы. Другие растения – с огромными зубастыми пастями – прыгали по полу и щёлкали