По зову сердца - Петр Григорьевич Куракин

— Садись, — секретарь Губкома показал на потертое кожаное кресло и улыбнулся, когда взвизгнули пружины. — Ты знаешь, где теперь твой отец?

— Приблизительно, — бледнея, ответил Артем.

— Тогда слушай. В начале этого года твоего отца вместе с Павлином Виноградовым направили в Архангельск укреплять советскую власть. Ему поручили работу в комиссии «ЧКОРАП». Не слыхал? Эта комиссия должна была эвакуировать из Архангельска, с Бакарицы, все резервное имущество бывшей царской армии. Ну вот, твой отец это задание выполнил, имущество эвакуировано на станцию Сухона — знаешь, тридцать верст отсюда. — Секретарь помолчал, всматриваясь в лицо Артема. — Ну, а потом партия поручила ему возглавить в Архангельске подпольный ревком. Беда в том, что у нас давно нет связи с большевистским подпольем. Думали мы... и пришли к решению, что на связь нужно послать тебя. Кстати, и с отцом встретишься. Как ты думаешь, сумеешь провернуть это дело?

— Охотно поеду, но справлюсь ли? — поспешно отозвался Артем.

— Справишься. Туда нужно посылать молодых, стойких духом и крепких физически, — ответил улыбаясь секретарь Губкома.

— Тогда хорошо, поеду, — решительно сказал Артем.

— Ну так вот, иди сейчас в политотдел армии, там с тобой позанимаются, а потом они же тебя и через фронт перебросят.

— Хорошо! — ответил Артем.

— Только не горячись! Горячку пороть нельзя, — дело можно провалить, а от этого партии ущерб будет. Поучись и все как следует усвой. Может, тебе там долго задержаться придется. Знаю, — поспешно сказал секретарь, — вопросов у тебя много, но я на них отвечать не могу. — Секретарь подошел к Артему и, взяв его за плечи, тихонько подтолкнул к двери. — Ну, будь счастлив! Иди!

В штабе армии, куда сразу же отправился Артем, сказали, что в первых числах сентября его переправят в Архангельск для работы в тылу англо-американские интервентов и армии белогвардейского генерала Миллера. Артему надлежит уволиться из ЧК, сдать свой отряд и завтра с утра явиться в разведотдел армии.

Выйдя из штаба, Артем направился в Чека. Жизнь начиналась совсем другая, новая. Что его ждет впереди? Встретится ли он с отцом? Справится ли он с новым заданием? Одно дело работать среди своих, другое — уйти в подполье, скрываться, вести разведку в тылу врага. Артем привык к опасности и к тому, что приходится повседневно рисковать жизнью. Но он понимал, что опасность в новых условиях значительно возрастет.

Тепло попрощался с Артемом Александров. Он был в курсе всех дел Артема, несомненно, по его рекомендации Артема и направили на ответственное задание. Разговор был недолгий. Александров рассказал Артему о ближайшей операции, которую Чека должна провести в Вологде против оставшейся группы белогвардейских заговорщиков.

— Вот только тебе в этом деле уже не придется принять участие.

— Почему? — огорчился Артем. — Я ведь еще не уволился.

— Не в этом дело, — сказал Александров. — Тебе предстоит другое, не менее рискованное дело. Мы уже на тебя не имеем никаких прав. Знаешь ты это место за старым вокзалом, где стоит будка смазчиков? Там смазчики уже не бывают, но днем работает конторщик, накладные на дрова выписывает.

— Знаю, — сказал Артем.

Действительно, Артем хорошо знал старый вокзал. Недалеко от него стояла конфетная фабрика Попова и Лобачева. Фабрика бездействовала, но недавно чекисты произвели там обыск и обнаружили сотню пудов сахарного песку, десять бочек густой, черной как смола и приторно сладкой патоки и, уж явно не для варки конфет, двести припрятанных винтовок.

Старый вокзал действовал еще тогда, когда через Вологду проходила узкоколейная железная дорога. С тех пор как была построена широкая колея, здание вокзала железнодорожники использовали для своих служб. Вблизи старого вокзала сохранились будки смазчиков, стрелочников, кондукторских бригад. В этих пустующих зданьицах укрывались темные элементы, могли там на время устроиться и контрреволюционные заговорщики.

Артем подробно рассказал Александрову о расположении всех этих старых будок, о подходах к ним. Вместе они начертили схему, определили, куда надо пойти, где расположить заслоны и засады.

О том, как прошла операция на старом вокзале, Артем на следующий день узнал от Вали. Бандиты оказали яростное сопротивление. Особенно упорно отстреливался один из заговорщиков, но его все же взяли. Он оказался английским шпионом Гелеспи, которого долго и безуспешно искали чекисты. Когда его захватили, он назвал себя вымышленным именем. Гелеспи хорошо говорил по-русски, ловко подделывался под «вологодский» говор, но уж очень по-книжному строил каждую фразу. Разоблаченный, он не стал отпираться и даже обрадовался, когда сказали, что отправят его в Москву.

В перестрелке одним из первых был тяжело ранен Иван. Во время срочной операции врачи извлекли пулю, прошедшую в двух сантиметрах от сердца. Артем, навестивший друга в больнице, не узнал его. Всегда жизнерадостный и веселый, матрос лежал без движения. Он часто бредил, ругал белобандитов, звал Валю и Артема.

Только на четвертые сутки Иван пришел в сознание, узнал Валю и навестившего его Артема. Говорить он не мог, но глазами спрашивал о чем-то. Артем понял и рассказал, что заговорщики ликвидированы, бандитское гнездо разгромлено. Ваня Постойко радостно улыбнулся.

В один из чудесных теплых дней северной осени начальник разведотдела вызвал Артема для заключительной беседы.

— Ну как, все усвоил, все понятно? — спросил он. — Знаешь, что трудно будет?

— Знаю, — ответил Артем.

— Я экзаменовать тебя не буду, но хочу сообщить тебе нечто очень важное.

Артем весь превратился в слух.

— В штаб белогвардейского генерала Миллера проник и работает наш человек. Это очень смелый, способный и ценный для нас агент. О нем знают только я, командующий и член Военного совета. Теперь вот будешь знать и ты. С ним у нас оборвалась связь. Первым делом тебе и нужно выяснить причину этого. И если все благополучно и он цел, установить с ним связь.

Артем слушал с большим вниманием.

— Позвонишь по телефону триста двадцать два, — продолжал начальник. — Пароль будет такой: спросишь: «Вы ноль три?» Он должен ответить: «Не понимаю вас». Запомни, что слова «не понимаю» должны быть в начале фразы. Если будет так, то скажешь вторую часть пароля: «Прошу занести ваш карточный долг». Понял?

— Понял, — ответил Артем.

— Повтори, — потребовал начальник разведотдела.

Артем повторил.

— Хорошо. Запомни, тебя посылают на очень трудное и опасное дело.