Поручик Ржевский и дамы-поэтессы - Иван Гамаюнов

страсти накалять. Ты свою молодость вспомни. За моего Ванечку ты ведь тоже выходила со скандальным багажом. И ничего — свадьба не отменилась, семья не развалилась. И в Петербурге тебя по-прежнему принимают охотно.

— Это же другое дело! — возразила княгиня. — Скандал скандалу рознь.

— Да, — согласилась Белобровкина. — Твой скандал-то побольше будет, чем нынешний. Сколько лет прошло, а в Петербурге до сих пор помнят.

Поручик, позабыв недавнюю тревогу, спросил с живым интересом:

— А что случилось-то?

— У Софьюшки был роман с ныне покойным императором Александром Павловичем, — ответила старушка.

Чета Бобричей округлила глаза от удивления, и даже Петя округлил — вслед за родителями.

Алексей Михайлович решился уточнить:

— Когда же это было?

— Давно, — ответила старушка. — Ещё при императрице Екатерине Алексеевне, когда Александру Павловичу лет восемнадцать было. А Петербург до сих пор всё помнит.

Княгиня Мещерская покраснела, как невинная девица, и сдавленным голосом произнесла:

— Мы с Александром Павловичем вместе Библию читали.

Белобровкина тут же подхватила:

— И от этих душеспасительных чтений сынок родился. Николенькой назвали. Фамилия его — то ли Лукаш, то ли Чеснокаш. Сейчас полком командует.

Княгиня справилась со смущением и строго сказала:

— Да, я совершила промах, но у меня была благая цель. Я хотела наставить Александра Павловича на путь истинной веры. При дворе все увлекались мистицизмом и спиритизмом. Александр Павлович поддался влиянию этих учений, но я не могла спокойно смотреть, как тот, кто предназначен для российского престола, отдаляется от истины. Россией не должна править заблудшая душа. Я хотела возжечь в Александре Павловиче религиозное чувство…

— И чувство возгорелось, — кивнула Белобровкина. — Но только не то. И весь Петербург об этом судачил — вот я к чему веду. А вспомни, как злословили, когда ты за моего Ванечку выходила! Александр Павлович тогда уже императором стал, а молва уверяла, что ты с императором в оживлённой переписке состоишь. Дескать, вы с ним опять Библию вместе читать условились — как хочешь, так и понимай, что это значит… Но я на молву рукой махнула. Вот и ты теперь махни, Софьюшка.

София Сергеевна задумалась, будто и впрямь готовилась махнуть на всё рукой, но эти размышления прервал звук открывающихся дверей. На пороге стояла госпожа Рыкова.

Княгиня, оглянувшись и увидев её, не выдержала — вскочила с места и почти побежала к гостье:

— Анна Львовна, не томите. Что?

Рыкова шагнула навстречу, женщины взялись за руки.

Остальное собрание тоже поднялось из-за стола и поспешило к дверям, чтобы не пропустить новости. Только князь остался сидеть, всем своим видом показывая — вот сейчас съем ещё пару ложек супа с этими восхитительными сырными гренками, и тоже пойду узнать, как дела.

Ржевский тоже остался сидеть, потому что всё ещё чувствовал себя жертвой. Когда есть признаки, что ритуал приношения отменяется, жертвенному животному всё равно положено оставаться на месте, но уши навострить. Именно это поручик и сделал.

Меж тем послышался голос Анны Львовны:

— София Сергеевна, не волнуйтесь. Дело обернулось для нас благоприятно. Молва не винит нашего Петю, а всю вину возлагает на горничную. Полагают, что она в корыстных целях решила завести шашни с дворянским сыном. Пусть даже и с женихом своей госпожи.

Тасенька почувствовала себя виноватой.

— Но ведь это же неправда, — робко сказала она. — У моей горничной нет никаких шашней с Петром Алексеевичем.

— Правда или не правда — всё равно, — равнодушно произнесла Рыкова. — Просто избавьтесь от горничной. Отправьте в деревню и всё. А Пете я бы советовала совершить паломничество в монастырь. Думаю, лучше всего в Николо-Малицкий. Обитель древняя, уважаемая — то, что нужно, чтобы чистить репутацию. И от Твери недалеко. Вёрст семь, если не ошибаюсь. Многие мои знакомые хотя бы раз там были. Уверяют, что это как на минеральные воды съездить, но только не для тела, а для души.

Княгиня Мещерская задумалась:

— А сколько должно длиться паломничество? Ведь мы назначили венчание на Михайлов день, а это совсем скоро.

— Я бы рекомендовала перенести свадьбу дней на пять. Формальной причиной назовёте то, что невесте нездоровится. А жениху как раз хватит, чтобы репутацию почистить.

— Что ж, Анна Львовна, — произнесла княгиня, — всецело полагаюсь на ваше мнение.

— Но это ещё не всё, — продолжала Рыкова. — С Александром Аполлоновичем дело обстоит хуже.

Общество, столпившееся у дверей, начало оглядываться в поисках поручика, а когда обнаружило, что он по-прежнему сидит за столом, то Ржевскому стало неуютно от таких пристальных взглядов. Он почувствовал, будто не за столом сидит, а лежит на алтаре, как жертвенный баран, и ожидает своей участи.

Лишь Иван Сергеевич, который никак не мог оторваться от сырных гренок и поэтому тоже остался за столом, повёл себя совсем иначе. Глядя в тарелку, а не на поручика, князь почти безразлично пробормотал:

— Так уж сильно хуже?

— Да, — ответила Рыкова. — История с уличной девкой, которую Александр Аполлонович вместе с Пушкиным привёл в гостиницу — это пустяк. Общество смотрит на такое снисходительно. Холостым людям можно позволить себе вольности. А вот слух об Адели Хватовой — это удар по репутации моего поэтического клуба.

— Почему? — спросила госпожа Бобрич.

— Ах, вы же не знаете! — спохватилась Анна Львовна и пояснила: — Хватова состоит в клубе. Кстати, очень достойная особа. Я была удивлена, когда услышала, будто она изменяет мужу. Да ещё с… — Рыкова испытующе посмотрела на Ржевского: — Надеюсь, Александр Аполлонович, вы никому не успели сказать, что слух правдив?

— Конечно, нет! — воскликнул поручик. — Я только и делаю, что всё отрицаю, но никто мне не верит.

— Теперь поверят, — твёрдо произнесла Анна Львовна. — Я лично этим займусь. — Она задумалась на несколько мгновений: — Кстати, мне надо ненадолго уединиться с Александром Аполлоновичем. У вас есть библиотека?

— В этом доме — нет, — ответила княгиня Мещерская, — но у моего мужа есть кабинет.

— Прекрасно, если князь не возражает.

Князь поднял взгляд от тарелки:

— Нисколько не возражаю. Но позвольте узнать, зачем вам уединяться?

Ржевский воспрянул духом. Ему вдруг подумалось, что минувшая ночь прошла не зря. Что если Рыкова, проснувшись поутру, поняла, что не может забыть грешный сон? «Потому и хочет уединиться — воплотить сон наяву! Она ведь до сих пор уверена, что ей