Проклятие Золотого города - Тай Хоу

– Глава, давайте я останусь и пригляжу за всеми делами в Ведомстве? – Чжи Хань зевнул, прикрывая рот тыльной стороной ладони. Юнь Шэнли вспомнил подпольную арену, а после – получение взятки для закрытия дела об утопленнице Гу Дилинь.

– Нет! Больше никогда я не доверю тебе управление Ведомством дольше чем на день! Отец за всем присмотрит, а ты будешь помогать мне в Далине.

– Кого мы ждем? – Яо Линь, прислонившись к стене Ведомства наказаний, мерно обмахивался веером.

Юнь Шэнли не решился сказать, а точнее, не знал, как объявить, что теперь их в дороге будет сопровождать наследный принц, поэтому ответил расплывчато:

– Линь-Линь, к нам… присоединился еще кое-кто. Без него этой поездки бы не случилось.

– Кто же?

– Э, ну… ах, Линь-Линь, ты сегодня выглядишь иначе.

Яо Линь действительно оделся не так, как обычно. Почти каждый день он ходил в одном только белом одеянии, но сейчас на нем было ханьфу непривычно закрытого фасона и нежного бежевого цвета.

– Может, мне следовало надеть на себя одежду вашего Ведомства?

Юнь Шэнли задумался, уже представив себе, как будет выглядеть владелец постоялого двора в темно-синей одежде чиновника, но Яо Линь раздраженно прикрикнул на него:

– Даже не думай об этом!

– Шэнли! – раздался вдруг чей-то голос. Яо Линь выглянул из-за спины Юнь Шэнли и увидел спешащего к ним Лэйчэна.

– Это его ты ждал?

– Нет, – обернувшийся на окрик Юнь Шэнли и сам был крайне удивлен.

– Фух, едва успел! Ох, вы все меня дожидались? – Лэйчэн, тяжело дыша – похоже, и правда спешил, – оперся руками о колени и произнес: – Дайте мне секунду, я приду в себя и как следует поприветствую каждого.

Яо Линь выпрямился, заглядывая в виноватые глаза главы Ведомства, который старательно отводил взгляд.

– Похоже, я больше не единственный твой «советник» в этом путешествии. А? Что скажешь?

– Это все… какая-то ошибка.

Юнь Шэнли приблизился к Лэйчэну и схватил его за локоть, уводя подальше:

– Ты что тут делаешь?

– Ай! Ай! Друг мой, ты же знаешь, что я никогда не упущу возможности отправиться в головокружительное и полное опасностей путешествие! Уж в этом-то у меня есть опыт. Разве я раньше не помогал твоему Ведомству, рискуя жизнью? У меня за спиной немало передряг, но как же иначе найти лучших девушек и лучшее вино во всей Великой Ся, не объездив полстраны, а? – подмигнул Лэйчэн, слегка толкнув главу Юня локтем.

Отпустив его, Юнь Шэнли перебрал в голове возможные скрытые мотивы своего друга напроситься в Далин с ними, и вдруг его осенило:

– Лэйчэн, ты же не из-за того, что она…

Юнь Шэнли замолчал, но Лэйчэн понял, что тот хотел сказать. Яо Линь, наблюдавший за ними поодаль, прищурился, предполагая, что они говорят о каких-то своих давних делах, о которых ему явно неизвестно.

– Она же из Далина, верно?

– Да. Но причина не в ней. Ты ведь уже знаешь, что поздно.

Глава Ведомства отпустил его и сложил руки на груди. Ему в голову пришла идея, как отвлечь Яо Линя от чудачеств наследного принца – ведь от такой компании он, как и сам Юнь Шэнли, явно будет не в восторге. Господин Яо больше всех ненавидит его друга, а значит, если тот поедет с ними, наследник престола перестанет быть главной головной болью хотя бы для хозяина «Белого Журавля».

Подумав немного, он с улыбкой хлопнул Лэйчэна по плечу.

– Хорошо. Думаю, если ты ничего не натворишь в дороге, никто и не заметит, что ты был с нами.

– Я знал, что ты никогда не оставишь меня в беде!

– Но если ты испортишь мне репутацию… – угрожающе продолжил Юнь Шэнли, чуть сжав его плечо.

– Которая и так уже давно испорчена… – не преминул заметить Лэйчэн.

Их спор был оборван стуком копыт и звуком движущейся по дороге повозки. В конце улицы показался экипаж наследного принца, охраняемый более чем двадцатью стражниками. Все беззвучно замерли, окидывая эту процессию изумленными взглядами.

Повозка остановилась возле Ведомства наказаний. Стража открыла дверь, чтобы принц не делал лишних движений, и наружу величаво вышел Ся Ваньба, приосанившийся и смотрящий на всех так, словно уже стал владыкой их жизней.

– Приветствуем Ваше Высочество. – Чжи Хань и Сунь Юань поклонились, как требовали того правила, но сделали это неохотно. Ся Ваньба махнул рукой, разрешая им подняться. Он направился к Юнь Шэнли, но не успел принц сделать и шага, как на него налетел, словно вихрь, еще один человек.

– Ах, братец, ты так возмужал! В последний раз мы виделись очень давно! Но я помню, как императрица любила ругать тебя за кривые иероглифы. Интересно даже, улучшилось ли твое мастерство каллиграфии с тех пор или нет?

Стража тут же наставила мечи на «напавшего», но Юнь Шэнли жестом приказал им оставаться на месте.

– Ты… – Наследный принц принялся отталкивать руки, которые пытались обнять его, и наконец-то рассмотрел того, кто столь бесцеремонно нарушил его личное пространство. – Это ты! Ты все еще жив?

Пожалев, что «долгожданное» воссоединение родственников произошло так быстро и так рано, Юнь Шэнли сам оттащил Лэйчэна от принца. Ся Ваньба отряхнул рукава роскошного одеяния и презрительно фыркнул:

– О, а мы все уже думали, что ты умер где-то в глухих краях от голода.

– Ах, Ваше Высочество, меня скорее погубит какая-нибудь болезнь, подхваченная от очередной красавицы в публичном доме, нежели простые тяготы свободной жизни!

Принц тут же скривился от отвращения.

– Чего и следовало ожидать. От тебя толку немного, зато в том, чтобы позорить моего двоюродного дядю, ты просто мастер, тут с тобой никто не сравнится.

– Стыд – это нематериальная вещь. Зачем переживать из-за того, чего не можешь увидеть? – Лэйчэн, ничуть не расстроенный таким отношением, продолжал радоваться встрече.

Сунь Юань и Чжи Хань, услышав их разговор, переглянулись.

– Он что, родственник наследного принца? – Сунь Юань не мог не удивиться. Даже Чжи Хань, повидавший многое, ошеломленно приоткрыл рот, но потом недовольно произнес:

– Тише будь. Потом обсудим.

Чжи Хань, кажется, наконец-то понял, кем был господин Лэйчэн. Ведь та самая история о том, как неблагодарный сын отказался от своих царственных родителей, до сих пор гуляла по столице как присказка для детей: Лэйчэн в глазах народа был ярким примером неудачника, гуляки и пьяницы, который не учился, не следовал заветам предков и конфуцианским заповедям, отказался от карьеры чиновника и которого, скорее всего, убьют где-то в подворотне за долги или случайно прирежут в драке.

Отцом Лэйчэна был двоюродный брат императора, что давало ему немалые